Совсем недавно мне позвонил один «инвестор» — владелец облигаций, эмитент которых допустил дефолт и вовремя не выплатил держателям купонный доход, в связи с отсутствием денежных средств.   Бывает конечно, и беспокойство инвестора вполне понятно, но в этой публикации я расскажу не столько о вопросах обратившегося, сколько о том, почему моя работа осталась неоплаченной, а так же о том, почему рекомендации больше ничего не стоят…   Обращающийся ко мне владелец облигаций, назову его «Мавром», звонил по моему прямому номеру, который я не размещаю в своём профиле, и сослался на рекомендацию уважаемой коллеги, которую я знаю много лет, поэтому какого-то недоверия у меня не возникло, тем более, что я поинтересовался, знает ли Мавр об условиях сотрудничества со мной и расценках, и всё ли ему понятно, на что Мавр заверил меня в том, что он всё знает и вопросов у него нет.   Ну, раз вопросов нет, специализация моя, человек пришел по рекомендации и всё понимает, я попросил его прислать мне на почт

Честно говоря, мне конечно жаль, что этим несостоявшимся доверителям придётся искать других исполнителей своих планов, которые, на мой взгляд, вряд ли сбудутся, но участвовать исполнении чужих хотелок я не точно не буду.
Коллеги, а у вас бывают такие «удивительные», но настойчивые потенциальные клиенты, и удаётся ли вам их убедить в необходимости работать по уму, а не по чьим-то фантазиям?

Буквально вчера, в администрацию Праворуба, дуплетом поступили два запроса, касающиеся одного и того же вопроса, и на которые были даны практически одинаковые ответы.
Первый запрос — от серьёзного государственного органа, содержал просьбу предоставить данные о стоимости представительства по гражданским делам в судах в Тульской области по состоянию на пять ретроспективных дат.
Второй запрос — от частного лица, предположительно даже юриста, возмущенного необоснованным (по его мнению) манипулированием средними ценами на услуги юристов и адвокатов в Пензенской области, и даже угрозу подачи жалобы в ФАС о манипулировании данными.

Сижу в СИЗО напротив своего подзащитного. Знакомы лет 5, уже не первое уголовное дело. Это последнее стало наиболее тяжелым, максимально тяжелым. Перед вступлением в него я назвал стоимость своей работы. Немаленькую. Он хотел как-то рассрочить. Я сказал — нет, только полная предоплата (как всегда и было). Он согласился. И теперь сидим в СИЗО, дело на финишной прямой. Диалог:

Когда-то давно меня спросили — насколько влияет на исход дела в суде участие адвоката с гонораром в 50 тысяч и в 500 тысяч рублей? С тех пор цены на все существенно подросли, в том числе и на юридическую помощь (но кстати не так сильно, как например на автомобили).Сначала хотел дать короткий ответ –...

Этот текст является продолжением и практическим пояснением к статье
Размер имеет значение: анализ эффективности сервиса заказов услуг Праворуба, в которой администрацией портала были проанализированы причины низкой эффективности сервиса заявок на юридическую помощь.

Специалистами администрации Праворуба проведен выборочный опрос авторов заявок на юридическую помощь и их потенциальных исполнителей (всего около ста респондентов), на основании которых выявлены основные причины недостаточной эффективности сервиса заказов юридических услуг нашего портала. 

К международному дню прав человека (10 декабря) я ответил на некоторые вопросы корреспондента еженедельника «АиФ в Кузбассе» Анны Городковой, но в силу ограниченности объёма печатного издания, первоначальный текст интервью уместился не полностью, но на страницах Праворуба я размещаю его полную версию.

Во время одной из недавних консультаций, доверитель (моложавая женщина) вдруг заметила: «непривычный у Вас стиль работы, в юрфирме «Х» я даже ни разу не видела того юриста, который ходил в суд по моему делу».

Эта статья написана для того, чтобы ответить на частый и закономерный вопрос доверителей: "Сколько стоит работа адвоката по уголовному делу и как формируется эта сумма?" На практике у клиентов нередко возникают недоумения из-за разницы в гонорарах, отсутствия прозрачности и неочевидной логики формирования цены. Материал поможет разобраться в этих вопросах на основе закона, судебной практики и реальных примеров — и избежать недопонимания между доверителем и защитником.