«Не способный к раскаянию неисцелим». Аристотель.
В настоящей публикации речь пойдёт о том, когда признание вины является для доверителя наилучшим исходом уголовного дела.

Естественно, единственно возможный, для любого здравомыслящего человека ответ – «нет, никогда, ни за что». Почему же, приходится сталкиваться с ситуациями, когда вступаешь в уголовное дело, а там многостраничные допросы с признаниями, прочитав которые, не понимаешь, как их сделал человек, находящийся в здравом уме?

Что нужно делать адвокату в суде, когда его подзащитный полностью признает свою вину? На первый взгляд, ответ очевиден: соглашаться с обвинением и просить смягчить наказание своему подзащитному. Но я в очередной раз убеждаюсь, что неправильно ограничиваться первым взглядом, а выражение: "не нужно портить отношения с судом", которым некоторые коллеги оправдывают свое бездействие, и вовсе неприемлемо для адвоката.

Нередко адвокат по соглашению вступает в уголовное дело, в котором его подзащитный уже признал вину и дал против себя показания. Рассмотрим, что же можно сделать в такой ситуации.

Оперативники по горячим следам задержали подозреваемого и предлагают ему компромисс. Он соглашается признать какой-то один факт при непризнании всех остальных. Получается, что вроде ни в чем особо не сознался, лишнего на себя не наговорил, зато добился смягчения отношения к себе сейчас и наказания в будущем. Это ловушка.

В изоляции легко ошибиться: тревога, одиночество и постоянное «пережёвывание» событий создают иллюзию, что ваши слова убедят суд. На деле же несогласованные с защитником тексты разрушают линию защиты, звучат как отсутствие раскаяния или даже как обвинение против самого подсудимого. Суд воспринимает это не как «правду», а как подтверждение обвинения.