Суброгация по РЕСОвски или что можно сделать в безнадежном деле

Впервые ознакомившись с  делом о котором пойдет речь ниже, я не увидел очевидных положительных перспектив для  своего доверителя.

Посудите сами: доверитель, будучи в состоянии алкогольного опьянения, в нарушении ПДД, выехал на полосу встречного движения.

Произошло столкновение с автомобилем, двигавшимся во встречном направлении, в результате которого обе машины не подлежали восстановлению.

Автомобиль потерпевшего был застрахован в рамках договора КАСКО, по которому впоследствии потерпевший и получил страховое возмещение.

По результатам административного расследования в отношении доверителя вынесли постановления: по ч.1 ст. 12.8 КОАП РФ и ч.2 ст. 12.13 КОАП РФ и постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, сам пострадал – сам виноват. В отношении второго участника ДТП никаких нарушений ПДД не усматривалось.

Спустя год после ДТП доверитель получил претензию, в которой страховая компания просила его в добровольном порядке возместить ей убытки, непокрытые выплатой за виновника в рамках договора ОСАГО, а также  суммой вырученной от продажи годных остатков, переданных потерпевшим в страховую компанию по условиям договора КАСКО.

Доверитель, на данную претензию не ответил и еще спустя примерно год получил повестку из суда.

Итак, ознакомившись с исковым заявлением, обсуждаем с доверителем как уменьшить размер убытков при суброгации:

1. Обосновать причину ДТП обоюдной виной водителей.

Дескать, да ответчик виноват не увидел, но и второй водитель тоже виноват, поскольку двигался с превышением скорости, в связи с чем при обнаружении опасности для движения, не смог принять меры к снижению скорости вплоть до полной обстановки.

Со слов доверителя, на АЗС рядом с которой произошло ДТП, должна была  установлена видеокамера.

Также доверитель полагал, что по пути следования автомобиля потерпевшего, непосредственно перед местом столкновения были знаки, ограничивающие скорость движения транспортных средств.

Как выяснилось позже, за истечением времени (с момента ДТП прошло 2 года) видеозапись ДТП на АЗС не сохранилась, да и в материалах дела её никогда не было.

Никаких знаков ограничения скорости, в месте столкновения также не было.

Итак, данных о превышение скорости вторым водителем нет.

Думаем дальше…

2. Проверить соответствие повреждений по акту осмотра с фотографиями поврежденного автомобиля.

Может чего лишнего приписали?

Вместе с доверителем изучаем акт осмотра и фотографии, приложенные страховой компанией.

Все обоснованно, ничего не приписали.

Думаем дальше…

 3. Проверить расчет цены иска. И вот здесь начинается самое интересное…

Итак, истец РЕСО-Гарантия» просит взыскать с моего доверителя 431 800 руб. – убытки, и пени – 36 425, 29 руб.

 В обосновании суммы убытков истец указывает, что в рамках договора добровольного страхования выплатил потерпевшему (второму участнику ДТП) страховое возмещение 1 187 800 руб.

Годные остатки были переданы потерпевшим страховщику и впоследствии реализованы последним за 356 000 руб.

Кроме того, в рамках договора ОСАГО за виновника ДТП (ответчика) «Росгосстрах» перечислил истцу 400 000 руб.

Итого: 1 187 800 руб. – 356 000 руб. – 400 000 руб. = 431 800 руб.

Правильно?

По арифметике — правильно, а по гражданскому праву – нет.

Почему?

Потому что в материалах дела, кроме договора-купли-продажи годных остатков, было еще и заключение эксперта, которым стоимость годных остатков поврежденного автомобиля оценена в 550 000 руб.

Интересно получается, у  страховой компании есть имущество, стоимостью в 550 000 руб., а она продает его за 356 000 руб. «Имеет право!, свобода договора!» — скажете вы, и я соглашусь с вами.

Только, почему эту свободу договора должен оплачивать ответчик? А если бы страховая компания продала годные остатки за 1000 руб. то сумма убытков увеличилась еще на 355 000 руб.? 

Первый довод для отзыва – расчет убытков неверный и не должен вести к неосновательному обогащению ответчика.

Теперь переходим к пеням.

Читаем текст искового заявления: «В соответствии со ст. 395 ГК РФ…», дальше  читаем просительную часть иска: «взыскать  с … пеню 36 425,29 руб.» Читаем еще раз и еще раз! «Давно ли проценты  по ст. 395 ГК РФ стали пенями?» — хотелось мне спросить у представителя страховой компании.

Ну да ладно, ни пени, ни проценты по ст. 395 ГК РФ страховой компании не видать – нет таких оснований в данном деле.

Второй довод для отзыва – взыскание процентов по ст. 395 ГК РФ (как впрочем и пеней) в рассматриваемом деле не предусмотрено, ссылаемся на п. 57 Постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2017 г. 

ИТОГ: Суд в полном объеме согласился с нашими доводами, и уменьшил взыскиваемую сумму с 467 425,39 руб. до  237 800 руб.