![Не признал вину - переквалификации не будет](https://pravorub.ru/upload/content/2020/10/02/3361c571da6372ff86c4fa4468453fbf.jpg)
Уважаемые коллеги и читатели портала. Хочу представить на обозрение, интересный, на мой взгляд случай и услышать мнение профессионалов.
Я оказывал помощь в составлении кассационной жалобы для осужденного по п. «а, б» ч.3 ст. 228.1 УК РФ.
Эта история происходила в отдаленном регионе в конце 2017 года. «Штатный» закупщик — А. договаривается о приобретении наркотика у местного сбытчика — Г., которым правоохранители интересовались на протяжении нескольких месяцев. Тот, в свою очередь, берет деньги у закупщика и идет просить наркотик у другого молодого человека – В. (которому я оказывал помощь), передав ему деньги.
На момент просьбы у В. наркотика не было и в этот же день он поехал в другой город по просьбе первого. Там он приобрел наркотик и также в день обращения передал его сбытчику.
Сбытчик, не зная, что находится под пристальным наблюдением людей в погонах – спокойно общается по телефону с другими лицами, употребляющими наркотики и передает наркотик закупщику через 5 (!!!) дней после передачи ему денег.
Сотрудники правопорядка фиксируют передачу наркотика, но мер по задержанию сбытчика не принимают. Спустя какое-то время проворачивают подобную операцию с Г. и уже другим закупщиком. Во второй операции В. уже не участвовал.
В итоге: Г. задерживают по двум эпизодам сбыта, он заключает досудебное соглашение о сотрудничестве со следствием и дает показания по одному из эпизодов на В., как на лицо сбывшее ему наркотическое средство. Г. приговаривают к 6 года и 3 месяцам лишения свободы, а спустя полтора года — В. приговаривают к 8 годам лишения свободы, т.к. уголовное дело в отношении В. было возбуждено только осенью 2018 года.
Обвинительный приговор в отношении В. основан на показаниях Г., которые для суда предрешили вопрос о виновности В. Понятые, оперативники и собственно сам закупщик, не видели в глаза господина В.
В отношении Г. проводились ОРМ – Прослушивание телефонных переговоров, где В. неоднократно ему говорит, что своих наркотиков у него нет и ему придется ехать за «закладкой» в другой город. Таким образом, действуя в интересах приобретателя. В. свою вину на судах первой и апелляционной инстанциях отрицал.
В кассационной жалобе мы указали на неправильную квалификацию преступления, т.к. в данном случае В. выступал в роли посредника, приобретая наркотики на деньги переданные ему Г. и в его интересах. Привели примеры из судебной практики Верховного Суда РФ, такие как Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда РФ по делу № 50-Дп-11-17 от 29 сентября 2011 года и Определении Судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда РФ по делу № 89-Д11-8 от 18 октября 2011 года, где указано, что нахождение наркотического средства, полученного от сбытчика, у посредника для передачи его приобретателю не требует дополнительной квалификации как незаконное хранение без цели сбыта.
Также сослались на Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 г. N 16 “О практике применения судами особого порядка судебного разбирательства уголовных дел при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве” где черным по белому указано, что вступивший в законную силу приговор, постановленный в отношении лица, с которым заключено досудебное соглашение о сотрудничестве, не может предрешать вопрос о виновности соучастников, совершивших преступление совместно с таким лицом. В нашем же случае суд взял за основу показания Г. так как он признал не только свою вину, но и вину В. Что же касается повторной проверочной закупки у Г., которая противоречит задачам оперативно-розыскной деятельности, то суд не принял во внимание этот факт, не смотря на то, что у сотрудников полиции была возможность пресечения его действий, т.к. цель оперативно-розыскного мероприятия была достигнута и наркотическое средство из незаконного оборота было изъято после первой закупки. Мы сослались наОпределения Судебной коллегии по уголовным делам № 18-Д12-104 от 14.01.2013 года и № 25-Д13-43 от 23.01.2014 года.
Кроме того, мы сослались наПостановления президиума Московского городского суда по делу № 44у-350/13 от 13 декабря 2013 года (за что хочется отдельно поблагодарить адвоката Вадима Ивановича Гурьева https://advokat-guriev.pravorub.ru), так как в данном постановлении судом сделан вывод, что, доказательства положенные в основу приговора, не свидетельствуют о том, что подсудимый принимал непосредственное участие в передаче наркотического средства приобретателю «закупщику», с ним (закупщиком) об условиях передачи наркотиков не разговаривал, информации о подсудимом, как о лице, занимающемся распространением наркотических средств, у сотрудников правоохранительных органов не имелось. Т.е. в данном случае исключен квалифицирующий признак, как совершение преступления группой лиц по предварительному сговору.
Суд кассационной инстанции нашу жалобу не удовлетворил, сославшись на то, что В. отрицал свою вину. Цитирую дословно:
«Представленными доказательствами опровергаются доводы В. о том, что он оказывал пособничество в приобретении наркотического средства. Кроме того, в ходе судебного разбирательства В. полностью отрицал передачу наркотиков Г. не только в целях сбыта, но и в интересах приобретателя. Поэтому нет оснований для квалификации действий осужденного по ч. 5 ст. 33 ч.1 ст. 228 УК РФ. Судом дана оценка доводам подсудимого о том, что он к незаконному сбыту наркотических средств не причастен. Данные доводы со ссылкой на совокупность всех представленных доказательств также обоснованно отвергнуты.».
Таким образом, суд мотивировал свою позицию не в соответствии с законом, собранными доказательствами и решениями вышестоящего суда, а из личных убеждений с учетом отрицания вины осужденным.
Вопрос к более опытным коллегам: Прав ли суд? Есть ли у кого-то подобная практика? Буду рад любым отзывам и советам. Заранее благодарен.