Это уголовное дело было особенным во всех отношениях, хотя бы потому, что с момента возбуждения до направления уголовного дела в суд прошло более пяти лет. А с момента инкриминируемых деяний вообще семь лет. И ни разу уголовное дело не приостанавливалось и не прекращалось. Следствие всегда осуществлялось активно и наступательно. Фабула уголовного дела проста: сотрудниками оперативно-розыскной части уголовного розыска был задержан гражданин К., у которого в ходе личного досмотра был обнаружен и изъят боевой пистолет и патроны. В отношении К.  было возбуждено уголовное дело, предусмотренное ч.1 ст. 222 УК РФ.

  Через некоторое время данное уголовное дело прекратили по реабилитирующему основанию, и уголовное дело возбудили уже в отношении задерживавших К. оперативных сотрудников. Соответственно, К. стал из подозреваемого потерпевшим.

  Битва была нешуточная.  Уголовное дело в отношении К. прекратили только с третьей попытки.  Постановление о возбуждении уголовного дела в отношении оперативных сотрудников, задерживавших К., сначала было отменено заместителем прокурора Ростовской области, после чего судом данное решение прокурора было признано незаконным. Дальнейшее расследование было поручено ГСУ СК РФ по РО, где была сформирована целая следственная группа. Впоследствии уголовное дело в отношении оперативных сотрудников трижды возвращалось на доследование заместителем прокурора Ростовской области, и трижды ГСУ СК РФ по РО обжаловало решения заместителя прокурора Ростовской области сначала прокурору Ростовской области, а затем Генеральному прокурору РФ. В ходе предварительного следствия даже было вынесено решение одним из районных судов г. Ростова-на-Дону, согласно которому суд признал незаконным решение Генерального прокурора РФ о возвращении уголовного дела на дополнительное расследование и фактически обязал прокурора утвердить обвинительное заключение. Причем отменили это «творение» только в Верховном суде РФ.

  Лично для меня данное уголовное дело было особенным, потому что мой доверитель Андрей, оперативный сотрудник, — мой лучший друг. Я даже был свидетелем на его свадьбе. За долгие пять лет предварительного следствия он успел уволиться из органов внутренних дел, стать руководителем службы безопасности в солидной коммерческой организации, жениться и «родить» двух детей.  Причем жена Андрея об этой части его жизни ничего не знала. Второй оперативник, «подельник» Андрея, за это время же успел уйти на пенсию.

  Формат публикации не позволяет мне описать все перипетии данного уголовного дела, для этого, наверное, нужно написать целую книгу. О том, кто по-настоящему виновен либо не виновен тоже говорить не буду. В любом случае, по моему мнению, как это часто бывает, истина скрывается где-то посередине. Мне хотелось бы рассказать об одном интересном обстоятельстве этого уголовного дела, во многом повлиявшим на его исход. А это обстоятельство заключалось в том, что следователь Следственного комитета В., трижды прекращавшая уголовное дело в отношении К.  по ч.1 ст. 222 УК РФ и в последствие возбудившая уголовное дело в отношении сотрудников уголовного розыска по п. «а, б, в» ч.3 ст. 286 УК РФ, задерживавших К., проводившая все первоначальные следственные действия и состоявшая в следственной группе по данному уголовному делу, почти до конца следствия в конечном итоге стала жить с К.  гражданским браком и родила ему сына. Возможно последовательность была обратная, но не суть…  Суть в том, что зарождаться романтические отношения между следователем В. и потерпевшим (эксподозреваемым) К. однозначно начались в период предварительного следствия, когда следователь В.  принимала ключевые решения по уголовным делам и активно проводила расследование. Я не спорю, следователь В. красивая и умная девушка, потерпевший (эксподозреваемый) К. – тоже видный и, если мягко сказать, обеспеченный мужчина, любовь – это тоже святое, но как же непредвзятость, объективность и законность, в конце концов?!?

  Естественно, мы писали об этих обстоятельствах во все инстанции. Ходатайствовали об отводе следователя В. и признании полученных ею доказательств недопустимыми, а проведенные следственные действия и вынесенные решения – незаконными. В отношении следователя В. даже проводились многочисленные служебные, и не только служебные, проверки. Результат – почти в конце следствия она была исключена из следственной группы по уголовному делу. На этом все. Уголовное дело направили в суд.

  В суде первой инстанции аналогичная ситуация. Помимо всего прочего, мы представляли суду многочисленные доказательства непроцессуальной связи следователя В. и потерпевшего (эксподозреваемого) К.  в период предварительного следствия. Как, например, можно объяснить то, что в ходе предварительного следствия, следователь В. и, тогда еще подозреваемый К., вместе летали отдыхать на заграничные курорты?  В одном самолете. Пограничный контроль проходили друг за другом. Сидели на соседних креслах. «Это случайность», — говорила сторона обвинения. Да уж, случайно летели вместе туда и обратно. Причем неоднократно. Причем, это установленный факт, так как по ходатайству защиты судом был сделан запрос в транспортную полицию о представлении данных с программно-технического комплекса «Розыск-Магистраль», эти данные были предоставлены и приобщены к материалам уголовного дела.  Более того, по ходатайству защиты в судебном заседании был допрошен сотрудник МВД на транспорте, обеспечивающий работу комплекса «Розыск-Магистраль», который подтвердил и разъяснил данные, представленные суду, о совместном путешествии следователя В.  и потерпевшего К. По запросу защиты даже был получен ответ из отеля, расположенного в одной экзотической стране, о том, что следователь В. и потерпевший К.  отдыхали в этом отеле в одно и тоже время. Однако суд, по неизвестным для нас причинам, отказался приобщать данные документы к материалам уголовного дела. А сколько было еще другого и разного?!?...

  Итог – полное игнорирование всех доводов защиты и обвинительный приговор суда.  Андрей был осужден на 3 года лишения свободы. Реально. Когда жена Андрея увидела меня на пороге квартиры с вещами Андрея в руках, ей стало плохо, и она потеряла сознание, так как подумала, что он погиб. Когда очнулась, я ей объяснил, что Андрей жив, только находится в СИЗО. Ее счастью не было предела и то обстоятельство, что на неопределенное время она осталась одна с двумя детьми уже было для нее не существенно, главное – Андрей жив.

  Приговор мы естественно обжаловали. Так как дело по первой инстанции рассматривал Ростовский областной суд, то на апелляцию я поехал тогда еще в Верховный суд РФ. Когда уезжал из Ростова-на-Дону жена Андрея наивно спросила у меня нужен ли паспорт Андрея, мол вдруг его освободят, как он приедет домой? Чтобы не лишать ее надежды и не расстраивать раньше времени я взял паспорт Андрея с собой.

  Зная наше правосудие, я, в принципе, ни на что не надеялся.  Заседание проходило в зале без окон на одном из нижних, подземных этажей. Причем аура в зале такая, что стены просто пропитаны печалью и безысходностью, что, естественно, не прибавляло оптимизма.  Андрей с «подельником» — пенсионером МВД сидели в клетке за бронированным стеклом, офигевая от пяти месяцев под стражей в СИЗО и месячного этапа из Ростова-на-Дону в Москву.

  Когда после оглашения жалоб, возражений и представлений председательствующий судебной коллегии поднял потерпевшего К. и задал ему единственный вопрос: «У Вас правда со следователем В. совместный ребенок?», я понял, что сейчас может случиться чудо... 

  Судебная коллегия удалилась в совещательную комнату, где пробыла более двух часов.  Лично у меня такого в практике никогда не было, обычно апелляционному суду на принятие решений хватает 5-10 минут. Ждали мы не зря, чудо случилось. Приговор отменили, Андрея с «подельником» освободили в зале суда. Паспорт пригодился, и Андрей первым же рейсом вылетел в г. Ростов-на-Дону к семье.

  За решетку Андрей больше не вернулся.  При этом я хочу сказать, что это абсолютно не моя заслуга, так как по уголовному делу работала целая команда адвокатов, и руководство Андрея, вопреки сложившейся в органах внутренних дел традиции предавать своих сотрудников, не бросило их на произвол судьбы и боролось за них до конца. Собственники коммерческой организации, где работал Андрей на момент заключения под стражу, также не отказались от него и все это время выплачивали жене его зарплату, что в какой-то степени его характеризует, да и их в принципе тоже. 

  P.S.  Я надеюсь, что доживу до тех времен, когда мы не будет считать законные решения судов по уголовным делам чудом.

Документы

1.Запрос (обезл.)23.1 KB
2.Апеляционное определ​ение (обезл.)1.8 MB

Все документы в данном разделе доступны только профессиональным участникам портала, имеющим PRO-аккаунт.

Для доступа к документам необходимо авторизоваться

Автор публикации

Адвокат Пятицкий Евгений Федорович
Ростов-на-Дону, Россия
Профессиональная защита по уголовным делам.

Да 71 71

Ваши голоса очень важны и позволяют выявлять действительно полезные материалы, интересные широкому кругу профессионалов. При этом бесполезные или откровенно рекламные тексты будут скрываться от посетителей и поисковых систем (Яндекс, Google и т.п.).

Участники дискуссии: Стрижак Андрей, Николаев Андрей, Блинов Анатолий, Хрусталев Андрей, Коробов Евгений, Пятицкий Евгений, Шарапов Олег, Мамонтов Алексей, Масалев Роман, Исянаманов Ильдар, Таратухин Александр, Легейда Виктория, Склямина Ольга, Ильин Александр, Бесунова Алёна, Ковалев Дмитрий, Щербакова Виолетта, Мануков Михаил, Шмелев Евгений, Колесников Дмитрий

Да 71 71

Ваши голоса очень важны и позволяют выявлять действительно полезные материалы, интересные широкому кругу профессионалов. При этом бесполезные или откровенно рекламные тексты будут скрываться от посетителей и поисковых систем (Яндекс, Google и т.п.).

Для комментирования необходимо Авторизоваться или Зарегистрироваться

Ваши персональные заметки к публикации (видны только вам)

Рейтинг публикации: «Запретная любовь или отмена обвинительного приговора и освобождение из под стражи доверителя осужденного по п.п. "а,б,в" ч. 3 ст. 286 УК РФ в Верховном суде РФ» 5 звезд из 5 на основе 71 оценок.

Похожие публикации

Продвигаемые публикации