Не знаю, как у вас, но у нас, в городе Ростове-на-Дону, поездка в маршрутном такси — это экстремальный квест. Почему-то почти все водители маршруток не являются гражданами России, соответственно, имеют водительские удостоверения других государств и при этом многие даже не говорят по-русски. Приехав подкалымить, они практически живут в этих маршрутках. Режим труда и отдыха, естественно, не соблюдается, маршрутки обычно «убитые» как снаружи, так и изнутри. Из-за всего этого бесчисленные нарушения ПДД, аварии, конфликты и т.д. С недавнего времени у нас в городе даже запретили маршрутным такси выезжать на центральную улицу города.
Девушку по имени Марина, которая передвигалась на собственном автомобиле, в центре Ростова-на-Дону подрезала такая маршрутка и прижала к обочине прямо возле остановки, где стояли люди, повредив машину Марины. Марина, хрупкая и интеллигентная девушка, в прошлом мастер спорта по художественной гимнастике, в настоящем любимая жена и любящая мама. Из маршрутного такси вышел водитель, подошел к водительской двери и через открытое окно автомобиля спросил у Марины: «Зачем не пропустила?», после чего, не дожидаясь ответа, стал покрывать ее трехэтажным отборным матом и угрозами, при этом самыми приличными словами из его выступления были «проститутка и насосала», и это при пассажирах маршрутки и людях, стоявших на остановке. После того, как водитель маршрутки выговорился, он смачно плюнул в салон автомобиля Марины. Распоясавшегося водителя пришлось оттаскивать от машины Марины «свистку». («Свистки» — полукриминальные молодые люди, контролирующие работу на остановках маршрутных такси и автобусов в Ростове-на-Дону). После этого водитель маршрутки гордо удалился к своей маршрутке, сел в нее и спокойно уехал.
Во всей этой итак некрасивой истории было одно обстоятельство, которое превращало поведение водителя маршрутного такси из просто хамского в однозначно мерзкое. В салоне автомобиля все это время, помимо Марины, в детских креслах сидели двое перепуганных малолетних детей Марины, причем один ребенок на переднем пассажирском сидении, куда плюнул маршрутчик, и не видеть ребенка он не мог. И после того как дочь спросила у Марины: «Мама, а что такое сука?», -закаленная спортом психика Марины не выдержала, и у нее, впервые в жизни случилась истерика.
Андрей, муж Марины, нашел водителя маршрутки примерно через час на конечной остановке. В прошлом кандидат в мастера спорта по боксу, ветеран боевых действий, награжденный орденом Мужества, проходивший службу в горячих точках в армейском спецназе. В настоящем успешный бизнесмен, любящий муж и отец.
Как рассказал мне Андрей впоследствии, бить водителя маршрутки он не хотел, приехал, чтобы выяснить, зачем тот повредил машину жены и просто посмотреть ему в глаза. Я, честно говоря, сомневаюсь в том, что Андрей ехал просто смотреть в глаза водителю маршрутки, но оставим это на совести Андрея. Когда водитель маршрутки открыл рот, и из него опять посыпался отборный мат, Андрея перекрыло. Говорит, что не помнит, как все произошло, видимо, сработали боевые навыки, все было неосознанно, на автомате. Когда пришел в себя, увидел водителя маршрутки, который лежал на асфальте в луже крови. Везде валялась мелочь и мелкие купюры. Андрей помог водителю маршрутки подняться и, убедившись, что тот пришел в сознание, оставил его у автобуса. Собрал мелочь и положил водителю в карман. После чего подошел к соседней маршрутке и сказал ее водителю, чтобы вызвал скорую, человеку плохо. После этого уехал с места происшествия на своем автомобиле.
Через некоторое время друг Андрея, сотрудник полиции, передал ему, что возбудили уголовное дело по ч.1 ст. 111 УК РФ, личность Андрея установлена и его разыскивают. При этом сказал, что в любом случае Андрея «закроют», так как потерпевший гражданин другого государства и может быть международный скандал.
Со всем этим Андрей пришел ко мне. По моим каналам информация по Андрею подтвердилась. Да, есть уголовное дело, потерпевший — водитель маршрутного такси. Если Андрей не явится в течение недели сам, объявят в розыск. Вмешалась диаспора и заключение Андрея под стражу даже не обсуждалось.
Версия произошедшего со слов Андрея мне не понравилась, и когда мы узнали точку приложения удара, он «вспомнил», что после того, как водитель маршрутки открыл рот, то Андрей увидел у него в руках нож, которым водитель замахнулся в сторону Андрея. Левой рукой Андрей отбил нож, а правой толкнул водителя в шею, после чего тот упал на спину и ударился височно-затылочной частью головы. При этом водитель маршрутки ножом повредил левую руку Андрея. Этой версии мы придерживались до конца. Успели даже провести освидетельствование Андрея – рана на левой руке была квалифицирована экспертами как легкий вред здоровью. Нашу версию подтверждали два свидетеля, сидевшие у Андрея в машине.
В отдел полиции Андрей приехал с вещами. Сначала мы зашли к операм в уголовный розыск написать явку с повинной и дать объяснения. После того, как явку с повинной зарегистрировали в КУСП (Книга учета сообщений о происшествиях), мы пошли к следователю. В розыск Андрея объявить не успели, уголовное дело было формально приостановлено по п. 1 ч.1 ст. 208 УПК РФ (лицо, подлежащее привлечению в качестве обвиняемого, не установлено). Далее все как обычно: возобновление следствия, опознание, задержание в порядке ст. 91 УПК РФ, допрос подозреваемого, заключение под стражу и предъявление обвинения по ч.1 ст. 111 УК РФ.
В ходе следственных действий потерпевший начал фонтанировать версиями произошедшего, что нам впоследствии очень помогло, причем вел он себя по-прежнему дерзко и агрессивно. Версии потерпевшего: ничего не помнит, упал, потерял сознание; Андрей, находясь лицом к лицу, нанес ему несколько ударов правой рукой в область головы слева, не менее трех; Андрей нанес ему один удар в теменную область головы слева, при этом в момент нанесения удара Андрей находился сзади него справа; увидел Андрея сбоку, видя его боком, и в это время почувствовал удар сзади в область темени слева палкой или кастетом; момент удара не видел, но видел, что Андрей подошел к нему на расстоянии 1-2 метров, после чего отвернулся от него и пошел дальше, и в этот момент ему был нанесен удар; Андрей ударил палкой сзади; в момент нанесения ему удара находился лицом к лицу с Андреем, удар был кулаком снизу вверх, сознание потерял после падения и головой не бился и т.д. и т.п. Для меня, кстати, это до сих пор загадка, потерпевший изначально патологический врун или это последствия травмы?
Через месяц во время продления меры пресечения в виде заключения под стражу удалось «вытащить» Андрея под залог в 500 000 рублей. Причем, насколько мне известно, это был первый случай применения меры пресечения в виде залога в этом суде. Чего это стоило, и кто в этом помог, я говорить не буду. Скажу одно: все было в рамках закона, и кроме залога ни копейки жена Андрея никому не заплатила. Прокурор решение суда обжаловал в апелляционном порядке. Так как в представлении в обоснование своей позиции особо писать было нечего, прокурор, среди прочего, указал, что Андрей обвиняется в совершении преступления с наказанием до 10 лет лишения свободы, что, мягко говоря, не соответствует объективной реальности, об этом мною, помимо прочего, было указано в возражении на творение прокурора. В суде апелляционной инстанции мы узнали, что прокурор свое апелляционное представление отозвал.
Параллельно мы привлекли водителя маршрутки обвиняемым по ч.1 ст. 115 УК РФ по уголовному делу частного обвинения в мировом суде, где потерпевшим уже был Андрей.
Самое сложное было с судебно-медицинской экспертизой по определению степени вреда здоровью потерпевшего – водителя маршрутки. Сначала следователь упорно не хотела ставить дополнительный вопрос о возможности получения травмы в результате падения с высоты собственного роста. После чего эксперт отказалась отвечать на вопрос о количестве точек приложения удара. Ходатайствами и жалобами в порядке статей 124,125 УПК РФ мы все-таки своего добились. В дополнительной судебно-медицинской экспертизе эксперт наконец ответила на наши вопросы – да, имеющееся у потерпевшего повреждение, которое было определено как тяжкий вред, причиненный здоровью человека, могло образоваться от однократного воздействия тупого твердого предмета, не исключено, что в результате «падения с высоты собственного роста». Повреждения у потерпевшего находятся в одной анатомической области, что свидетельствует об одной точке приложения.
Уголовное дело ожидаемо ушло в суд с квалификацией действий Андрея по ч.1 ст. 111 УК РФ. В суде было смешно наблюдать за реакцией потерпевшего, когда я, в связи с существенными противоречиями, стал оглашать все варианты его показаний. Сначала он стал кричать, что вру я. Потом виноваты стали следователи, проводившие допросы, которые якобы сами все выдумали.
В ходе судебных прений потерпевший попросил 2 миллиона рублей компенсации морального ущерба и реальное лишение свободы для Андрея. Прокурор, естественно, также просил действия Андрея квалифицировать по ч.1 ст. 111 УК РФ и назначить ему наказание в виде 2 лет лишения свободы в колонии общего режима. В защитительной речи я просил суд Андрея оправдать, так как последний действовал правомерно в соответствии со ст. 37 УК РФ, находясь в состоянии необходимой обороны. То, что Андрея свободы не лишат я в принципе не сомневался. Я просто видел реакцию суда на происходящее в ходе судебного следствия. Показания Марины, например, пришлось оглашать, так как она, в ходе допроса, отвечая на вопросы, все время плакала и не могла нормально говорить. Но все равно, на всякий случай, на приговор Андрей пришел с вещами.
Приговор, на мой взгляд, компромиссное решение — переквалификация на ч.1 ст. 118 УК РФ и назначение в качестве наказания штрафа в сумме 70 000 рублей. В качестве компенсации морального вреда потерпевшему взыскано 50 000 рублей. Приговор был ожидаемо обжалован представителем потерпевшего и прокурором. В принципе, исходя из обстоятельств уголовного дела и нашей позиции, можно и нужно было биться за оправдательный приговор. Но Андрей, к моему сожалению, согласился с оглашенным приговором. «Мы все устали, за то, что сделал, отвечу, — говорил он, — лишь бы не посадили, не хочу оставлять семью». Я спорить не стал, его позиция – моя позиция. Это закон. Приговор мы не обжаловали и в апелляции просили приговор суда первой инстанции оставить без изменений.
Постановлением мирового судьи Первомайского района г. Ростова-на-Дону уголовное преследование по ч.1 ст. 115 УК РФ в отношении водителя маршрутки было прекращено, в связи с тем, что, по мнению суда, в его действиях усматриваются признаки более тяжкого преступления, предусмотренного ч.2 ст. 115 УК РФ. Инициировать дальнейшее уголовное преследование я не стал по желанию моего доверителя.
В суде апелляционной инстанции Ростовского областного суда коллегия судей, у которых тоже, очевидно, есть семьи и дети, в удовлетворении жалобы представителя потерпевшего и апелляционного представления прокурора отказала и даже смягчила наказание Андрея до 65 000 рублей штрафа, учтя его явку с повинной.
Рейтинг публикации:
«
Уважаемый Евгений Федорович, с одной стороны идет тотальное развитие беззакония и произвола, с другой, закон включается именно тогда, когда этого не нужно. Чтобы сделал упомянутый в материале Андрей, если бы ситуация была отмотана назад и он уже наперед знал, что поездка обернется уголовным делом — сидел бы дома, ругая несправедливость времени? Подал иск в суд о защите чести и достоинства супруги? Cложно предположить такое развитие событий. Скорее всего, сценарий был бы более осторожен, но от этого последствия для водителя куда более тяжелыми, если не фатальными. Хорошо это или плохо, конечно, судить нельзя, но это нормальная мужская реакция. Ведь хам всегда есть человек морально опущенный, отчего и лезет только к заведомо более слабым. А взысканные 50 000 рублей еще аукнутся бумерангом, ведь природа не терпит дисбаланса.
Удачи Вам, защита таких людей — благое дело.