СОЧ и дезертирство, 337 и 338 УК РФ, проблема, квалификация, наказание

Сегодня тема уголовной ответственности за самовольное оставление воинской части и дезертирство приобрела особую актуальность. Количество уголовных дел, возбуждаемых по ст. 337 и 338 УК РФ, существенно возросло, а практика их рассмотрения вызывает всё больше вопросов.

Прежде всего необходимо разобраться в принципиальной разнице между этими составами преступлений. И здесь речь идёт не просто о продолжительности отсутствия военнослужащего в части, а о субъективной стороне содеянного, прежде всего — о направленности умысла.

Ключевое разграничение заключается в цели поведения военнослужащего: при самовольном оставлении части лицо уклоняется от исполнения обязанностей военной службы на определённый период, тогда как при дезертирстве обязательным признаком является специальная цель — уклониться от прохождения военной службы вообще.

Однако на практике эта граница нередко оказывается весьма размытой. Достаточно распространена ситуация, когда на одном из допросов военнослужащий заявляет, что не желает возвращаться в часть или продолжать службу, после чего следствие начинает рассматривать содеянное уже через призму ст. 338 УК РФ.

Именно здесь возникает серьёзная проблема: действительно ли одно лишь высказывание о нежелании возвращаться к месту службы свидетельствует о наличии умысла на дезертирство?

Полагаю, что подобный подход нельзя считать безусловно обоснованным. Намерение лица должно устанавливаться на основании всей совокупности обстоятельств дела, а не отдельных фраз, вырванных из контекста. Необходимо исследовать причины оставления части, поведение военнослужащего до и после этого, его действия, мотивы, продолжительность отсутствия и иные обстоятельства, позволяющие достоверно установить направленность умысла.

Отдельного внимания заслуживает и вопрос назначения наказания.

Ситуация с судебной практикой выглядит достаточно сурово. По делам данной категории в разных регионах прослеживается определённая тенденция: за преступление, предусмотренное ч.5 ст. 337 УК РФ, назначают порядка 5–6 лет лишения свободы, а по ч. 3 ст. 338 УК РФ — 6–6,5 лет. Разумеется, речь идёт о наблюдениях из практики, а не об обязательном для судов правиле.

Но действительно ли всё настолько безнадёжно?

На первый взгляд может показаться, что по таким делам исход предопределён, а рассчитывать на мягкое наказание практически бессмысленно. Однако адвокатская практика показывает, что даже в этой категории дел встречаются весьма неоднозначные ситуации.

Мне приходилось сталкиваться с военнослужащими, которые сознательно выбирали уголовное преследование и реальное лишение свободы, фактически рассматривая его как альтернативу дальнейшему участию в боевых действиях. Но встречаются и совершенно иные случаи: военнослужащий получает условное осуждение, однако впоследствии сам подаёт апелляционную жалобу, добиваясь замены условного наказания реальным лишением свободы.

И это не просто парадокс судебной практики. Это наглядная иллюстрация того, насколько разными могут быть мотивы, обстоятельства и процессуальное поведение людей, оказавшихся фигурантами уголовных дел по ст. 337 и 338 УК РФ.

Так есть ли перспективы защиты по таким делам? Безусловно, есть.

Но рассчитывать исключительно на формальное признание вины, раскаяние или положительные характеристики — недостаточно. Необходимо тщательно анализировать обстоятельства оставления части, момент возникновения умысла, доказательства, положенные в основу обвинения, правильность квалификации и наличие оснований для применения положений уголовного закона, позволяющих смягчить ответственность.

Особенно важно не допустить ситуации, когда следственная версия становится единственно возможной версией произошедшего, а субъективная оценка поведения военнослужащего подменяет полноценное доказывание обязательных признаков состава преступления.

Именно поэтому по делам данной категории значение профессиональной защиты сложно переоценить. Иногда судьба человека зависит не от того, насколько убедительно он расскажет свою историю, а от того, насколько грамотно адвокат сможет перевести эту историю на язык юридически значимых обстоятельств и доказательств.

Я занимаюсь защитой по уголовным делам, в том числе связанным с преступлениями против военной службы. В подобных делах важно не просто участвовать в процессе, а с самого начала выстраивать продуманную стратегию защиты, проверять обоснованность квалификации и использовать все предусмотренные законом возможности для защиты прав доверителя.