Изменение приговора в суде апелляционной инстанции. Переквалификация действий доверителя с п. «е» ч. 3 ст. 286 УК РФ, п. «е» ч. 3 ст. 286 УК РФ на ч. 1 ст. 286 УК РФ с уменьшением назначенного наказания в виде лишения свободы до фактически отбытого

 После отмены первого апелляционного определения судом кассационной инстанции суд апелляционной инстанции Ростовского областного суда при повторном рассмотрении уголовного дела переквалифицировал действия моего подзащитного с п.  «е» ч.3 ст. 286 УК РФ на ч.1 ст. 286 УК РФ, посчитав, при этом, что им вместо вмененных ему двух эпизодов было совершено одно длящееся преступление, и сократил срок наказания практически до отсиженного.

 Защита, в принципе, указывала на эти обстоятельства в дополнительной апелляционной жалобе, которые полностью и категорически были проигнорированной судом апелляционной инстанции при первом рассмотрении данного уголовного дела.

 Здесь есть интересный момент для практикующих по уголовным делам адвокатов – это исключение судом апелляционной инстанции квалифицирующего признака должностного преступления, предусмотренного п. «е» ч.3 ст. 286 УК РФ – из личной заинтересованности, и фактическое обоснование судом апелляционной инстанции данного решения. В принципе это тема интересная и злободневная, достойная отдельной публикации.

 Но основная проблема по данному уголовному делу заключается в том, что, исходя из других наших доводов, между прочих подтвержденных судом кассационной инстанции, при отмене первого апелляционного определения, в действиях моего доверителя, по нашему мнению, вообще отсутствует состав какого-либо должностного преступления. Вообще-то мы с доверителем наивно и робко надеялись на оправдательный апелляционной приговор.

 Решение однозначно компромиссное, учитывая напутственные слова судьи-докладчика, когда она увидела наши с доверителем офигевшие лица после оглашения резолютивной части апелляционного определения: «Осужденный, не переживайте, через неделю будете дома».

 Сильный ход, исходя из того, что мало кто из осужденных к длительному реальному сроку заключения после того, как получает возможность досрочно вернуться к семье, будет пытаться бороться дальше, доказывая свою невиновность, предвидя непредсказуемый в нашей правовой системе окончательный результат по уголовному делу. При этом никаких гарантий, что ситуация станет лучше нет ни по совести, ни по закону.

 Юридический юмор: «1937 год. Два зека общаются между собой в лагере. Первой спрашивает у второго, сколько дали и за что? Второй отвечает дали 25 лет, вообще не за что. Первый второму: «Это ты врешь. У нас не за что дают 10 лет…».