![Рейд на Тайдон. Заброска через Центральный. Сплав.](https://pravorub.ru/upload/content/2015/10/05/eb5fa05b84b3e62582fdcefde4a2dca9.jpg)
Спустя одиннадцать лет, мне таки представилась возможность побывать на этой реке, о чем можно писать отдельный рассказ. Вдвоем с Константином Ротовским, переправившись по Лачиновской переправе на правый берег Томи, благодаря счастливому случаю по ночной фронтовой дороге через Салтымаково нас добросили до легендарной дачи Геннадия Коняхина, откуда и начинался наш старт по сорокакилометровому маршруту реки первой категории сложности.
Время шло, паром Лачиновской переправы списали на металлолом, новый, как водится, не поставили, Салтымаковская дорога стала еще более фронтовой, а побывать на Тайдоне хотелось всё больше и больше.
Чрезвычайная труднодоступность реки– основная проблема маршрута, решение которой Я случайно нашел в заброске через поселок Центральный Тисульского района, т.е. совершенно с другой стороны.
Начать сплав практически с самого верховья, держа путь через охранную зону заповедника «Кузнецкий Аллатау», где по некоторым сведениям запрещено даже нахождение человека, не связанное с деятельностью заповедника, — само по себе звало на приключения. Оно как сирена выло и орало: «Парни! Вам сюда!!!».
Возможность быть оштрафованными, задержанными, доставленными и осчастливленными прочими административными благами, не остановила нашу команду на пути следования к намеченной цели. При неудачном раскладе расклад мог бы стать, примерно, таким.
https://youtu.be/2BAEp4Z56Xw
Спустя четыре дня после возвращения с ежегодного Алтайского категорийного сплава, был взят курс на Тайдон. Тогда Мы еще не знали, какое захватывающее похождение ждет нас впереди.
Действующие лица мероприятия: Ваня, Иваныч, Стрижак.
Цели и задачи мероприятия: исключительно сплав. Никакой рыбалки, никакой охоты.
Сроки мероприятия: четыре дня.
Маршрут: Кемерово-Тисуль-Центральный-Зеленогорск-Кемерово.
Настроение: как всегда бодрое.
Команда: имеет, примерно, десятилетний опыт сплава по рекам различной, включая пятой, категории сложности, с элементами порогов шестой категории. (Участие в сплавах по таким рекам, как Башкаус, Жомболок, Мажойский каскад реки Чуя, включая п. «Президиум», Самульта…).
Первоначально планировалось взять два сплавных судна: катамаран 2м и каяк. Утром в день отъезда по наставлению Иваныча Я заехал в городской классический лицей, где мне был выдан, как ожидалось, черно-белый двухместный катамаран Иваныча.
Однако буквально за полчаса до отправки рейсового автобуса прямо на вокзале выяснилось, что катамаран у нас не двух, а четырехместный, с «…опной» посадкой. Грести на таком вдвоем видится малореальным. Минут через десять показался Ваня, таща за собой на веревочке прямо по асфальту красный каяк.
На фоне огромного рюкзака, с каяком и длинным кевларовским веслом Ваня походил на бурлака, который на Волге.
«Как же Мы пойдем?» — озадачился Я на пару с Иванычем.
«Каяк оставим в городе, пойдем в трехе на четвере». Так и решили, заталкивая каяк в Дастер провожавшего нас Дениса Михалыча. Каяк поместился в салоне автомобиля, как родной.
«А чего мне с ним делать?» — вопрошал удивленный Михалыч, явно не ожидавший такого поворота событий. Переглянувшись, Мы посоветовали отвести каяк в офис его коллегии адвокатов «Барс».
Благополучно загрузившись в рейсовый автобус, курс на Тисуль был взят.
Дорога до Тисуля предстояла тяжелая. Солнечная погода, духота салона автобуса, пятичасовая тряска, кислые рожи пассажиров, достаточно долгий перерыв в пользовании общественным транспортом и привычка добираться до места старта в определенном состоянии располагала душу и тело к некоторому расслаблению, без которого дорога, собственно говоря, вовсе не дорога.
Иваныч и Ваня приступили к медитативному курсу, и, наблюдая мою неодобрительную физиономию, изредка предлагали мне попробовать поиск выхода в астрал, на что Я через раз реагировал положительно.
Эх, люблю дорогу! Что здесь еще скажешь. Каких дорог у нас только не было за крайние прожитые десять лет, и как Мы только и куда Мы только не добирались…
18:45 время прибытия в п.г.т. Тисуль. Идея прикупить картошки, обыкновенной картошки, не увенчалась успехом.
Полки магазина поселка городского типа изобиловали стаканами с картофельным пюре «Ролтон», «Доширак» и прочей гадостью узкоглазых фабрикантов, но простой деревенской картошки, понимаете, круглой такой картошки, в сельпо не было вообще.
«Мндаааа» — протяжно выразил свое недовольство Иваныч, «Дожили, в деревне картошки не купить».
Взяли на замену пакет фиников, говорят, в них много углеводов.
Тем временем приближались минуты посадки на автобус в сторону Центрального. Расслабленные Иваныч и Ваня привлекали внимание пассажиров, явно нежелающих ехать с такими попутчикам по причине… Как мне показалось, наличия у нас большого количества объемного багажа.
К месту посадки подъехал люфтованный ПАЗик, переговоры с водителем которого на предмет нашей посадки Иванычем явно были благополучно провалены.
Среди участников рейда назревало настроение: похоже, Мы никуда не едем.
Как наименее искушенному медитативными техниками, проявляя проснувшиеся таланты сельской дипломатии, вооружившись известными диалектами, мне таки удалось вызвать улыбку и расположение очаровательной сотрудницы Тисульского вокзала, осуществляющей посадку, за что Я еще раз искренне выражаю огромную благодарность.
«А впрочем всё как обычно» — рассуждали Мы, «Сперва хмурые лица пассажиров, потом как-то всё устаканивается: факт, есть факт, придется нас не много потерпеть», особенно той, что сидела напротив расслабленного Иваныча, время от времени наступавшего хмурой соседке на ногу своей калошей, а затем норовившего найти опору для своего сна на ее груди, за что мне приходилось многократно искренне просить извинить Иваныча, с особым выражением добавляя: «Пожалуйста». Хотя, внутренне чувство мне подсказывало: в глубине души соседке нравится такая форма проявления внимания со стороны Иваныча, и соседка была бы очень даже не прочь отправиться в путь с нами.
«Хорошо, что каяк не взяли, Он бы нас погубил» — понимали Мы, довольные дорогой.
Часа через два в салоне ПАЗика стало свободно, большая часть пассажиров сошла на своих остановках, Иваныч и Ваня теперь могли ехать спокойно и никто особо их более не беспокоил.
На подъеме через перевал по бокам дороги начал появляться снег, высота которого с каждым километром становилось все больше и больше. Вскоре Мы въехали в настоящую зиму. Уровень снега по правому борту превышал высоту автобуса.
Слева не спеша гуляли какие-то больше птицы с характерным круглым брюшком и чуть вытянутой как у гуся шеей.
«И как Мы пойдем?» — подумал Я. Впереди нас ждали километров 20 пешей части.
20:45 прибытие в Центральный. Наша команда была последними пассажирами, доехавшими до конечной остановки маршрута. «Сюда даже никто не едет, куда приехали!?» — сказал Я, выходя из автобуса.
Холод гор почувствовался сразу. Время-то вечернее.
Оглядываясь по сторонам Центрального, Мы видели полуразрушенные дома с провалившимися от времени крышами, серые высокие насыпи выработанной породы, тусовку трех не в меру бухих местных жителей и полную неопределенность, где нам придется провести предстоящую ночь, и вообще выберемся ли Мы отсюда в добром здравии.
Не таким Я представлял себе Центральный, не таким, разглядывая теплыми вечерами по навигатору.
Безвыходных ситуаций не бывает, выход есть всегда. Дипломатия.
Познакомившись с водителем ПАЗика, стало известно: каждое утро в шесть часов автобус идет на Тисуль, социальная инфраструктура Центрального предусматривает для водителя находящееся почти рядом место ночевки, где также останавливаются рабочие время от времени прибывающие в Центральный.
На нашу просьбу взять нас с собой водитель посмотрел положительно, и буквально через какие-то полчаса, ужиная вчетвером, Мы сидели на одной кухне, жарко обмениваясь историей Центрального и байками про сплавы. В доме было натоплено. На наше удивление имелись электричество и водопровод с холодной водой.
Неизвестность сменилась определенностью: эту ночь Мы ночуем в тепле.
Оказалось, на протяжении многих лет Центральный был одним из богатых золотопромышленных районов. В Советскую эпоху здесь были и аэропорт, и типография, школа, пекарня, чего только не было. А до того в 1918 году сам адмирал Колчак, захватив рудники в свои руки, пытался устанавливать старорежимные порядки.
Кто бы мог подумать, что нам доведется оказаться в таком легендарном месте.
Часа через полтора подошел сосед по дому Александр, поведавший особенности предстоящего маршрута.
Стало известно: в Тайге лежит снег, но держит плотно – идти можно. Пешая часть, как предполагалось, составит километров 20. По выходу из Центрального можно зайти в крайний дом к Владимиру, тот покажет просеку, идя по которой заблудиться невозможно.
Спать легли уже под утро.
Спалось хорошо. Крепко спалось. Однако вскоре Я почувствовал не слабый удар по своей кровати.
Открываю глаза — темно. Ну, и ладно, видать, приснилось.
Сплю. Еще удар, второй и третий.
Поиск фонаря, сопровождаю отрывками из рэперского фольклора. Под кроватью чувствую шевеление.
Большие здесь однако мыши, пришла такая мысль.
Включаю свет, бааа, что Я вижу… Из-под моей кровати торчат ноги Иваныча, а сам Иваныч, упершись грудью в ножку кровати, с некоторой периодичностью ожесточенно пытается преодолеть возникшую преграду.
Попытки выяснить: кто виноват и зачем это делать, остались безуспешными.
Ладно, пусть будет так.
Между тем таран ножки моей кровати был продолжен. Пускай тщетно, но зато как настойчиво.
Пытаясь сдержать смех, Я всё же не выдержал и засмеялся вместе с Ваней, давно наблюдавшим это шоу.
На следующий день, в половину двенадцатого, шагая по улице Просвещения, Мы подошли к дому Владимира, встретившего нас достаточно радостно. Особенно рада была нам его собака неопределенной породы.
Владимир охотно рассказал о пути нашего следования, проводив до первого брода.
«Идите прямо по просеке, дорога одна, не собьетесь».
Попрощавшись с нашим провожатым, пешая часть маршрута была начата.
На удивление за нами увязалась собака Владимира, всю дорогу сопровождавшая нас до места первой стоянки. Отбегая метров на тридцать в разные стороны, собака весело носилась вокруг, то терялась из виду, то возвращалась, словно желая узнать, все ли у нас в порядке.
На привалах четвероногий проводник получал щедрую пайку сала. Собака оказалась всеядной, однако пить водку на пару с Иванычем почему-то не стала.
Идти было красиво. Вокруг лежал снег. Изредка встречались не большие проталины. Текли ручьи. Снег действительно держал. Лишь иногда проваливая по колено или по пояс.
В семь часов вечера, судя по навигатору, Мы подошли к стрелке безымянного ручья и Малого Тайдона. Только где этот Малый Тайдон определить на месте возможным не представлялось. Безымянный ручей был весь обставлен кустами, а его глубина явно не предполагала возможность сплава.
Там разберемся, куда идти, решила команда, сидя у костра, поднимая свои кружки.
Вечер был прекрасен…
Как же прекрасен был этот вечер…
С утра нас снова ждала пешая часть маршрута.
Три часа хода и вот он – Малый Тайдон.
Уровень воды – высокий. Течение то, что надо. Всё ровно, гладко, красиво. Очень красиво.
Полтора часа на сборы — экипажу дан старт.
Сразу стало еще веселее. Не от чего, а просто так. Тайдон же идем. Мажойцы!
До сих пор мы так и не выяснили, кто из нас всё же сел задом наперед, лицом к корме. Это обстоятельство добавило нам пять киллограмов смеха. В то время как легко подхватившее нас течение бодро загоняло кат под расческу левого берега.
Шутки куда-то сразу пропали: отработать экипаж явно не успевал. Иваныч сумел пригнуться, и расческа прошла над его головой. Моя участь была прыгать в воду и забираться обратно. А Ваню… Ваню снесло стволом дерева. Красивое было такое Тайдонское пике.
Чалка. Подведение итогов. Начинаем понимать, что сплав не будет таким матрасным, как нам казалось до недавнего времени. У реки есть уклон.
Достаточно быстрое течение. Уровень воды высокий: почти все берега полностью затоплены.
Русло извилистое, кругом кусты, коряги, палки, встречаются завалы. И… Не дай Бог порваться. Ремонтные работы с ночлегом проводить попросту негде.
Кругом вода, одна вода и снег.
На предложение Вани надеть гидраху, Я ответил, что гидраху оставил дома, так как собирался на максимум двоечный маршрут, и никак не рассчитывал оказаться на «Шавла-lights реалити шоу», а спас-жилет взял, чтобы под голову ночью подкладывать, каску для гоу-про. Вон у Иваныча и каски нет.
«А Я думал, не пригодится» — ответил Иваныч, тыча на каякерское двухлопастное весло Вани.
И тут Мы снова дружно рассмеялись, понимая, что приобретенный ранее опыт плюс пара тонн удачи станут залогом нашего благополучного возвращения домой.
Дальше был осторожный сплав, не торопясь, с частыми разведками, проводками и многим везением.
На одной из экстренных чалок Ваня умудрился потерять весло. Поскольку Я был занят чалкой катамарана, убегающий силуэт Иваныча показался совершенно непонятным в такой ситуации. Весло оказалось явно быстрее Иваныча и уходило всё дальше и дальше, пока из воды не стала торчать его лопасть.
Оказалось, что течение реки забило его между бревнами и поставило перпендикулярно воде, отчего импульс реки заставлял лопасть, словно махать нам рукой, сигнализируя: «Я здесь».
Благодаря оперативно проведенным спасработам, орудие гребли было спасено, а водный путь продолжен.
Вечереет. Восьмой час после полудня. Уже давно пора вставать на место лагеря, но подходящих мест нет. Берега затоплены водой по обе стороны переходя в гору. Появляется знакомая прохлада вечерних гор. Становится как-то не весело.
И вот на очередном изгибе реки показалась неплохая поляна. Чалимся! – решили все.
По прибытию на берег сразу коньяк с лимоном, а где-то через час Мы, довольные, снова сидели вокруг костра, обсуждая под горячую закуску достижения уходящего дня.
«А места-то здесь глухие» — протяжно сказал Иваныч.
Ты это к чему?, спросил кто-то нас.
Да, так… Вспомнил про злую Ханурию.
Дальше пошли жуткие рассказы про белого спелеолога, черного водника и прочую нечисть, обитающую в диких местах, от чего время от времени становилось люто.
Умение травить байки – великий дар, ибо рассказать о какой-нибудь ерунде, так, что хочется слушать, когда повествование захватывает, и бегут мурашки, это дар. А бывает, случай интересный, но рассказчик никудышный, такого и слушать лень.
Мааауууу…
Ты слышал? Поступил вопрос уже в двенадцатом часу ночи.
Ну, да, что-то такое было.
Тыщ, тыщ или члоп, члоп доносилось из глубины пригорка.
И чего это?
Кажется, Мы здесь не одни.
Вставленная Иванычем история про медведя-людоеда взбодрила настроение.
Мат перемат, свист…
Тишина.
Но пару раз странные звуки повторялись вновь.
Следующий день сплава был достаточно однообразен. Километра через три Мы дошли до стрелки с Тайдоном – началась охранная зона заповедника.
Река стала широкой, исчезли прижимы и прочие прелести вчерашнего дня. Иногда река расходилась на несколько рукавов. Горы постепенно переходили в равнину.
К вечеру мы были в Зеленогорске – городе на левом берегу Томи, откуда благополучно на такси добрались до Кемерово.
Рейд на Тайдон оставил только светлые воспоминания в нашей памяти.
Спасибо Удаче!