Вышла моя первая, из задуманной серии, книга о реконструкции обстоятельств ДТП современными экспертными методами. Она посвящена алгоритму CRASH3, широко используемому во всем мире как в классическом варианте, так и в его многочисленных модификациях. Это еще один гвоздь в известную всем крышку столь любимого госэкспертами гроба – «установить затраты кинетической энергии на деформацию автомобилей не представляется возможным из-за отсутствия научно разработанной, апробированной и утвержденной в установленном порядке методики».

Так уж случилось, что некий гр. Л, средь бела дня пилотируя летательный аппарат ВАЗ-2105, низко летел над улицей Ломовской, когда неожиданно заметил попутного велосипедиста. Облететь его, нерадивого, не удалось, и пилоту пришлось совершить не совсем мягкую посадку во дворе некого гражданина N. Ну что же, бывает. Главная интрига в том, что от шасси летательного аппарата ВАЗ-2105 остались следы длиной всего 14.8 м, из чего автоэксперты могли установить скорость полета только около 45 км/ч. А это – уже шанс все свалить с больной головы на здоровую, то есть на погибшего велосипедиста.

Как часто в заключениях экспертов по ДТП вам приходилось видеть некие мыслепододобные рассуждения, закачивающиеся утверждением «наиболее вероятно …»? А почему не просто «вероятно»? И что это, обычный оборот речи или вывод, подкрепленный теорией вероятности?
Откуда эксперт знает, что «вероятно» или даже «наиболее вероятно», а что «менее вероятно»?
Адвокаты, сталкиваясь с такой фразой, конечно, пытаются ее опровергнуть, но, увы, путем того же пустого словопрения. Однако, как будет показано ниже, эти термины имеют вполне детерминированные значения.
В самом деле, мощности даже самого скромного персонального компьютера достаточно, чтобы оценить практически все возможные комбинации набора технических параметров, описывающих ДТП, и изменяющихся, с учетом погрешности их определения, от А до Я. А после определить уровень доверия тому или иному результату, или его вероятность. Для этого идеально подходит метод Монте-Карло.

С момента выхода статьи «Устанавливаем скорость наезда на пешехода по повреждениям автомобиля » на Праворубе прошло уже достаточно времени. Из опыта взаимодействия с адвокатами и следователями за этот промежуток времени следует, что, как правило, обращение к эксперту происходит поздно, когда автомобиль вернули владельцу и он его продал или отремонтировал. Поэтому в этой статье, на примере конкретного уголовного дела по ст.264 УК РФ, основной акцент делается на исходных данных, которые можно получить «по горячим следам».

Ободрать бы сначала, мелькнуло у эксперта ЭКЦ ГУВД по г.Москве Горчакова в голове; ободрать, да и в сторону. Да по-нынешнему, так, чтоб ни истцов, ни ответчиков – ничего. Так, мол, само собою случилось, – поди доискивайся! А потом, зарекомендовавши себя благонамеренным, можно и об конституциях на досуге помечтать.

Уфимский районный суд приговорил депутата Красноярского сельсовета О.Мовсесяна по ч. 4 ст. 264 УК РФ к 5 годам лишения свободы условно с испытательным сроком на 4 года, запретил ему управлять транспортным средством в течение 3 лет, и взыскал в пользу потерпевших около 1.5 миллионов рублей. Для определения скоростей автомобилей по повреждениям при производстве экспертизы по этому делу был использован алгоритм CRASH3 в самом его классическом варианте – так, как описано в цикле статей «Алгоритм CRASH3 … », опубликованных на Праворубе.

Это – седьмая лекция, посвященная алгоритму CRASH3, методическое пособие для автоэкспертов. В этой лекции рассмотрено, как установить жесткость транспортного средства из европейского краш-теста на фронтальный удар со скоростью 64км/ч с перекрытием 40% в неподвижный деформируемый барьер.
В американской базе данных NHTSA есть далеко не все автомобили, которые бегают по нашим дорогам. Там нет Оки, Рено Логана, нашей Гранты и Калины, и многих других автомобилей, которые в США не поставляются. Поэтому эта лекция полезна и для адвокатов, так как дает возможность сформулировать ряд вопросов экспертам, решение которых необходимо для защиты в конкретном деле по ДТП по ст. 264 УК РФ.

За это ДТП водитель был дважды судом оправдан, но в третий раз суд его осудил. Это ДТП, несомненно, вызовет множество споров и различных оценок – бытовых, типа «дай дорогу дураку», экспертных и юридических. В любом случае, обстоятельства этого ДТП весьма поучительны для всех, кто ездит за рулем, так как всё равно в результате прочтения этой статьи каждый решит для себя, что он будет делать в подобном случае. Будет спасаться или, до буквы соблюдая ПДД и сжав зубы, приготовится к смерти на своей полосе.

Были сумерки. Человек тронулся из парковочного кармана, выехал на главную дорогу, через пару десятков метров начал поворот налево, и у границы пересечения проезжих частей вдруг … Да, это был он – «невинная жертва». Тот, кто всегда возникает ниоткуда, едет как хочет, да еще и, по слухам, родственник работает в полиции. Короче, водила, суши сухари и собирайся в места не столь отдаленные. Тут и так все ясно – вот царапина на асфальте, вот твоя Нива-Шевроле с огромной вмятиной на боку, и, к тому же, она еще начисто снесла светофор, а вон наша укоротившаяся семерка в кювете и два трупа в ней.

Как известно, на улицах Саратова достаточно много холостых парней на БМВ. Прямо стаями летают. Так и в тот раз . Молодая девушка на Мицубиси Лансер поворачивала налево на главную дорогу, а слева летел он – холостой парень на БМВ. Кроме двух разбитых машин, парень на БМВ еще снес ограждение трамвайных путей (это для танков не помеха), и немного проехался вместо трамвая. Трамваю, правда, повезло больше, чем Мицубиси Лансер – он не «попал».