"Международное похищение детей" в реальном времени

В основу моей статьи положена реальная история, которая не может быть полностью раскрыта ввиду политики конфиденциальности. Тем не менее, сложившаяся ситуация очень распространена среди женщин, которые решили попытать свое счастье за границей. Увы, найти свое счастье – задачка не из легких, и многие семьи рушатся от отсутствия какого-либо взаимопонимания и несбывшихся надежд.

Наша героиня, назовем ее Оля, родилась в России, и переехала в Соединенные Штаты за заре туманной юности. Она закончила университет в Нью-Йорке, вышла замуж за соотечественника, родила ребенка, развелась. Ребенок остался с ней. И всё как бы ясно и понятно, по старинке, как в России: дитя следует за мамой в случае развода.

Жила Оля одна с ребенком, и мечтала о семейном счастье, которое ее непременно найдет. И оно нашлось.

Этим «счастьем» оказался житель американской глубинки, назовем его Боб. Боб окружил Олю вниманием, любовью, и заботой. Оля и оглянуться не успела, как оказалась беременна. Так она и оказалась в американской глубинке. Сыграли свадьбу, родили ребенка, купили дом в ипотеку. Папа не стал препятствовать оформлению российского гражданства ребенку, поехал в консульство, всё подписал.

 Вскоре наступила и вторая беременность. Но счастливые картинки сменились угрюмой действительностью. Муж все чаще раздражался, показывал, кто главный в доме, проявлял насилие в семье.

 Жена-американка хорошо знает, что нужно делать при первых проявлениях насилия. Правильно, необходимо вызвать полицию, обратиться в госпиталь, зафиксировать травмы, и через суд получить защитный ордер (order of protection). По приказу судьи муж-абъюзер будет выселен из дома в 24 часа, и дальше все вопросы будут решаться без рукоприкладства.

 Но, и снова, увы, это не в русском менталитете. Наша женщина привыкла страдать и терпеть. Оля страдала, терпела, и дотерпелась до того, что муж от нее ушел к любовнице.

 Иск о разводе она получила на следующий день. Тут нужно обратить особое внимание на то, что в Америке, а отличие от России, движение любого дела начинается с момента вручения документов. Документы должны быть вручены лично лицу, против которого открыто дело. Бывают исключения, но в целом, действует правило о персональном сервисе (personal service), и с этого момента судья назначает дату слушания, а временные решения судьи, постановленные ex-parte, то есть в отсутствие ответчик и, как правило, против него, становятся обязательными для ответчика до тех пор, пока суд не вынесет ничего другого.

 Тут важно, кто первым нанесет удар, кто первым прибежит в суд и изложит судье свою версию происходящего. И судья, при наличии «достаточных оснований», даст истцу (на первое время), всё, что он просит.

 А попросил он немало: установить опеку над ребенком поровну с матерью, ну и по мелочи: в целом, только права, никаких обязанностей.

Оля, будучи не слишком сильна в американских судебных делах, и, к тому же, будучи беременной, и не имея здоровья вступать в борьбу с просчитанным мужем, решила ретироваться и родить ребенка в тихой спокойной обстановке, вдали от поля боя.

 Тут стоит еще обратить внимание читателя, что в России права женщины худо-бедно защищаются. В частности, Семейным кодексом мужу прямо запрещено инициировать дело о разводе в период беременности жены и первого года жизни ребенка. Это разумно и справедливо, так как беременность женщины – это особое состояние, требующее покоя и хорошего настроения.

 Ретироваться с поля боя Оля решила не куда-нибудь, а на родину, в Россию. Улетела с двумя детьми (старшим, от первого брака), и младшей девочкой, имеющей, к слову сказать, только российский паспорт, оформленный при рождении с согласия отца. До оформления американского паспорта руки у родителей не дошли.

 Оля сразу сообщила мужу, что улетела в Россию, установила связь через Скайп, дала отцу с ребенком возможность общаться. Спокойно родила второго ребенка.

 Но, тем временем, процесс в Америке шел своим чередом. Иск подан, копия иска вручена ответчику, и у суда не было никаких препятствий в рассмотрении дела. А поскольку мать «незаконно» вывезла ребенка в Россию, то полную опеку над ребенком судья, недолго думая, отдал отцу.

 Почему слово «незаконно» взято в кавычки? Потому что «законность» — понятие относительное. Здесь нельзя не вспомнить Определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 03.02.2017 г. по делу о возвращении по Гаагской конвенции 1980 года в Финляндию ребенка – гражданина РФ. В этом громком деле я тоже защищала мать, которая «незаконно» вывезла дочь из Финляндии в Россию. Так вот, в своем апелляционном определении, судебная коллегия указала: «Обстоятельство вывоза ребенка, обладающего гражданством Российской Федерации, на территорию Российской Федерации, не нарушает прав опеки отца, то есть его родительских прав».

 Но американский судья посчитал иначе, отдал опеку отцу, и постфактум приказал матери вернуть в США девочек, включая новорожденную дочь. При этом, никто не озаботился вопросом, каким образом гражданин США, пусть даже несовершеннолетний, может въехать на территорию США в отсутствие американского паспорта. Одновременно нужно вспомнить еще о том, что правом обращения за паспортом ребенка наделен родитель, имеющий опеку над ребенком, то есть в нашем случае – отец.

 Обе девочки имели двойное гражданство. Старшая дочь родилась в США и приобрела гражданство РФ в консульстве РФ с согласия отца. Младшая дочь родилась в России, и приобрела гражданство РФ по рождению, на что согласие отца не требуется. Одновременно она приобрела и гражданство США, поскольку оба ее родителя являются гражданами США.

Это означает, что наличие российских паспортов никак не приблизит их к Америке. Американский гражданин может въехать в США только на основании паспорта гражданина США (в некоторых случаях, сухопутные границы можно пересечь по другим документам, удостоверяющим гражданство, но, во-первых, у России и США нет сухопутных границ, а во-вторых, и документов, подтверждающих американское гражданство, у обеих девочек нет и не было, так как для их оформления необходимо активное участие отца, а он – самоустранился).

 Так прошло 3 года. Но и Оля, и ее девочки, и их старший брат, все они являлись гражданами не только России, но и Америки. Придя в себя после первых трех лет рождения младшей дочери, Оля решает навести наконец порядок с документами. Благо, и судья указал в своем приказе о разводе, что решение об опеке может быть пересмотрено по ходатайству матери.

 Подготовив такое ходатайство, на 50 страницах со всеми доказательствами, Оля отправилась в Америку. История умалчивает, почему она решила делать это лично, придя своими ногами в логово врага. Видимо, она не находила в своих действиях ничего предосудительного и, тем более, криминального, чтобы в установленном законом порядке обратиться к судье с ходатайством о пересмотре дела; получить приказ судьи на оформление детям американских паспортов, и ввезти их легально и законно в США.

 Оля подала такое ходатайство, и воодушевленная тем, что дело сдвинуто с точки замерзания, направилась в Нью-Йорк приводить документы в порядок.

 Но этому не суждено было случиться. Проверка документов на дороге, арест, и помещение в тюрьму. Суд присяжных. Если суд признает Олю виновной, ей грозит до 3х лет лишения свободы и штраф до 250 тысяч долларов США.

Как эксперт, я, конечно, вскрыла все допущенные недочеты и нарушения закона. Привела суду свои аргументы и доказательства невозможности вернуться в Америку по российским паспортам без американских виз. Но риск того, что Оля будет признана судом виновной, тем не менее, очень велик.

Все мы знаем про обвинительный уклон. Увы, им страдают не только российские суды. Ознакомившись с уголовно-правовой практикой международного похищения детей, я не нашла ни одного оправдательного приговора. В отношении одной из женщин суд вынес обвинительный приговор спустя 30 лет после похищения. Только вдумайтесь в эту цифру – 30 лет, этим «детям» самим уже под 40, у них свои дети есть… Неотвратимость наказания в действии.

Другая мать была вынуждена внезапно уехать на родину к умирающей бабушке. Она отправила отцу смску: «Мы с сыном срочно должны улететь домой, бабушка умирает. Я сообщу, когда мы вернемся». Судом было установлено, что мать летала с ребенком домой на регулярной основе, несколько раз в год. Разве ее действия можно расценивать как похищение, если у нее нет и никогда не было намерения остаться дома навсегда? Она четко написала отцу, что сообщит ему, когда они вернутся, Разве это криминал? Парадокс заключается даже не в том, что самолет, спустя 2 часа после взлета, развернули над территорией Канады и вернули в аэропорт. Парадокс состоит даже не в том, что мать вывели из этого самолета в наручниках, а ребенка передали отцу.

 Парадокс, на мой взгляд, состоит в том, что в итоге она была осуждена по статье «Международное похищение детей». Суд признал ее виновной в намерении вывезти ребенка навсегда, тем самым лишив отца его законного права участвовать в жизни своего сына. Но ведь не было у нее этого в намерениях, совершенно четко не было. Что это? «Защита порушенных прав отцов»? судебная ошибка? И какие перспективы можно увидеть в нашем деле, когда мать, имея желание вернуться в США, не могла его реализовать по вине отца, который умышленно отказался от оформления детям американских паспортов…

Продолжение следует. Мы все, затаив дыхание, ждем вердикта присяжных. И несмотря ни на что надеемся, что нельзя признать человека виновным при отсутствии в его действиях умысла и вины…