Динамика этого процесса, как впрочем и всегда, развивалась по принципу: проси больше, получишь тоже больше. Истец пытался включить в состав имущества даже то, что супругам никогда не принадлежало. Тем не менее остановились на кредитных обязательствах истца и проданном после расторжения брака ответчиком общего автомобиля.
Дело интересно распределением долгов в процентах, так как не все кредитные денежные средства были потрачены на нужды семьи. Это удалось доказать в процессе и фактически убедить истца в заключении мирового соглашения. Поэтому начальные стадии судебного процесса по имуществу, которое не вошло в мировое соглашение я опущу.
Впрочем, мировое соглашение тоже с нюансами. Прошу оценить красоту игры.

Раздел имущества — это всегда битва доказательств, особенно когда в деле появляются «внезапные» долги перед родителями одного из супругов. В данном кейсе супруга пыталась убедить суд в наличии непогашенного долга в 1 000 000 рублей перед своей матерью за покупку KIA Sportage.
Казалось бы, расписка на руках, деньги потрачены на семью — классическая схема для взыскания компенсации с бывшего мужа. Однако исход дела решило не бумажное обязательство, а история сообщений в телефоне.
В материале разберем:
• Как переписка в мессенджере помогла доказать, что 80% долга уже выплачено из семейного бюджета;
• Почему суд отказался признать расписку безусловным доказательством размера обязательства;
• Как с помощью встречных требований и регресса по автокредиту превратить требование о компенсации в долг самой истицы.
Практический разбор дела Североморского районного суда с опорой на актуальные позиции Верховного Суда РФ (Определения № 4-КГ22-40 и № 5-КГ24-78).