Адвокат из местных или "сторонний"? Кого выбрать?

Захожу в один из районных судов в нашем регионе. Передо мной идет коллега, с  которым лично не знаком, но пару раз видел и точно знаю, что адвокат. Подхожу к окошку приставов,  отдаю удостоверение, называю номер зала, меня записывают. Краем глаза наблюдаю, как коллега минуя приставов проходит в  суд. Думаю – здорово, в том суде и не досматривают и записываться не обязательно! Правда я все равно обычно стараюсь записаться, чтобы в случае каких-то спорных моментов имелось доказательство того, что в суде я все-таки был...

Записавшись, по примеру коллеги прохожу мимо пристава (правда успев показать ему удостоверение и сказать, что я – адвокат). Но слышу в ответ:

– Давайте сумочку посмотрим.

Ну давайте конечно, смотрите...

Про то, что решение Совета судей носит рекомендательный характер и порядок прохода адвокатов в здание каждого конкретного суда определяет его председатель, я уже слышал многократно, поэтому затевать очередной спор по этому поводу ни желания, ни времени, ни смысла – не было.

Но я же только что своими глазами видел, как коллега-адвокат прошел мимо того же пристава, без досмотра, без каких-то пререканий, как будто в этом суде так и заведено. Если бы так прошел прокурор, следователь, полицейский – вопросов бы не было. Точнее они были бы конечно, но не на уровне конкретного пристава, а в принципе – к равноправию сторон в процессе, ведь театр начинается с вешалки, а суд – с рамки металлодетектора на входе. Но я точно знал, что это был адвокат. Поэтому и задал остановившему меня сотруднику вопрос:

– А в вашем суде адвокатов досматривают? Или нет? Или через одного?

Но пристав был опытен, подкован в риторике, и просто так его было не подловить:

— Вот Вы в каком районе работаете? – парировал он, имея в виду район по месту моей основной деятельности.

Однако, так сложилось, что получив статус, я ни одного дня не работал по назначению органов дознания, следствия и суда. Можно рассуждать о том хорошо это или плохо, но есть как есть. Вечный спор о том, хорошо работают коллеги «по назначению» или не всегда хорошо — оставим за скобками, наверно это зависит от самого человека. Впрочем от тех, кто работает плохо корпорация потихоньку избавляется, так что будем считать, что те кто работает — делают это хорошо.

Поэтому я честно признался, что как такового «порта приписки» не имею, работаю там где есть необходимость у доверителей – от Москвы – до самых  до окраин (ну не до самых конечно, тут переборщил немного).

Пристава это не смутило и он развил свою мысль:

— У нас есть адвокаты, которых мы  знаем, они постоянно здесь присутствуют.

Далее он произнес слово, с которым я  категорически не согласен — [прикормленные]. Слово обидное и считаю не отражающее взаимоотношения суда и адвоката. И продолжил:

— Вот их мы не досматриваем и не записываем. А «чужих» – по полной программе.

В сумке у меня не было ничего интересного, поэтому наша светская беседа быстро подошла к концу и попрощавшись я проследовал к залу судебного заседания. Но разговор остался в памяти.

Еще один случай освежил описанную выше ситуацию и заставил задуматься. Сидим с доверителем у входа в зал суда, ждем начала своего заседания. Суд уже другой. Многолюдно – адвокаты, подсудимые, потерпевшие, свидетели, чьи-то родственники и друзья по разным делам, ждут начала своих заседаний у разных судей. Выходит после очередного заседания из нашего зала «гос» (помощник прокурора), которая и в нашем деле тоже представляет сторону обвинения. И на глазах у всего коридора, увидев свою, видимо очень хорошую, знакомую (судя по нагрудному знаку – адвоката) горячо с ней обнимается, весело что-то обсуждает… И мой доверитель это видит. И говорит мне с таким явным намеком – вот бы с ней переговорить (адвокатом-женщиной), чтобы она у «госа» спросила, что там по нашему делу будет...

Я желания бегать что-то выспрашивать не изъявил, сказав, что в принципе пойму если он захочет поменять адвоката (меня) на нового (нее). Но так вопрос не стоял и от общения с коллегой доверитель воздержался. Справедливости надо сказать, что не он один заинтересовался общением с таким серьезным защитником — по лицам многих сидящих в коридоре можно было понять кое-что. Порадовало только то, что хоть судьи воздерживаются от таких проявлений дружеских чувств при посторонних. Кстати, то дело для моего доверителя закончилось очень хорошо — 1 годом 6 месяцами лишения свободы по части 4 ст. 158 УК РФ, которые были почти полностью отбыты на домашнем аресте. При чем без каких-либо «обнимашек» с кем-то.

Да, термин который использовал пристав (не буду его повторять) – очень грубый и неправильный по сути. Но дело не в этом, а в принципе – явление такое иногда может иметь место. Однако, чего больше в нем для доверителя (потерпевшего,  обвиняемого, подсудимого, истца, ответчика) плюсов или минусов, в такой ситуации, когда адвокат является «своим» в этом конкретном суде или правоохранительном органе – однозначно сказать сложно. С одной стороны – это шанс прийти к какому-то компромиссному решению. А с другой, в тяжелых случаях, когда надо спорить, доказывать, ругаться  – из-за одного доверителя можно испортить надолго отношения с теми, с кем тебе еще долго придется взаимодействовать – стоит ли оно того?

Коллеги, а как вы считаете – возможны ли дружеские, приятельские отношения между адвокатами и представителями например стороны обвинения?

И пойдут ли они на пользу доверителю, либо напротив могут навредить?

Адвокат по уголовным делам

Сергей Филиппов, Санкт-Петербург