Банковский альтруизм

На днях ко мне обратилась пожилая женщина и поведала свою банковскую историю, насколько печальную, настолько и распространенную.

Решив сохранить свои денежные сбережения в наше неспокойное, сопровождаемое экономическими потрясениями время, 27 февраля этого года она принесла их в надежный, по ее мнению, банк – «РОСКОМСНАББАНК».

Доверие основывалось не на пустом месте, к активно действовавшему в течение длительного периода времени банку обращались как граждане, так и юридические лица, и к настоящему времени объем вкладов физлиц составил около 18 млрд рублей (из официальных источников).

В офисе банка ее приветливо встретили симпатичные девушки в соответствующей униформе, уважительно предложили варианты вкладов с наиболее выгодными, по их заверениям, условиями и счет был открыт.

Но на этом банковская «благотворительность» не завершилась, ей тут же доверительно, как старой и доброй знакомой, предложили более выгодные условия использования денежных сбережений с  гораздо более высокой процентной ставкой.

Кто же откажется от «доброго дружеского совета…», согласие клиентки было получено, и тут же был подписан еще один договор.

А через несколько дней она прочла в СМИ о решении Центрального банка РФ от  07 марта 2019 года об отзыве у «РОСКОМСНАББАНК» лицензии на осуществление банковских операции.

«Неприятно, конечно, но ведь имеется система страхования банковских вкладов...» — с этими мыслями женщина вернулась к договорам и была неприятно ошеломлена (мягко сказано) прочитав о том, что ее деньги были переданы взаем иной структуре, и банк ни за них, ни тем более за их прирост или утерю какой-либо ответственности не несет.

Женщина пояснила, что возможно она подписала второй договор не прочитав его, поскольку находилась в помещении банка и говорила с работниками банка, и полагала, что деньги останутся в банке, только для получения больших процентов следует заключить новый договор. Да и прочитав вряд ли поняла бы его суть, поскольку не видит разницы между депозитом и инвестициями.

И судя по сообщениям СМИ это далеко не единичный случай:

— «У родственницы был вклад в банке, ей предложили поменять продукт на более выгодный, она согласилась и написала заявление. Неизвестно, поняла ли она, о каком именно продукте идет речь»;

— «Родители пожилые люди, они даже не читали договоры. У них сложилось впечатление, что деньги остаются в этом же банке, только чтобы получать большие проценты надо заключить новые договоры».

Куда же направлялись деньги вкладчиков? В региональных СМИ указываются несколько юридических лиц, причем большая часть из них с уставным капиталом не более 10 тыс. рублей, с минимальным штатом сотрудников и чуть ли не ежедневной сменой директоров.

На сайте Центробанка (из материалов Пресс-службы Банка России) прочел, что ключевым направлением деятельности злополучного банка являлось финансирование строительных проектов через кредитование компании, принадлежащих деловым партнерам конечных собственников банка и связанных с ними лицам, финансирование данной модели бизнеса обеспечивалось, главным образом, за счет привлечения денежных средств населения.

В деятельности банка отмечались недобросовестные действия руководства, связанные с участием банка в операциях его отдельных клиентов – юридических лиц, направленных на привлечение денежных средств населения с неочевидными перспективами их возврата по схеме, имеющей признаки «финансовой пирамиды». При этом погашение обязательств перед физическими лицами по подобным взносам фактически производилось за счет вновь привлеченных средств населения.

Банк России неоднократно направлял в адрес кредитной организации требования о доформирований резервов на возможные потери, в течение последних 12 месяцев 4 раза применял меры, в том числе вводил ограничения на привлечение денежных средств физических лиц.

Но разве требования Центробанка обязательны для банка!

Банк продемонстрировал свое отношение к банковскому надзорному органу и к его требованиям «агрессивной рекламной политикой», увеличением объема кредитования строительных проектов в более чем в 3 раза по сравнению с размером капитала банка, осуществлением «непрозрачных» для надзорного органа (схемных) операции с целью сокрытия своего реального финансового положения и искусственного поддержания величины капитала, а также неоднократными нарушениями предусмотренных статьями 6 (операции с денежными средствами, подлежащие обязательному контролю), 7 (права и обязанности организаций, осуществляющие операции с денежными средствами) требовании ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» (из материалов Пресс-службы Банка России).

В настоящее время вопрос о судьбе денежных средств, вложенных в банк и инвестированных в иные организации, находится на стадии разрешения. При негативных последствиях «банковского альтруизма» вкладчики могут обратиться в суд с исковым заявлением, с туманными и вполне возможными негативными перспективами – сами же распорядились своими деньгами, о чем свидетельствуют их подписи в договоре. 

В связи с этим следует упомянуть информационное письмо Банка России от 12.05.2017 № ИН-03-59/20 «О рекомендациях по обеспечению доступности услуг кредитных организаций для людей с инвалидностью, маломобильных групп населения и пожилого населения» (в дополнение к письму от 29.07.2015 № 02-31-2/6553 «О создании безбарьерной среды для инвалидов»).

В данном письме, в котором под пожилым населением понимаются женщины старше 55 лет и мужчины старше 60 лет, рекомендации касаются оснащения банкоматов, использования платежных карт и электронных средств платежа, обслуживания клиентов в офисах кредитных организации.

В пункте 2 письма рекомендовано при обслуживании в офисах кредитных организаций «обеспечить доступность информации об услугах, образцах заявлений и прочем для ознакомления, в том числе при необходимости, за счет полного раскрытия содержания документов работниками кредитных организации».

Понятие «при необходимости» может трактоваться широко и не только в интересах пожилого клиента, при этом вопрос об отсутствии или наличии данной «необходимости…» в отношении того или иного пожилого клиента будет решать работник банка. Из каких параметров он (она) будет исходить?

Полагаю, что в интересах как пожилых вкладчиков, так и самого банка, необходимо банковскую практику «полного раскрытия содержания документов» перевести из разряда рекомендательных в категорию обязательных, дополнив подробной инструкцией для работников кредитных организации и положением о видео и аудиозаписи процесса.

Согласитесь – не так уж дорого и обременительно, ныне даже в ином лифте встречает предупредительная надпись о видеозаписи, а телефон какой-нибудь «шарашкиной конторы» сообщает о записи разговора.

Но это повысило бы ответственность  работников кредитных организации, снизило риски для пожилых вкладчиков, и судебные решения по искам к банкам основывались бы на конкретных обстоятельствах, а не на «кофейной гуще».

Что касается сакральной «банковской тайны», то за нее не следует беспокоиться, поскольку видео и аудиозапись, после их введения в категорию операции и счетов клиентов,  попадут под режим банковской тайны, и могут быть выданы кредитной организацией лишь судам или иным органам на основании судебного решения.