Адвокату, назовём его условно «Мышкин», не хотелось писать ходатайство самому, он уже успешно заваливал следователя (назовём его «Котов») множественными ходатайствами, а тот так же успешно отписывал постановления об отказе в их удовлетворении.
 
Мышкин вызвал жену подзащитного гражданку Пупкину, посадил её за стол, дал лист бумаги и стал диктовать:
 
«Значит так, пиши, следователю Котову от защитника… Мышкина. Ходатайство. В связи с тем-то и тем-то прошу допросить по таким то обстоятельствам… Написала? Ну пиши дальше, чтобы допросили твоего мужа, значит так, ещё свёкра, ну свекровь с деверем. Так написала? Хорошо...»
 
Берёт ходатайство, подписывает его и идёт к Котову, заявляет, что есть ещё ходатайство. Котов: «А ознакомление? Сроки же выходят». Мышкин: «Нет, сначала вот ходатайство». Котов читает, у него поднимаются удивлённо брови, смотрит ошарашено на Мышкина...: «Щас, — говорит Котов, — подождите в коридоре», и удаляется в свой кабинет.
 
За закрытой дверью слышно как быстро тарахтит печатная машинка в кабинете Котова. Через десять минут Котов выходит и вручает Мышкину очередное постановление об отказе.
 
Мышкин читает, краснея: "… по этой причине не нахожу оснований допрашивать по уголовному делу возбужденному в отношении гражданина Пупкина… мужа адвоката Мышкина, а так же его свёкра, свекровь и деверя… так как родственники адвоката Мышкина никакого отношения к делу не имеют..."