Приложение Пятое к Незначительному трактату

  Незначительный трактат о Правах человека  здесь.
  Давно лежит в Интернете мой Незначительный трактат. На многих интернетовских форумах я пытался растолковать его положения. Не всем это нравится. Есть и критикующие. А как же без этого  ?
Да вот критика-то всё какая-то больно похожая, стандартная какая-то. Повторяется и повторяется из раза в раз.  Я её, эту критику, собрал в кучу и вот что получилось.
  
Белый Пушистый Критик:  
Незначительный трактат полная ерунда, потому что автор Незначительного трактата дурак, дебил, шарлатан, придурок, бестолочь, идиот, сволочь, даун, ублюдок, кретин  и т.д.  и  т.п., и  т.д. и  т.п.…
Зеленый Злобный Автор:
Приёмчик в дискуссии весьма не нов. Давно используется. Принцип действия такой. Если утверждать, что автор дурак, то автоматически следует, что произведение автора дурацкое. Что и требовалось доказать.
Ну что тут сказать… Ответ уже дан давно такой критике и лучше классика не скажешь: 
  «В деле распространения здравых мыслей без того не обойтись, чтобы кто-нибудь паскудой не назвал». Салтыков-Щедрин М.Е., «Вяленая вобла» (Сказано писателем ещё в позапрошлом веке, а как современно звучит !)

Белый Пушистый Критик: 
В учебниках по истории государства и права написано совсем другое.  Автор, оказывается,  не читал учебников !
 Зеленый Злобный Автор:
Сильный аргумент. Если учебник заменяет человеку мозг, то и автор, и даже медицина тут бессильны.
Сдаюсь.
 
Белый Пушистый Критик: 
Автор страдает херней. Сидел бы в своем болоте и не вякал. Без него уже давно разобрались что к чему и никому его произведения не нужны.
 Зеленый Злобный Автор:
Автор действительно страдает. Страдает желанием понять истину и страдает желанием развеять туман человеческих заблуждений. Опять же сошлемся на классика:
 «Сколько можно стоять в болоте,
Пугая друг друга волной?
Кто-то должен быть спеть эту песню,
И, похоже, что дело за мной».
 Гребенщиков Б.Б., «Дело За Мной»

Белый Пушистый Критик: 
«Нет прав без обязанностей» — мы это уже проходили в советское время !
Зеленый Злобный Автор:
Верно, проходили. Но фраза эта в советской интерпретации имеет совершенно другой смысл, какой содержится в Незначительном трактате. Отличие одного от другого я  разъяснил в Приложении Восьмом к Незначительному трактату.

Белый Пушистый Критик: 
А как же секундарные права? Они-то ведь существуют! Автор просто юрист-недоучка.
Зеленый Злобный Автор:
И секундарные «права» не существуют. Существует только такое заумное слово «секундарные», придуманное юристами-доучками, а вот самих «прав», хоть секундарных, хоть не секундарных, не существует.
«Право» на наследство? Секундарное «право»?
Нет такого «права». Есть обязанность государства передать имущество установленному законом наследнику, а не первому попавшемуся проходимцу. Обязанность государства, а не «право» наследника.
 
  Белый Пушистый Критик:
Понятие прав человека распространено во всем мире. Миллионы людей понимают их и руководствуются ими. Написаны тысячи научных книг, монографий, диссертаций, статей, учебников. Идея прав человека движет умами и действиями миллиардов людей во всем мире!  И какой-то мелкий и злобный автор хочет сказать, что всё это надо выбросить коту под хвост ?!
 Зеленый Злобный Автор:
Да. 

  Белый Пушистый Критик:
Права человека — это целая наука!
Зеленый Злобный Автор:
Права человека — это идеология, а не наука. В чем разница между идеологией и наукой? Лучше классика не скажешь:
«Наука и идеология различаются по целям, по методам и по практическим приложениям. Наука имеет целью познание мира, достижение знаний о нем. Она стремится к истине. Идеология же имеет целью формирование сознания людей и манипулирование их поведением путем воздействия на их сознание, а не достижение объективной истины. Она использует данные науки как средство, опирается на науку, принимает наукообразную форму и даже сама добывает какие-то истины, если это уже не сделано другими. Но она приспосабливает истину к своим целям, подвергает ее такой обработке, какая необходима для более эффективного воздействия на умы и чувства людей и в какой заинтересованы те или иные группы людей, организации, классы и даже целые народы.
Идеология, как и наука, оперирует понятиями и суждениями, строит теории, производит обобщения, систематизирует материал, классифицирует объекты, короче говоря — осуществляет многие мыслительные операции, какие являются обычными в науке. Но между идеологией и наукой и в этом есть существенное различие. Наука предполагает осмысленность, точность, определенность и однозначность терминологии. Она по крайней мере к этому стремится. Утверждения науки предполагают возможность их подтверждения или опровержения. Понимание науки предполагает специальную подготовку и особый профессиональный язык. Наука вообще рассчитана на узкий круг специалистов. В идеологии все эти условия не соблюдаются, причем не вследствие личных качеств идеологов, а вследствие необходимости исполнить роль, предназначенную для идеологии. В результате ориентации на обработку сознания масс людей и на манипулирование ими получаются языковые конструкции, состоящие из расплывчатых, многосмысленных и даже вообще бессмысленных слов, из непроверяемых (недоказуемых и неопровержимых) утверждений (выделено мной — В.П), из однобоких и тенденциозных концепций. Результаты науки оцениваются с точки зрения их соответствия реальности и доказуемости, то есть критериями истинности, результаты же идеологии — с точки зрения их эффективности в деле воздействия на сознание людей, то есть критериями социального поведения».  
Зиновьев А.А. «Запад. Феномен западнизма».
 
  «Права» человека —  пример языковой конструкции, состоящей из бессмысленного слова.
  «Человек имеет права» — пример непроверяемого утверждения (ни доказать, ни опровергнуть).