Рента по приговору

«Российская газета» (Федеральный выпуск) N6088 от 28 мая 2013 г. — «Рента по приговору»
Верховный суд изучил договоры о пожизненном содержании стариков.

Прецедент.
Одинокая старость, когда в силу обстоятельств пожилым людям неоткуда ждать помощи, — сама по себе крайне болезненная тема. Один из многочисленных способов для пенсионеров достойно прожить оставшиеся годы — так называемое пожизненное содержание в обмен на жилье. Но на ниве подобных договоров пожизненного содержания — проблем хоть отбавляй. Причем для обеих сторон. И для самих пенсионеров, и для тех, кто соглашается содержать старика в надежде получить после него заветные квадратные метры.

Если исключить криминал, которого в этой сфере немало, то можно утверждать, что, хотя система договоров пожизненного содержания и существует в нашей стране не один год, но все равно оставляет много вопросов. Причем не только у тех, кто ею воспользовался, но и у граждан, знающих закон. В том числе и у судей. Поэтому решение Верховного суда, который рассмотрел один из ключевых споров, возникающих из практики применения договора пожизненного содержания, — весьма полезная вещь не только для участников конкретно этого спора.

Итак, в нашем случае дело было в столице, и им занимался Тверской районный суд. Именно туда обратилась пожилая женщина, потребовав в судебном порядке расторгнуть договор пожизненной ренты, который она сама заключила с неким гражданином несколько лет назад. По условиям этого договора пенсионерка, заключив договор, передала гражданину в собственность свою трехкомнатную квартиру. Ответчик же со своей стороны пообещал пожизненно содержать женщину в этой квартире, обеспечивать ее продуктами, одеждой, при необходимости покупать лекарства, оплачивать медицинскую помощь. Общий объем такого содержания в месяц по согласованию сторон не мог быть меньше одного МРОТ.
Претензии пожилой женщины к своему благодетелю заключались в следующем. Он, по словам истицы, сам изменил условия их договора. И вместо того чтобы ухаживать и покупать ей продукты или лекарства, все, что в иске назвали «содержание в натуре», перевел в денежный эквивалент. Проще говоря, гражданин только переводил деньги на счет женщины, а сам у нее не появлялся. Истица посчитала это нарушением условий договора и потребовала разорвать договор и вернуть ей ее квартиру.

Районный суд, рассмотрев иск пенсионерки, с ней согласился и договор пожизненного содержания с иждивением расторг. За пожилой женщиной суд признал право собственности на ее прежнюю квартиру. Но, с другой стороны, суд взыскал с женщины миллион рублей в пользу ответчика. Именно столько он заплатил за жилье женщины в 2006 году, когда подписал договор.

Мосгорсуд, куда пожаловался ответчик, это решение отменил и вынес другое. Он посчитал, что договор нормально выполнялся и нарушений — нет. Вот тогда истица в поисках правды дошла до Верховного суда. Женщина попросила Верховный суд оставить в силе районное судебное решение о ее победе.
И Верховный суд, перечитав все доводы обоих судов, с пожилой женщиной согласился. Он заявил, что закон нарушила именно вторая инстанция.

Вот как рассуждала Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда. По желанию получателя ренты (это статья 603 Гражданского кодекса) предоставление содержания с иждивением в натуре можно заменить ежемесячными выплатами. По статье 450 того же Гражданского кодекса, договор по требованию одной из сторон может быть изменен или расторгнут по решению суда, но лишь в двух случаях. Оба говорят о серьезных нарушениях сторонами договора. Причем существенным нарушением названо такое нарушение, которое приносит другой стороне немалый ущерб. Кстати, в Гражданском кодексе прописано право пенсионера требовать возврата недвижимого имущества. А если это невозможно, то компенсировать его деньгами. А вот плательщик ренты в случае «развода» не может требовать компенсации расходов на содержание получателя ренты.

Всеми перечисленными нормами и руководствовался районный суд, идя навстречу истице. А вот суд второй инстанции, когда выносил решение в пользу ответчика, заявил следующее. Пенсионерка с момента заключения договора и до момента обращения в суд ни разу не высказала ни одной претензии в адрес мужчины, что он не выполняет условия договора. Да и в самом договоре предусмотрена возможность замены пожизненного содержания в натуре на денежные выплаты. Поэтому судебная коллегия горсуда пришла к выводу, что мужчина нормально исполнял условия договора.
Что же тогда не устроило Верховный суд, когда он отменил решение Мосгорсуда?

Оказывается, высший суд обратил внимание на один из пунктов заключенного договора. В нем сказано, что замена содержания в натуре на деньги действительно возможна, но только «по желанию получателя ренты». Суд второй инстанции не учел, что нет никаких доказательств, что было такое желание пенсионерки на замену «натуры» деньгами. Верховный суд напомнил коллегам, что по Гражданскому кодексу односторонний отказ от исполнения обязательств и одностороннее исполнение его условий не допускаются. Письменного соглашения о полной замене содержания в натуре на денежные выплаты между пенсионеркой и мужчиной не заключалось. Поэтому Верховный суд решил, что надо оставить в силе решение Тверского районного суда, которое было в пользу пенсионерки.

Кстати
Cуммы ренты выплачиваются получателю ренты независимо от того, передается имущество плательщику ренты в собственность за плату или бесплатно, и облагаются налогом на доходы физических лиц.

Законодательством предусмотрена обязательная нотариальная форма договора ренты, несоблюдение которой влечет его недействительность. Если под выплату ренты отчуждается недвижимоcmь, то договор подлежит госрегистрации. Несоблюдение этой нормы, влечет за собой ничтожность договора ренты.