Статья 130 УК РФ. Оскорбления на очной ставке допустимы!?

Представляю вашему вниманию кассационную жалобу.
Жалоба рассмотрена областным судом г. Кемерово не в пользу потерпевшего. А почему не в пользу? По мнению судей из личной неприязни к потерпевшему и дабы спасти следователей от ответственности, судьи допускают хулиганское поведение, оскорбления и нецензурные выражения на очных ставках!

По ссылке http://file.qip.ru/dir/FrXz0ijn/sharing.html можно скачать полный материал:
1. постановление и аудио запись областного суда
2. аудио запись самой очной ставки( дабы не быть голословным!)
3. махинации Юргинских судей за отводы со стороны потерпевшего и его сына по прошлых судебным заседаниям по другим уголовным делам где эти же судьи были председательствующие.

В Кемеровский областной суд
в судебную коллегию по уголовным делам
г. Кемерово ул. Н. Островского, 12
Частный обвинитель-потерпевший: Саевец Михаила Лукьяновича
12.09.1952 г.р. Кемеровская обл. г. Юрга проспект Кузбасский 18 б кв. 76
Подсудимая: Мирсанова Наталья Петровна 27.07.1961 г.р. г. Юрга, Кемеровская область переулок Шоссейный 6-1

Кассационная жалоба на  постановление Юргинского городского суда по делу № 10-14/2010

13 августа 2010 года Юргинским городским судом председательствующей Кильмухаметовой М.В. в апелляционном порядке вынесено постановление по уголовному делу №10-14/2010 местного обвинения по которому суд постановил приговор мирового судьи судебного участка №4 г.Юрги Кемеровской области от 17 мая 2010 г., в котором оправдана Мирсанова Наталья Петровна по ст. 130 ч. 1 УК РФ оставить без изменения, а апелляционную жалобу представителя частного обвинителя — без удовлетворения.  С приговором Мирового суда от 17 мая 2010г. и постановлением Юргинского городского суда от 13 августа 2010г. я не согласен по следующим основаниям:

Саевец М.Л. обвиняет Мирсанову Н.П. в том, что она оскорбила его, чем унизила честь и достоинство при следующих обстоятельствах :

04 декабря 2009г. в период с 15,00 час. по 16,40 час. он находился в кабинете № 7 СО при ОВД по Юргинскому району по адресу г. Юрга, ул. Строительная 2 «б» у следователя Рудольф Л.В. при проведении очной ставки с Мирсановой Н.П… Во время очной ставки Мирсанова Н.П. на его вопросы неожиданно стала отвечать грубостью, на повышенных тонах неоднократно назвала его «Дурак», на сделанные замечания со стороны Саевец М.Л. и просьбы не ругаться со, стороны следователя Рудольф Л.В., гражданка Мирсанова Н.П. не отреагировала, продолжая выражаться в адрес Саевец М.Л. нецензурно, чем унизила его честь и достоинство. Он чувствовал себя униженным, так как оскорбления слышала следователь Рудольф Л.В, и находившаяся в кабинете старший следователь Корчуганова И.А., в связи с чем ему причинены нравственные страдания. Поэтому он просил признать Мирсанову Н.П. виновной в совершении преступления, предусмотренного ст. 130 ч. 1 УК РФ, определить ей наказание и взыскать компенсацию морального вреда.

При рассмотрении данного дела, в суде первой инстанции заслушав стороны, свидетеля Рудольф Л.В., аудиозапись, суд пришёл к выводу, что Мирсанова Н.П. во время проведения очной ставки между ней и Саевец М.Л. неоднократно произнесла «Дурак» и выразилась нецензурно. Однако суд посчитал, что Саевец М.Л, не представил доказательств не приличной формы выражения данных высказываний. Кроме того, суд учёл, что стороны находились в неприязненных отношениях. Суд дает понятие неприличной формы выражения, как откровенно циничную, резко противоречащую принятой в обществе манере обращения между людьми форму. Однако в Законодательстве не определяется понятие циничной формы выражения. Следовательно, необходимо обращаться к методам лингвистичеких подходов и исследований.

Рассматривая высказывания Мирсановой Н.П. с точки зрения ортологического подхода следует отметить, что словари русского литературного языка отличаются некоторой либеральностью, в них включены откровенно просторечные слова (вонять, дрянь и т. п.), что позволяет сделать вывод о несовершенности и недостаточности ортологического подхода для определения приличности или неприличности высказывания.

Высказанные фразы Мирсановой Н.П.: «Дурак», «Пиздишь», «Блядь» являются оскорбительными. Каждый здравомыслящий человек расценит их как непозволительно резкую отрицательную оценку собеседника. Данные фразы наделены первым признаком оскорбительного высказывания — они унижает честь и достоинство другого лица.

Рассматривая с точки зрения риторического приёма, субъективная оценка вполне может быть выражена нарушением коммуникативных норм.

Данные высказывания сделаны в официальной обстановке в разговоре между людьми, состоящими в официальных отношениях при проведении следственного действия — очной ставки в стенах Государственного учреждения.Деловой стиль общения не допускает оценок типа «дурак» подкрепляемых нецензурной бранью, следовательно, их использование в анализируемом случае противоречит нормам приличия и правилам проведения следственного действия.

Следовательно, необходимо идти не по пути анализа проблемной фразы с точки зрения норм литературного языка, а обратится к оценке условий ее произнесения. В этом и заключается суть релятивного подхода в определении приличности или неприличности высказывания — ориентация на коммуникативную ситуацию.

Для релятивного подхода очень важным является разграничение коммуникативной и денотативной ситуации, (место, время, обстановка).

Коммуникативная ситуация — понятие иного рода: это внутренние условия разговора, связь той или иной фразы со смежными репликами собеседника, место этой фразы в общем контексте беседы. При определении приличности или неприличности фразы с помощью релятивного подхода основной акцент необходимо делать именно на коммуникативную ситуацию. В ответ на что прозвучала та или иная фраза, что спровоцировало Мирсанову Н.П. так выразиться, была ли эта речевая реакция адекватной ближайшему контексту и беседе в целом? — вот основные вопросы, на которые должен был ответить суд, используя релятивный подход.

Данные фразы были высказаны в деловой обстановке, в Государственном учреждении, органах охраняющих правопорядок. Следовательно данные высказывания в этой обстановке не допустимы и противоречат нормам нравственности, морали и поведению принятому в обществе. Следовательно, данные высказывания произнесены в неприличной форме. В рамках ортологического подхода приличие в общении — это соответствие языковой единицы общим нормам современного русского литературного языка. Релятивный подход понимает приличие как уместность и допустимость языковой единицы в конкретной коммуникативной ситуации.

Высказанные фразы Мирсановой Н.П. являются призрительными и не допустимыми в обстановке проведения очной ставки. Мирсанова Н.П. не только давала отрицательную оценку Саевцу М.Л., но и принижала и осмеивала его объявив его в деловой обстановке шутом, глупым человеком, умственно отсталым (понятие слова «Дурак» в толковом словаре Великого русского языка).

При рассмотрении данного дела в апелляционном порядке Федеральным судом г. Юрги установлено, что высказывания Мирсановой Н.П. «Слушай он дурак или притворяется?», «Он совсем дурак или нет?» имели форму рассуждения, не были обращены к Саевец М.Л., что подтверждается тем, что были сказаны пониженным тоном и не были услышаны следователем Рудольф и Корчугановой. Что касается нецензурного выражения, то в данном случае оно лишь сопровождало ответ Мирсановой и также не было обращено к Саевец М.Л. При таких обстоятельствах суд полагает, что частным обвинителем не представлено доказательств, свидетельствующих об умысле Мирсановой  на унижение его чести и достоинства, выраженное в неприличной форме.

Подсудимая Мирсанова Н.П. вину не признала. В судебном заседании показала, что действительно 04 декабря 2009г. Между ней и Саевец М.Л. следователем Рудольф была проведена очная ставка. При проведении очной ставки Саевец М.Л. «довел» ее до нервного срыва, поскольку несколько раз задавал один и тот же вопрос, на который она ему ответила. Находясь в таком эмоциональном состоянии, она не исключает, что произнесла те слова, на которые ссылается Саевец М.Л… Умысла оскорбить Саевец М.Л. у нее не было, поскольку данные слова не были обращены к кому-либо, тем более к Саевец М.Л.

Свидетель Рудольф Л.В. показала, что она работает следователем СО при ОВД по Юргинскому району. В декабре 2009 года, точное число не помнит, между Мирсановой и Саевец ею проводилась очная ставка по уголовному делу, которое находилось у нее в производстве. При проведении очной ставки в кабинете присутствовала она, Саевец и Мирсанова, также, возможно, что в кабинет заходила и выходила следователь Корчуганова, которая непосредственно работает с ней в одном кабинете. При проведении очной ставки она не слышала каких-либо оскорблений и нецензурной брани, поскольку была сосредоточена на том, чтобы зафиксировать вопросы и ответы в протоколе. В дальнейшем, когда она прослушивала диск с аудиозаписью очной ставки, которую записал Саевец М.Л. на диктофон, она слышала высказывания, которые были зафиксированы на диске, однако они не были адресованы конкретно кому-либо, были сказаны просто «для связки слов».

Свидетель Корчуганова И.А. в судебном заседании пояснила, что работает следователем СО при ОВД по Юргинскому району, ее рабочее место находится в кабинете № 7. Проводилась ли в ее присутствии очная ставка между Саевцом и Мирсановой пояснить не может, поскольку не вмешивается в работу других следователей. Конкретно у следователя Рудольф она никогда не слышала оскорблений в период проведения следственных действий.

 Считаю, что суд не правильно вынес приговор, не учёл ту обстановку в которой Мирсанова Н.П. произнесла оскорбительные высказывания в адрес Саевца М.Л.

Вина Мирсановой по ст. 130 ч. 1 стороной обвинения полностью доказана.

Во-первых, полные показания потерпевшего, которые подтверждают вину Мирсановой Н.П.

Во-вторых, диктофонная аудио запись, сделанная во время проведения очной ставки, и в последующем приобщена в качестве вещественного доказательства в суде.

В третьих свидетель Рудольф Л.В. и сама подсудимая Мирсанова не опровергают в суде данную запись по содержанию и подлинности.

Апелляционным судом не принято во внимание, что Мирсанова Н.П. испытывает неприязненные отношения к Саевец М.Л., что указывает на прямой умысел оскорбить, высмеять, унизить Саевец М.Л. а именно протокол 3 августа 2010 года, Мирсановой суд задал вопрос: в связи с чем потерпевший может вас оговаривать?

Ответ Мирсановой: в связи с тем, что между нами неприязненные отношения, из-за того что мой сын является подсудимым по факту кражи имущества у Саевец, а так же в производстве мирового судьи имеется уголовное дело в порядке частного обвинения по которому я выступаю частным обвинителем в отношении сына Саевец, который меня избил.

Считаю несостоятельными доводы в качестве своего оправдания подсудимой Мирсановой Н.П., что умысла оскорбить Саевец М.Л. у нее не было, поскольку данные слова не были обращены к кому-либо, тем более к Саевец М.Л. Данное оправдание является защитной реакцией подсудимой Мирсановой Н.П. и лишь отягчает ее вину. Так же ее пояснения, что при проведении очной ставки Саевец М.Л. «довел» ее до нервного срыва «до белого каления», поскольку несколько раз задавал один и тот же вопрос. На самом же деле действительно задавался один и тот же вопрос, который следователь не снимала, как пояснила сама следователь Рудольф: «не посчитала нужным» из протокола от 03 августа 2010г страница №8.

Показания следователя Рудольф Л.В. которая утверждает в суде, что при проведении очной ставки она не слышала каких-либо оскорблений и нецензурной брани, поскольку была сосредоточена на том, чтобы зафиксировать вопросы и ответы в протоколе…. В дальнейшем при прослушивании диска она слышала высказывания…. однако они не были адресованы конкретно кому-либо, были сказаны просто «для связки слов». Показания следователя также несостоятельны и противоречивы потому-как:

На 45 минуте Мирсанова обращается к следователю Рудольф на ты: «слушай он дурак или притворяется?»

Саевец М.Л делает замечание Мирсановой: «не надо так говорить!»;

Следователь Рудольф: «вы не ругайтесь, пожалуйста»

На 50 минуте Саевец задает вопрос: «я про дочь хотел узнать, которая присутствовала, почему я ее не видел?»

На 50 мин. 22 сек. Мирсанова на повышенных тонах: «нет, он уже совсем дурак или нет!? Я тебе еще раз говорю, никакой дочери тамне было, че «пиздишь» «блять»!

Саевец делает замечание: «ну-ка тихо!»

Саевец обращается к следователю: «это что за разговоры Лариса Владимировна?»

Мирсанова продолжает: «че он доколупался, я сказала дочери не было, че он в душу лезет, я не буду давать показания, я вообще сейчас уйду!»

Следователь Рудольф: «погодите, Наталья Петровна, вы еще не расписались, Наталья Петровна успокойтесь, пожалуйста»

Мирсанова к следователю Рудольф: «че он тут гонит сидит, че «блять» на этот давит  на жалость или че!?»

Саевец: «вы говорили, Лариса Владимировна вы наверное то же свидетель…»

Рудольф обращается к Мирсановой: «Наталья Петровна вы присядьте»

Мирсанова: «я даже не хочу с ним находиться в одной этой!»

Рудольф обращается к Мирсановой:  «ну присядьте, пожалуйста»

Мирсанова: «ни хочу, нет, меня вызовут в суд, все расскажу, я уйду я тебе сказала, не буду давать показания!»

Рудольф обращается к Мирсановой:  «еще два три вопроса, Наталья Петровна успокойтесь, пожалуйста»

Мирсанова: «говори!»

Рудольф обращается к Мирсановой: «присядьте, пожалуйста»

54 минута Саевец: «вам нравится такое общение Лариса Владимировна?»

Рудольф: «что вы хотите сказать, что я опять в чем-то виновата, что у вас такое общение?»

Саевец: «ну вы же видели?»

Рудольф: «я вижу, я вижу вы просто две противоположные стороны плюс и минус» 
56 минута, Саевец обращается к Рудольф: «вот и надо было сделать замечание как она себя вела!»

Рудольф отвечает с ухмылкой: «ну вы тоже себя не очень хорошо вели!»

Саевец: «в каком смысле?»

На что Рудольф ничего пояснить не может: «больше ничего говорить не буду, а то опять на меня «кляузу» напишете в прокуратуру»

Проанализировав аудио запись очной ставки и из показаний потерпевшего Саевец М.Л. следует, что свидетель Корчуганова И.А. на протяжении всей очной ставки не покидала кабинет, слышала и видела все происходящее, но не вмешивалась. Кроме того свидетель Корчуганова в суде подтвердила что голос и интонация на аудио записи принадлежат ей, протокол от 10 августа 2010г. Стр. 13. В подтверждение вышесказанного:

На аудио записи С 40 по 44 минуты Корчуганова произносит свой рабочий номер телефона 6-70-15 и называет свою фамилию Корчуганова.

С 57 по 59 минуты Корчуганова говорит по телефону

На 59 минуте следователь Рудольф обращается к старшему следователю Корчугановой по имени отчеству: «Ирина Александровна я выдерну бумажку?»

На заседании 03 августа 2010г. Протокол от 03.08.2010г. стр.6

Вопрос суда к Мирсановой: «что можете пояснить по поводу высказываний, о которых говорит Саевец?»

Мирсанова отвечает: «я в его сторону ничего не говорила, не обзывала, я вообще не произносила такие слова…. я не знаю, что он там сфабриковал?…»

На основании данных показаний и для решения вопросов по вещественному доказательству аудио записи стороной обвинения 10 августа 2010г. заявлена экспертиза на данную аудио запись для полного всестороннего и объективного рассмотрения данного дела, а так же для устранения сомнений в подлинности записи, идентификации голосов на данной записи.

В связи с заявленным ходатайством вопрос к подсудимой, вы по-прежнему отрицаете, что выражение, которое мы слышали на аудио записи, высказывали вы»

Ответ Мирсановой: «нет не отрицаю….».

Суд на заседании 10 августа 2010г. выносит постановление, что оснований для назначения по делу экспертизы вещественного доказательства — аудио записи не имеется, и по мнению судьи Кильмухаметовой М.В. данная экспертиза не требует специальных познаний. Считаю, что отказ в проведении экспертизы не обоснован и несостоятелен, а именно, суд выносит 13.08.2010г. постановление в котором делает вывода, что оскорбительные высказывания и нецензурная брань со стороны подсудимой Мирсановой были сказаны пониженным тоном и не были услышаны следователем Рудольф и Корчугановой. Что касается нецензурного выражения, то в данном случае оно лишь сопровождало ответ Мирсановой и также не было обращено к Саевец М.Л.

Возникает вопрос, как объяснить действия следователя Рудольф Л.В.:

На 45 минуте Мирсанова обращается к следователю Рудольф на «ты»: «слушай он дурак или претворяется?»

Саевец М.Л делает замечание Мирсановой: «не надо так говорить!»;

Следователь Рудольф: «не ругайтесь, пожалуйста»

Выше установленное и сделанные  судом выводы, не является оправданием противоправным действиям подсудимой Мирсановой Н.П. и противоречат показаниям свидетелей Рудольф Л.В. и Корчугановой И.А., а так же противоречит полным и достоверным показаниям потерпевшего Саевец М.Л. подкрепленные аудио записью сделанной на диктофон и приобщенной в суде.

На основании вышеизложенного прошу суд отменить приговор Мирового суда по делу частного обвинения № 1-11/2010 от 17 мая 2010 года, отменить постановление Юргинского городского суда от 13 августа 2010г. по делу №10-14/2010 назначить новое рассмотрение и признать Мирсанову Наталью Петровну 24 июля 1961 года рождения виновной в совершении преступления предусмотренного ст. 130 частью 1 УК РФ.

Приложение:
1. Копии обжалуемых судебных актов.
2. Платежное поручение об оплате госпошлины
3. Копия кассационной жалобы.
4. Копия постановления об отказе проведения экспертизы
5. CD-R диск – оригинал с аудио записью очной ставки от 04 декабря 2009г.

http://file.qip.ru/dir/FrXz0ijn/sharing.html





вот… прочитали и удивляемся??? оказывается можна матерится и оскорблять, а чтобы к ответственности не привлекли достаточно пояснить что не имела я умысла оскорблять, хоть и не отрицаю неприязненных отношений, да  и вообще вместо «пиздишь» я сказала сидишь, или глядишь, в общем я это шкафу говорила…