Моё твёрдое убеждение, что потерпевший по уголовному делу - это самая незащищённая категория участников уголовного процесса. За следователем стоит государство и прокуратура, за подозреваемым и обвиняемым - адвокат, в том числе - по назначению. За потерпевшим никого нет. Человек потерпел от совершённого в отношении него преступления, понёс физический, моральный, материальный вред и по делам об ятрогенных преступлениях он ещё должен доказывать, что в отношении него совершено преступление, пробиться через огромное количество препятствий для вынесения постановления возбуждении уголовного дела. А если удалось добиться возбуждения уголовного дела, то потерпевшему никто не объясняет, что он имеет право пользоваться услугами адвоката. Да, за его деньги, но ему никто не разъясняет, что в случае вынесения обвинительного приговора, он имеет право компенсировать эти расходы за счёт средств федерального бюджета.
В своём выступлении на примере нескольких дел я расскажу о том, как можно получить шикарные результаты и помочь потерпевшим - с момента подачи заявления о возбуждении уголовного дела до получения приговора. Как взыскать расходы на адвоката в полном размере без какого-либо снижения и как получить компенсацию морального вреда, материального ущерба с лечебного учреждения, работниками которого было совершено преступление.
А для того, чтобы было с чем сравнить, я расскажу вам об одном антипримере, который ярко покажет, как нельзя действовать адвокату при представлении интересов потерпевших по уголовным делам данной категории.
Моё твёрдое убеждение, что потерпевший по уголовному делу - это самая незащищённая категория участников уголовного процесса. За следователем стоит государство и прокуратура, за подозреваемым и обвиняемым - адвокат, в том числе - по назначению. За потерпевшим никого нет. Человек потерпел от совершённого в отношении него преступления, понёс физический, моральный, материальный вред и по делам об ятрогенных преступлениях он ещё должен доказывать, что в отношении него совершено преступление, пробиться через огромное количество препятствий для вынесения постановления возбуждении уголовного дела. А если удалось добиться возбуждения уголовного дела, то потерпевшему никто не объясняет, что он имеет право пользоваться услугами адвоката. Да, за его деньги, но ему никто не разъясняет, что в случае вынесения обвинительного приговора, он имеет право компенсировать эти расходы за счёт средств федерального бюджета.
В своём выступлении на примере нескольких дел я расскажу о том, как можно получить шикарные результаты и помочь потерпевшим - с момента подачи заявления о возбуждении уголовного дела до получения приговора. Как взыскать расходы на адвоката в полном размере без какого-либо снижения и как получить компенсацию морального вреда, материального ущерба с лечебного учреждения, работниками которого было совершено преступление.
А для того, чтобы было с чем сравнить, я расскажу вам об одном антипримере, который ярко покажет, как нельзя действовать адвокату при представлении интересов потерпевших по уголовным делам данной категории.
| 1. | Презентация к выступлению | 4.6 MB |
Ятрогенные преступления — одна из наиболее сложных категорий уголовных дел для защиты. И для расследования.
И, как выяснилось из сообщения уважаемой Ирины Владимировны, для обеспечения соблюдения прав потерпевшего эта категория дел тоже сложна.
Однозначно рекомендую!
Уважаемый Михаил Михайлович, полностью с Вами согласен. Такие дела достаточно часто заканчиваются оправдательным приговором (либо прекращением за отсутствием состава преступления), т.к. очень сложно доказывать связь между некачественно оказанной медицинской помощью и наступившими последствиями.
Мне выступление Ирины Владимировны очень понравилось!!!
Уважаемый Евгений Викторович, спасибо за оценку. Мы продолжаем бороться!
Уважаемый Михаил Михайлович, рада, что моё выступление привлекло внимание именно к защите прав потерпевших от таких преступлений. Они не защищены никак и ничем. И кроме нас им помочь некому.
Уважаемая Ирина Владимировна!
Вы потрясающий адвокат и человек! С Вами я для себя делаю невероятные открытия в нашей работе, как в уголовной отрасли, так и в гражданском праве. Область медицины вообще необъятная, с ней и в ней сложно работать даже тем, кто вроде бы всё знает и понимает. А сейчас нам работать становится ещё труднее. Как показывает последняя практика, включая дело Бишимбаева, в дело идут профессиональные подлоги со стороны судебно-медицинских экспертов.
Ваше выступление я скачал не для заметки, а именно для изучения и внедреия в свою практику.
Спасибо вам, дорогая Вы наша коллега! и с пращником, Днём адвокатуры!(handshake)
Уважаемый Евгений Алексеевич, спасибо! Я буду рада, если мой доклад Вам пригодится! И спасибо за поздравление!"
Уважаемая Ирина Владимировна, спасибо за такие разные, но такие нужные примеры! Как вы правильно отметили: «у потерпевших нет никого»! Но есть такие как вы, которая так грамотно и правильно помогла своим клиентам. Особенно Ирине и ее погибшем близнецам. А врачи, к сожалению часто могут написать, что был проведен «осмотр», а сами до пациентки и не дотрагивались. И соглашусь с вами, что это особая категория дел, не стоит браться если нет опыта или есть сомнения.
Уважаемая Евгения Евгеньевна, спасибо за внимание к моему выступлению и за высокую оценку моего труда.
Доверительницу звать Дарья))
Прекрасное выступление. Интересные случаи из практики.(Y)
Меня больше всего поразил 2 случай. На первый взгляд банальная процедура привела к гибели человека. Уверенна, врач делала эту процедуру много раз, но именно поэтому допустила смертельную ошибку.
Уважаемая Ирина Владимировна, тема очень полезная, сложная и интересная. Считаю, что нуждается в продолжении.
↓ Читать полностью ↓
Также только со второго раза прошёл вопросы самопроверки.
Плюс решил посмотреть на эту ятрогенность на примере своем и своих родственников.
1. В 7-летнем возрасте (1982 год), находясь в Красноярской краевой больнице после операции в связи с врожденной расщелиной губы и нёба в организм по капельнице чуть не попал воздух. Там буквально не хватило минуты-две. О том, что это могло бы повлечь, думаю, и так понятно. Соответственно, возможно полагать о наличии признаков ст. 128 УК РСФСР. Момент получается такой: В такой ситуации возможно ли было взыскать моральный вред, если бы дело было возбуждено. Тем более, что это в настоящее время нет срока исковой давности. А вот как на тот момент вопрос остаётся открытым.
2. Возьмём случай с родственницей по 1984 году. Лечащий врач-хирург после травмы после хирургических операций не сообщил о том, что «образовалась» онкология. Чем в итоге довёл до костылей. В данном случае, так понимаю, имеется ст. 127 УК РСФСР. Вопрос остаётся тот же, как и в первом пункте.
3. Более современная действительность. Когда уже давно не жил в бывшем Красноярске-45, что ныне г. Зеленогорск Красноярского края, но практиковал на тот момент в Кемеровской области. Здесь уже с другой родственницей. В г. Гурьевск была при сердечном приступе вызвана скорая помощь. Весто того, чтобы направить бригаду принявший вызов просто посоветовал сделать то-то и то-то. Естественно, через сколько-то часов была констатирована смерть. Следователь СК РФ вместо того, чтобы возбудить уголовное дело по заявлению потерпевшей (супруга скончавшегося), решил провести проверку по заявлению и затем отказал в возбуждении уголовного дела. К сожалению, родственница не стала бороться далее, а затем и вовсе уехала в Якутию.
4. Возьмём «новомодный» ковид и сейчас благополучно почти «исчезнувший» (крайне изредка доходит информация, что в России столько то тысяч заболевших ковидом). Все мы знаем, что врачи не ездили днями к заболевшим. Вот снова любопытный вопрос: Вызовы скорой помощи при подозрении на ковид относятся ли к неотложным вызовам?
5. Снова про тот же ковид. Если врач в течение месяца никак не контролирует течение данной больницы, ограничившись лишь первоначальным назначением препаратов, которые вообще от другого заболевания, возможно ли это расценить как оставление в опасности? Учитывая, что лечение было назначено только когда заболевший лично, подвергая опасности заражения других, добрался кое-как до больницы, где и были обнаружены остаточные 8% поражения лёгких.
То есть эта тема получается настолько многогранна, что её не охватить в одной конференции. Тем более, что существуют и врачебные ошибки. Когда, к примеру, врач, к которому обратился заболевший ставит диагноз ОРЗ на основании результатов флюроографии, но направляет «на всякий случай» на рентген. В итоге заболевший ходит две недели с пневмонией, переболевает ею «на своих ногах», после чего и «сваливается» с пневмонией, которая и подтверждается рентгеновскими снимками.
Очень нужное и полезное выступление! (Y)
Уважаемый Иван Николаевич, за высокую оценку!