Одной из основных проблем российской правовой системы является неоказание медицинской помощи лицам, содержащимся под стражей.

К настоящему моменту дело Ромохов против России стало не только наиболее резонансным делом из всех т.н. «калининградских дел» (то есть дел, где заявителями в Европейский Суд выступают жители Калининграда), но и приобрело характер прецедента федерального, а возможно, и международного масштаба. С чем связано это предположение?

Пользуясь правами новичка на сайте), хотел бы ознакомить всех заинтересованных, моим первым опытом применения Постановления Европейского суда по правам человека от 15.12.2005 года по делу «Ваньян против России
», увенчавшегося к моей собственной неожиданности успехом, и ставшем в г.Дудинке да и во всем Красноярском крае одной из первых «ласточек» в применении решений Европейского суда.

Обратившийся ко мне Доверитель участвовал в несогласованном митинге на Манежной площади в начале марта 2014 года.

Фраза, вынесенная в заглавие настоящей публикации, пожалуй, стала «нарицательной». Оно и неудивительно с учетом общего состояния отечественной правоприменительной практики, в соответствии с которой публичное нарушение прав и свобод участников судопроизводства, демонстрация неуважения к духу и букве Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, является визитной карточкой российского судьи, числящегося «на хорошем счету» догадайтесь где)))

В связи с проявленным коллегами интересом к теме привожу основные документы, касающиеся переписки с ЕСПЧ по делу № 15456/05 за истекший период. Поскольку их набрался достаточный объем, решил разместить их в отдельной публикации.

Европейский Суд по правам человека удовлетворил мою жалобу против России. Что в такой ситуации делать дальше?

  Для Сергея и его семьи вся эта затея с Европейским судом по правам человека (ЕСПЧ) с самого начала не была вопросом денежной компенсации или, например, освобождения от наказания. Это был вопрос поиска правды и сохранения репутации.