Не знаю по какой причине, но в последнее время все чаще стал сталкиваться с настойчивыми просьбами-требованиями следователей (в том числе, но не ограничиваясь): не требовать вручения постановления о привлечения в качестве обвиняемого, подписать протокол ознакомления с делом  за один день (а потом пр...

В интернете полно информации о том, как добиться более-менее мягкого приговора («ниже нижшего», штрафа, условного наказания, отсрочки его исполнения и так далее). Однако некоторые наши сограждане ищут легкий путь, который как им кажется, может решить все проблемы. Об этом уже немного писал здесь: «Порешать» проблему или создать себе новую. Взятки, мошенники и самокаты без колес А сейчас о том, что может произойти, после того, как Вы начнете искать «выходы» на «помогатора-решалу», который приложит усилия для решения Вашей проблемы? Итак, в результате каких своих (или своих родственников, друзей, и других сочувствующих) действий можно получить приговор «жестче среднего»? Безусловно для этого есть масса способов, которые каждый адвокат, занимающийся уголовными делами знает, да и многие подсудимые догадываются – хамить, озвучивать версии о совершении преступления потусторонними силами, «косить» (неудачно) под психически больного, многократно менять показания то признавая вину, то снова зая

Вы спокойно себе находитесь дома (на работе, на даче, в машине), пьете чай-кофе, (общаетесь с домочадцами, смотрите ТВ, играете в «плойку», чешете кота, вяжете крючком). Этот размеренный быт/уют прерывает звонок/стук в дверь/окно/телефон. За дверью (на другом конце провода, за окном, забором, изгородью, частоколом) стоит (говорит, требует) незнакомый человек (несколько, много людей), представляющийся сотрудником правоохранительных органов. Что делать, чего не делать — решать безусловно в каждом случае надо индивидуально. Напомню лишь общеизвестные базовые принципы, применимые практически в любой ситуации. Исходим из того, что сотрудник правоохранительных органов настоящий, адресом не ошибся, повод для визита и вопросов более-менее существенный и связан с исполнением служебных обязанностей. Естественно цели и порядок общения сотрудников правоохранительных органов с гражданами зависят от должности, самого органа, подразделения, вида судопроизводства по поводу которого это общение предсто

«Ерундой занимаетесь», говорит. Неприятно резануло, еще и в присутствии наших с ним подзащитных. Эмоции я могу понять – по сути эти вопросы к деятельности нашей коллеги, вероятно его хорошей знакомой. Задумался – а может действительно занимаюсь ерундой, а надо именно так, как работали до меня – экспресс-допрос, который надо лишь подписать, заверение исправлений без участия допрашиваемого, да и не тратить время на консультацию?

Ничего не делая на стадии «следствия» (предварительного расследования), автоматически обеспечиваешь направление дела в суд, а себе – объем работы на стадии рассмотрения дела в суде первой инстанции, соответственно – получение гонорара за данную стадию. То же самое можно продолжать и в суде – бездействие защитника, результатом которого будет приговор, не устраивающий доверителя. Естественно, его необходимо будет обжаловать в апелляционном, а затем и в кассационном порядке, соответственно с выплатой адвокату гонораров за эти стадии рассмотрения дела. Получается, что чем меньше и хуже работаешь по делу, тем больше заработаешь?

Периодически сталкиваясь с коллегами скажем так, разного уровня подготовки, задумываюсь. При переизбытке на рынке юристов, казалось бы должны «выживать сильнейшие», а менее профессиональные уходить в другие сферы деятельности. Но всегда ли происходит именно так? Боюсь что нет. Однако не во всех направлениях юриспруденции такая аномалия одинаково сильна. В какой отрасли права начинающему (да и не только) юристу проще всего скрыть свою некомпетентность? К сожалению это уголовное право и уголовный процесс. Почему?

Закон суров. Уголовный закон очень суров. Но есть инструменты, которые позволяют его смягчить, причем довольно существенно. И это не коррупционные схемы, показания лжесвидетелей или притянутые «за уши» доказательства, которые ничего не доказывают. Сейчас хочу рассказать о реальном механизме, который четко прописан в уголовном законе и при грамотной работе с ним, не может не дать положительного результата. Так как в основном специализируюсь на уголовных делах по статье 159 УК РФ (мошенничество), то для примера возьму именно ее. Итак...

В последнее время лицам, привлекаемым к уголовной ответственности по различным статьям Уголовного кодекса, например 159 УК РФ (мошенничество) «усиливают» обвинение путем дополнительного вменения тех или иных частей статьи 210 УК РФ (обычно – первой части тем, кого следствие считает организаторами-руководителями и второй тем, кто на роль организатора «не тянет»). Примерно такая же ситуация по другой «народной» статье - 228.1 УК РФ.

Выходит после очередного заседания из нашего зала «гос» (помощник прокурора), которая и в нашем деле тоже представляет сторону обвинения. И на глазах у всего коридора, увидев свою, видимо очень хорошую, знакомую (судя по нагрудному знаку – адвоката) горячо с ней обнимается, весело что-то обсуждает... И мой доверитель это видит. И говорит мне с таким явным намеком – вот бы с ней переговорить (адвокатом-женщиной), чтобы она у «госа» спросила, что там по нашему делу будет...

Поднять эту тему меня побудили два не связанных между собой события. Первое – предложение согласиться с прекращением (к сожалению не по реабилитирующим основаниям, как в этом случае, но иначе и согласие не потребовалось бы) уголовного дела, возбужденного по статье 159 части 4 УК РФ (мошенничество), ...