Так уж легла карта, что живу я в стране, бытие которой, являемое миру, заставляет постоянно задумываться о глобальнейших вопросах. Будучи человеком практическим и, смею надеяться, не глупым как Поплавский, я вот, размышляя сегодня, пришел к выводу, что нам нужна «судебная экспертиза» в отношении смерти государства. Какая – то такая форма экспертной оценки, которая бы могла констатировать смерть государственности того или иного этноса. Объяснюсь. В одной из бесед с «ура патриотами» я вывел простую формулу, что вот сейчас Россия как государство – это покойник. Вот умер человек, он же не сразу скелетируется, нет, человеческое тело остывает на 1 градус в час, биологические процессы (рост ногтей, волос, мозгу некоторое время видятся светлые коридоры, будущее) продолжаются, если подсоединить ток, то мы увидим работу нервных окончаний и прочее. Вполне уместно предположить, что клетки умершего (здесь мы сравним их с населением) существуют в том же режиме, что и при жизни (это, кстати, основа надежд креоники), так, что собственно, биологическая активная жизнь в трупе продолжается еще долго. Вот только когда труп съедается падальщиками, или разлагается совершенно, до каждой клетки доходит, что бытие ее окончено. Поэтому, говорил я им, Ваши старания спасти Россию – это попытки реанимировать труп. Ну, это, конечно, был гротеск и поза, но… наука же знает признаки зарождения государства (монументальные строения, гончарный круг, текстуальные законы и прочее), почему бы нам не разработать совокупность простых и ясных признаков смерти государства? Вот некоторые считают до сих пор, что Монгольская империя жива и ее правопреемником стало Московское царство. Так, когда же погибла Монгольская империя? Или Римская империя, не есть ли разрушение Рима готами лишь акт поедания трупа падальщиками, а смерть ее, может быть, была именно при Константине, утвердившем христианство государственной религией? Советский Союз, может быть, умер все же со смертью Сталина (как тут не захотеть оставить Путина), а последующие годы — это гниение и разложение? Каковы критерии помимо условных и ситуационных? Они ведь смешны в историческом аспекте. Ну, к примеру, Булгарское царство на Волге или Киргизский Каганат, столетие туда, столетие сюда. Сейчас это не принципиально, потому, что тогда все вообще определялось Богами и их знаки для нас сегодня – ничто, как и наши юридические документы для последующих поколений новых общественно – экономических формаций. Но вот нам, живущим в стране Великих перемен, неужели не нужен критерий смерти государственности? Тем более, что занимаем мы территории Улуса Джучи, повторяем его многонациональность, внутреннюю политику, да и вообще найдите десять отличий…
Вдруг смерть государства произойдет, а мы все будем ждать новых Беловежских соглашений и опять официального объявления, а на это могут уйти годы, десятилетия, а потом опять все по –новой. Или наука тут бессильна и нам придется верить в вечную жизнь духа государственности, народа и прочее?
Первый критерий бытия государства, который я предлагаю. Государство – это бытие в действительности права, а право – это бытие в возможности государства. Если государство не в силах обеспечить законность – то его и нет.
Рейтинг публикации:
«
Рустам Павлович, господин Радзинский в последние времена в своих эстрадно-исторических опусах занимается тем же, чем занимались его предшественники после революции — сознательно калечит русскую историю. Причем, чем больше вклад человека в историю нашего государства, тем большей ненавистью к нему пылает этот так называемый исторический критик. Конечно, слушать его собирается определенная публика; если бы там были наши, православные люди, он бы и 15 минут не продержался. Но там аудитория с практически отсутствующим национальным русским сознанием — новые либерасты…