В делах о коммерческом подкупе признание вины часто воспринимается как быстрый путь к штрафу и завершению уголовного дела. Однако признательные показания могут привести к расширению обвинения, появлению потерпевшего, экономической экспертизе, гражданскому иску, аресту имущества и многомиллионным взысканиям. Разбираем механизм формирования этих рисков.

Когда следователь звонит и приглашает «побеседовать» или вручает повестку на допрос по делу об экономическом преступлении, большинство людей совершают одну и ту же ошибку: они идут. Без адвоката, с убеждением, что «мне нечего скрывать» и «я всё объясню». Именно с этого момента начинается не защита, ...

Реальная история защиты руководителя строительной компании: как хозяйственная операция, отсутствие одного документа и корпоративный конфликт привели к уголовному преследованию.

Сколько раз неукоснительно работает аксиома, чем раньше адвокат окажет юридическую помощь, тем больше сможет сделать для своего доверителя. Подход при оказании юридической помощи абсолютно похож как и при оказании медицинской помощи.

Коммерческий спор и уголовное дело по ст. 159 УК часто вырастают из одной ситуации: невозврат займа, срыв поставки, неудачные инвестиции. Разбираю, где проходит граница между долгом и хищением, почему следствию удобно «перекрашивать» сделку в мошенничество и что реально работает в защите бизнеса — от позиции Пленума ВС № 48 до запрета ареста по ч. 1.1 ст. 108 УПК.

«Я узнала Вас, Вы пытали меня в контрразведке…»… «Расстрелять!...» заявила комиссар (А. Демидова) герою О. Янковского (сцена из х/ф «Служили два товарища»)  
Что это было?
Допрос, очная ставка и опознание — как единое и непрерывное действие, проведенное в особых условиях без оформления. Где сама опознающая дает некую информацию и безапелляционно подводит окончательный итог.
Герой О. Янковского не участвовал в белом движении и не служил в контрразведке, но у комиссара возникло предвзятое отношение к опознающему, плюс нетривиальное появление в расположении части двух подозрительных личностей, свалившихся с неба.  
Герой Р. Быкова автоматически определен следом за О. Янковским, хотя по другому товарищу информации не было никакой – рядом стоял. И такое бывает.  

Современный рейдерский захват — это давно не маски и болгарка на проходной, а иск, поддельная подпись и банкротство: у успешного холдинга вдруг появляются «кредиторы» и долги, о которых никто не слышал. История реальной двухлетней войны за большую группу компаний на юге России: 15 процессов, арбитраж, банкротство и самое трудное — заставить систему признать, что преступление было. Почему дело «по факту» возбуждают так неохотно и что помогло вернуть активы владельцам, а организаторов отправить за решётку. Без имён — суть и выводы для коллег.

Как апелляция отказала следствию в избрании меры пресечения в виде заключения под стражу по делу о незаконном обороте алкогольной продукции на сумму свыше 126 млн. рублей

Практика защиты по делу о мошенничестве в особо крупном размере: переквалификация с двух эпизодов на единое продолжаемое преступление и полное возмещение ущерба как ключ к условному наказанию

Статья посвящена анализу феномена «биодронов» - новой формы цифрового мошенничества, при которой преступники дистанционно и зачастую неосознанно используют людей, в первую очередь детей и подростков, для совершения финансовых преступлений.