Уголовные спецдела («заказные»)

Пример противодействия защиты – дело Всероссийского института легких сплавов (ВИЛС)

Бюрократизм в России проявляет себя во всем. Иногда может показаться, что спецдела (иногда именуемые  «заказными»), ведут как-то по особенному, тщательнее, внимательнее. Но это не так. Исполнителям, рядовым следователям, прокурорам, судьям, в силу особой загруженности не приходит в голову изобретать что-то новое, государственная служба, если  и предполагает творчество, то где- то на уровне Старой площади, в правоохранительной системе все идет по накатанному.

Дело ВИЛС не стало исключением, люди из госкорпорации «Ростех», принявшие руководство Всероссийским институтом легких сплавов, инициировали порядке 8 уголовных дел в отношении  бывшего директора и его окружения.  В ход шло все, любая сделка  рассматривалась через призму  мошенничества. С учетом стратегического значения предприятия, оперативное сопровождение дела  осуществляла доблестная ФСБ, расследовалось дело в СЧ по РОПД СУ УВД ЗАО г. Москвы под чутким надзором окружной прокуратуры.  

В деле были использованы две беспроигрышные стандартные схемы обвинения, противостоять которым стороне защиты практически невозможно. Первая, — расследование дел в отношении неустановленных лиц, вторая,- сбор обвинительного материала за пределами действия Уголовно- процессуального закона  прокуратурой (доследственная прокурорская проверка).

При их использовании доказать можно все что угодно и кому угодно. Если кратко, то прокуратура сначала в спокойном режиме собирает материал, затем направляет его следствию, следствие  его реализовывает путем возбуждения уголовного дела в  отношении неустановленных лиц, а прокуратура сама же и надзирает как ее материал играет в деле. Фокус состоит в том, что не действуют ни сроки проверки сообщения о преступлении, ни гарантированные права  участников доследственной  проверки, в рамках следствия нет права на защиту, так  как нет никакого лица в отношении  которого ведется уголовное преследование. Этакая деятельность по изобличению лица, засекреченная следственной тайной, не связанная никаким сроками, где сам же инициатор и является надзирающим органом. Это стандарт.

Схема очень опасная, так как  в момент, когда  следствие располагает достаточными данными  для привлечения лица в качестве обвиняемого, обычно его допрашивают сначала в качестве свидетеля, затем сразу предъявляют обвинение, передопрашивают, а поскольку  весь материал собран, сразу знакомят с материалами дела  и отправляют в суд. Занять это может 5-6 дней, могут сразу и задержать. В общем неприятная схема, если ее не знать, можно запросто оказаться за решеткой с какими- нибудь 10-20 томами доказательств  виновности и с дурацкими показаниями в качестве свидетеля (при предъявлении обвинения фигуранты  в основном  от показаний отказываются). Процесс в реактивном режиме.

Именно в качестве свидетеля пригласили моего подзащитного, который имел неосторожность купить у ВИЛСа небольшое здание. По поводу этого здания было отдельное уголовное дело в отношении неустановленных лиц, возбужденное по материалам прокуратуры.

Ну, вот какой прогноз можно было дать? Понятное дело, что следствию легче «закошмарить» покупателя здания и оформить его либо как 100% свидетеля обвинения против основного фигуранта или  привлечь сначала его и добившись от него соответствующих признательных показаний, в обмен, скажем, на подписку о невыезде, изобличить ими оставшихся интересных игроков.  Совещание с последними показало, что они сильно против такого сценария.

И вот тут мы упираемся в наш любимый бюрократизм. Если вы знаете как защитник эти схемы, даете понять это следователю, начинаете их разрушать, то следователь по цепочке докладывает на самый верх, что «эпизод»  не проходной. И не потому, что он за законность или еще что- то там, а просто потому, что они понимают, что их схема раскрыта, ей начинается противодействие, которое вообще не то, чтобы игру всю поломает, но жизни им точно не даст (так как незаконно все). И им лень, а любая шумиха будет привлекать новых игроков в погонах, которые будут задавать лишние вопросы, пытаться во всем участвовать, а все уже договорено. И мутарно это.  Легче доложить, что эпизод не проходной, их благо много этих эпизодов. Тем более все всё понимают.

В нашем случае, чтобы закрыть вопрос по этому зданию хватило жалобы в суд (размещаю ее как образец первого захода).  Знание — сила.

Ludo ergo sum! Sapienti sat!