Выявление признаков провокации дачи взятки

История про уголовное дело по обвинению Н., оказавшегося не в то время и не в том месте.

ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА, УСТАНОВЛЕННЫЕ СЛЕДСТВИЕМ:

Из постановления о привлечении Н. в качестве обвиняемого следует, что он не позднее 20 ч. 45 мин. 17.05.2025, находясь по адресу: ..., в служебном кабинете инспектора отдела по вопросам миграции (ОВМ) ОМВД России по Энскому району в связи с совершением им административного правонарушения, предусмотренного ч. 1.1 ст. 18.8 КОАП РФ, действуя умышленно, осознавая, что своими действиями подрывает основы и авторитет государственной власти РФ и органов внутренних дел РФ, предвидя возможность наступления общественно-опасных последствий и желая их наступления, желая избежать предусмотренной законом ответственности, лично дал взятку должностному лицу — инспектора ОВМ ОМВД России по Энскому району Д. в виде денежных средств в сумме 15 000 руб. за незаконное бездействие, а именно непривлечение Н. к административной ответственности по ч. 1.1 ст. 18.8 КОАП РФ.

 ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА ПО ВЕРСИИ Н.:

 Н. вместе со своим товарищем направлялся из одного города в другой, по пути они проезжали Энский р-н. Там наш предприимчивый герой вместе с товарищем решил заехать на местное кладбище, чтобы нарезать цветы для последующей продажи. Через некоторое время на место прибыли сотрудники полиции, которые задержали товарища Н., немного позднее в паре кварталов был задержан и сам Н. Горе предпринимателей передали в заботливые руки сотрудников ППС, которые устроили гостям района экскурсию: сначала повезли в территориальный отдел полиции, затем в местную ЦРБ, где было произведено медицинское освидетельствование.

По окончании медосвидетельствования сотрудники ППС связались с инспектором ОВМ Д., чтобы проверить законность пребывания Н. на территории РФ. Поскольку описываемые события происходили воскресным вечером, сотрудник ОВМ Д. находился по месту своего жительства. Тогда полицейские поместили Н. в «стакан» служебного «Патриота», и все вместе отправились домой к инспектору. Забрав инспектора, действующие лица прибыли к отделу ОВМ Энского района.

Затем, по словам Н., туда прибыл оперативный сотрудник Б., который сообщил Н., что он обо всем договорился с инспектором Д., что последний отпустит Н. за символическую сумму в 15 000 руб.

Ну, а дальше все совпадает с результатами оперативной съемки…

Н. входит в помещение служебного кабинета Д.

Д. строго спрашивает Н. про законность нахождения на территории РФ, последний рассказывает короткую историю про утерю документов.

Н. просит не наказывать его строго и отпустить, доставая из кармана сложенные купюры.

Д. театрально заявляет, что так нельзя и что это взятка.

Н. кладет денежные средства на стол Д.

В кабинет входит оперативный сотрудник Б.: «Оставаться на своих местах, Н., Вы задержаны за дачу взятки!».

ПРЕДВАРИТЕЛЬНОЕ РАССЛЕДОВАНИЕ:

 Дальше все было предсказуемо… 5 суток непродолжительной доследственной проверки и интенсивной работы следователя территориального отдела СКР; менее 2 суток предварительного следствия с еще более интенсивной работой следователя.

Н. вину не признал, каких-либо замечаний, заявлений, ходатайств и жалоб коллегой по назначению заявлено не было. Суд благополучно поместил Н. под стражу.

Я убежден что, если бы не необходимость в проведении судебного заседания по избранию меры пресечения, то скоростной следователь смог бы окончить это дело менее чем за сутки.

Мой коллега по соглашению вступил в дело как раз при уведомлении об окончании следственных действий к исходу вторых суток следствия; Ваш покорный слуга выступал защитником-консультантом.

Первоначальный объем уголовного дела составил менее одного тома (240 листов).

РЕЗУЛЬТАТЫ ИЗУЧЕНИЯ МАТЕРИАЛОВ ДЕЛА:

Собственно, про то, как именно была выявлена провокация.

Как театр начинается с вешалки, так и большинство уголовных дел о коррупционных преступлениях – с материалов ОРД.

Немногочисленные результаты ОРД, представленные следователю, состояли из следующих документов:

1. Рапорт оперативного сотрудника ОЭБиПК ОМВД России по Энскому району, о том, что в ОЭБиПК поступил (ВНИМЕНИЕ!) рапорт инспектора ОВМ Д., из которого, в свою очередь, следовало, что Н. предлагал ей взятку за непривлечение его (Н.) к административной ответственности по ст. 18.8 КОАП РФ.
2. Постановления о проведении в отношении Н. ОРМ «оперативный эксперимент», в котором поводом для производства ОРМ указан все тот же рапорт инспектора ОВМ Д.
3. План ОРМ.
4. Акт о проведении ОРМ «оперативный эксперимент», в котором указано время начало мероприятия в кабинете Д. – 20 ч. 22 мин.
5. Диск с видеозаписью и стенограмма.

Все это поступило следователю с постановлениями о рассекречивании и предоставлении.

Что же касается рапорта Д., с которого, собственно, все и началось, то его не было (забегая вперед отмечу, что не появится он и в дальнейшем).

Сомневаться в существовании этого самого рапорта Д. меня заставили и показания Д., в которых ни о каком рапорте не было ни слова. При этом из показаний прямо следовало, что Д. о желании Н. дать взятку стало известно от оперативного сотрудника Б., прибывшего до того, как в кабинет вошел Н.

По мере изучения материалов дела версия подзащитного находила все большее подтверждение.

Так, например, из материалов дела следовало, что:

— Н. никогда ранее не был в Энском районе;

— Н. никогда ранее не доставлялся в ОМВД России по Энскому району;

— Н. никогда не привлекался к административной ответственности на территории РФ;

— Н. впервые встретил инспектора Д. в его служебном кабинете;

— Н. на встречу с Д. привезли сами сотрудники полиции;

— никто из других допрошенных свидетелей по делу в своих показаниях не сообщил, что Н. после своего задержания около 18 ч. 00 мин. намеревался дать кому-либо взятку;

— наконец, оперативный эксперимент был начат в 20 ч. 22 мин., а еще в 19 ч. 50 мин. Н. проходил медицинское освидетельствование в местной ЦРБ, а Д. находился у себя дома.

Совокупность приведенных обстоятельств позволила прийти к выводу о провокации ОРМ, поскольку оперативный сотрудник не располагал и не мог располагать какими-либо данными о намерении Н. дать взятку Д. (Подробный хронометраж с анализом материалов дела я привел в справке, прилагаемой к публикации).

 ДАЛЬНЕЙШИЕ СОБЫТИЯ ПО ДЕЛУ:

 По окончании предварительного следствия защитой было заявлено ходатайство о возобновлении, в котором было выражено не согласие с предъявленным обвинением, с краткой ссылкой на провокацию.

На обвинении остановлюсь поподробнее, потому что подобного обвинения по коррупционному делу я ранее не встречал: его текст, написанный 14-м шрифтом умещался на одной странице.

Следователь настолько не стал заморачиваться, что не указал:

- выполнение каких именно функций (организационно-распорядительных, административно-хозяйственных и т.д.) и на каком правовом основании возложено на Д.;

— наступления административной ответственности за какое именно административное правонарушение желал избежать Н. путем дачи взятки;

— в чем именно заключалось незаконное бездействие инспектора Д. по непривлечению Н. к административной ответственности;

— Д. при передаче денежных средств являлся участником ОРМ.

В последующем следствие по делу было возобновлено.

Следователь провел очные ставки между Н. и Д., между Н. и Б.

В ходе очных ставок показания Д. были изменены (спустя почти месяц, миновавший с дачи первоначальных показаний, сознание Д. неожиданно прояснилось, память вернулась): оказалось, что рапорт якобы был составлен и передан в дежурную часть ОМВД России по Энскому району.

Б. тоже сообщил, что оказывается ОЭБиПК ОМВД России по Энскому району наряду с рапортом Д. (столь же реальным, сколь и Лох-несское чудовище) якобы располагал и иной информацией о намерении Н. дать взятку (вот только следов и этой информации в деле найти не удалось, хотя я очень старался).

ИТОГИ:

Уголовное дело ушло прокурору с третьего раза (после двух возобновлений следствия по ходатайству защиты).

Каких-либо рапортов Д. и иных документов, подтверждающих наличие оперативной информации о подготавливаемом Н. коррупционном преступлении в деле так и не появилось.

Н., опасаясь назначения наказания в виде лишения свободы на длительный срок, решил признать вину, в связи с чем отказался от моей защиты.