Относительно недавно, с моим другом, коллегой и нашим соратником по праворобу Мануковым Михаилом Меликовичем, для его канала «Диалог с пристрастием» мы снимали очередное интервью. И говорили на тему важности заявлений и замечаний в протоколе следственного действия, как крайне необходимых составляющих при защите прав наших доверителей. И вот совсем недавно, в практике появился очередной положительный пример, который ярко это демонстрирует. Совсем недавно,  вечером мне позвонила встревоженная молодая женщина, обратившись за помощью по защите её супруга, жителя Кабардино- Балкарской Республики. По её словам, рано утром к ним нагрянули сотрудники полиции, трое командированных из города Троицка (Москва) и подмога в лице местных силовиков, оперативника и бойцов СОБРа. На основании постановления суда, провели обыск, изъяли телефон её супруга, паспорт. Забрали мужчину с собой. Никаких повесток он не получал, по его словам никто ему не звонил и не вызывал ранее. Важный момент, что после обыска

Реальное дело по ч. 3 ст. 183 УК РФ: вместо неизбежного приговора — прекращение по примирению сторон. История о том, как правильно выбранная тактика защиты и человеческий подход помогли сохранить человеку свободу и семью.

Но основная проблема по данному уголовному делу заключается в том, что, исходя из других наших доводов, между прочих подтвержденных судом кассационной инстанции, при отмене первого апелляционного определения, в действиях моего доверителя, по нашему мнению, вообще отсутствует состав какого-либо должностного преступления. Вообще-то мы с доверителем наивно и робко надеялись на оправдательный апелляционной приговор.

Хронологический анализ материалов уголовного дела позволил защите выявить признаки провокации дачи взятки.

Это история типичного рейдерского захвата с заказанными уголовными делами вдогонку обманутому собственнику. Честно говоря, мне кажется, что девяностые годы в принципе никуда не уходили. Только теперь, в результате различных эволюционных процессов, у нормальных пацанов-бизнесменов «валить» конкурентов и неудобных партнеров считается дурным тоном. Сейчас в ходу более интеллигентный и изощренный способ ведения бизнеса – инициирование уголовных дел и посадки.

Данная статья является продолжением предыдущей публикации. В предыдущей статье я описывал общий обзор уголовной защиты по данному делу, минуя детали, поскольку при описании деталей может сместиться главный фокус.
Однако, по моим наблюдениям, именно детали интересуют читателей в первую очередь. Но есть нюанс: не имея представления о контексте, детали теряют свою ценность.

Это история про излишне доверчивого следователя по имени Дмитрий, которому не повезло с руководителями, бардак, царящих в некоторых следственных подразделениях МВД и Следственного комитета и про то, что иногда, в нашей стране, правда и справедливость берут верх над подлостью и невежеством.

Мной уже описывалась ситуация, что из себя представляют судебные товароведческие экспертизы в статье «Товароведческая экспертиза как профанация по уголовным делам...»
А вот оценка такого содержания, оценить с точки зрения достоверности и здравого смысла, занятие которое приводит к интересным, а порой и парадоксальным выводам.

Суд кассационной инстанции, надо отдать ему должное, отменяя апелляционное определение, не стал, как обычно, довольствоваться одним существенным нарушением Уголовно-процессуального закона – игнорирование судом апелляционной инстанции доводов защиты, а вполне законно и обоснованно прошёлся уголовно-правовым катком по всему апелляционному определению и приговору суда первой инстанции, используя, в том числе, доводы защиты, проигнорированные судом апелляционной инстанции.