Васян, успешный адвокат, умный и настойчивый. Колян, простой электрик, женат и много лет состоит в браке. У обоих героев есть свои жизненные принципы. Случайная встреча переворачивает представление о правосудие с ног на голову. Только вот победитель в споре может быть лишь один...

Несколько советов о том, как сохранить самообладание и остаться при своих интересах при общении с сотрудниками правоохранительных органов.

Полемика двух вице-президентов ФПА РФ – Резника Г.М. «Наши разногласия» и Шарова Г.К. «Адвокат не должен нарушать закон» , развернутая на страницах «Новой адвокатской газеты», не может оставить равнодушными профессиональных юристов. Дело не в «пикантности» ситуации (в последнее время наше общество с энтузиазмом отвыкает от цивилизованного спора, а термин «несогласный» как и при «старом режиме» приобрел ругательный подтекст) и даже не в блестящем владении ее (полемики) участниками искусством слова, но в актуальности предмета самой дискуссии. Встретив в одной из социальных сетей ссылку на поименованные материалы, содержавшую сравнившие их авторов с персонажами известного романа В.С. Пикуля о «взаимоотношениях» А.М. Горчакова и О. фон Бисмарка, а равно предложение к продолжению публичного обсуждения темы, не смог удержаться от собственных заметок.

Когда-то давно, когда я еще только начинала работать в Москве, я писала об этом. Про изнанку работы адвоката по назначению. Бесплатного адвоката, как его ещё называют.

Лично я под маргинализацией адвокатуры понимаю институциональный процесс, при котором адвокатура формально сохраняет свой правовой статус и внешние признаки независимой профессии, но фактически утрачивает самостоятельность, влияние на ход и исход дела и способность осуществлять реальную защиту. В этих условиях адвокат перестаёт быть равноправным участником правового процесса и сводится к обслуживающей фигуре, чья роль ограничивается формальным присутствием и соблюдением процедур, тогда как инициатива и принципиальность вытесняются требованиями управляемости и лояльности. В результате право на защиту сохраняется в нормативных конструкциях, но обесценивается в практике, превращаясь из активного противостояния обвинению в ритуал, обеспечивающий лишь видимость