"Независимость" от Минюста. Что ордер новый нам готовит?

изображение взято с сайта ru.freepik.com

С 20 октября 2024 года вступил в силу Приказ Министерства юстиции РФ № 282 «Об утверждении формы ордера, требований к его заполнению и оформлению». Что касается оформления ордера, то здесь вопросов нет. Давно было пора привести ордера к единой форме, чтобы исключить различный креатив. Но вот требования к заполнению ордеров явно свидетельствуют об очередных ограничениях, накладываемых на свободу действий адвоката при исполнении поручений.

В прежней редакции ч. 2 ст. 6 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» было указано, что «В случаях, предусмотренных федеральным законом, адвокат должен иметь ордер на исполнение поручения, выдаваемый соответствующим адвокатским образованием. Форма ордера утверждается федеральным органом юстиции».

В действующей редакции указанная норма выглядит так: «В случаях, предусмотренных федеральным законом, адвокат должен иметь ордер на исполнение поручения, выдаваемый адвокатским образованием, в котором адвокат осуществляет адвокатскую деятельность, или адвокатской палатой, членом которой является адвокат. Форма ордера, требования к его заполнению и оформлению утверждаются федеральным органом юстиции…».

Таким образом, отныне не только форма ордера, но и требования к его заполнению утверждены государственным органом, что прямо ограничивает независимость профессии адвоката и адвокатуры от государства. Государство усилило свое влияние на адвокатов, наделив себя полномочиями не только регулятора формы документа для адвокатов, но и регулятора самого процесса профессиональной деятельности адвокатов.

Другим серьезным новшеством, существенно усложняющим работу адвокатов, является требование заполнения ордеров уполномоченным лицом.

Ранее в п. 2.4 Порядка ФПА относительно вопросов заполнения ордера указывалось: «Ордер и корешок к нему подписываются руководителем адвокатского образования или иным уполномоченным лицом и скрепляются печатью адвокатского образования (филиала)». При этом указания на то, кто должен заполнять содержание ордера, Порядок ФПА не содержал. Поэтому на практике адвокаты сами заполняли остальные графы ордера и корешка к нему.

Отсутствие требований к порядку заполнения ордеров  помогало сократить объем «бумажной работы» руководителя адвокатского образования, а также позволяло адвокатам иметь при себе так называемые «дежурные ордера» — подписанные Председателем коллегии и содержащие печать, но не заполненные до конца. Это способствовало оперативному подтверждению адвокатом своих полномочий и его своевременному вступлению в дело.

Теперь же рассматриваемый Приказ Министерства юстиции содержит требование (п. 1 Приложения № 2 к Приказу № 282), фактически запрещающее адвокату собственноручно заполнять ордер или какие-либо его части, так как содержит указание на то, что ордер адвоката заполняется лицом, уполномоченным адвокатским образованием или адвокатской палатой.

Из этого следует, что ордер, заполненный лично адвокатом, или по его просьбе другим лицом, кроме уполномоченного лица, будет оформлен с нарушением, а значит будет являться незаконным, что может повлечь за собой привлечение адвоката к дисциплинарной или даже к уголовной ответственности по ст. 327 УК РФ (подделка, изготовление или оборот поддельных документов, государственных наград, штампов, печатей или бланков). Это открывает возможности для оказания давления на адвокатов со стороны заинтересованных должностных лиц правоохранительных органов и судей.

Кроме того, данное требование возлагает на руководителя адвокатского образования дополнительную ненужную нагрузку. Навряд ли кто-то из адвокатов захочет заниматься заполнением ордеров своих коллег. Поэтому решать этот вопрос придется председателю коллегии. Первое, что приходит в голову для упрощения поставленной задачи, — это возложить обязанность по заполнению ордеров на каждого адвоката, признав каждого из них уполномоченным на эти действия лицом. То есть оставить все, как было раньше, просто закрепив такой порядок в отдельном приказе.

Однако понять, правильно так делать или нет, в настоящий момент невозможно, так как ФПА не дала на этот счет никаких разъяснений. Обсуждается вопрос о том, чтобы установить некий переходный период для приведения ордеров в соответствие с новыми требованиями. Но приказ уже вступил в силу и начал действовать. А это означает, что никакие переходные периоды не предусмотрены, и все ордера, которые будут оформлены по старым правилам, могут считаться незаконными.

Территориальные адвокатские палаты вышеуказанные серьезные изменения как бы не заметили. Например, на официальном сайте Адвокатской палаты города Москвы отмечено, что «Приказ № 282 содержит три основные новеллы: 1. Возможность заполнения ордеров в электронном виде; 2. Внесение в ордер регистрационного номера адвоката из Единого государственного реестра адвокатов. 3. Возможность выдачи ордеров адвокатскими палатами субъектов». Об остальных новеллах не указано ни слова.

Еще одним не замеченным требованием к заполнению ордеров стало требование к отсутствию в них каких-либо исправлений. В п. 2.3 Порядка ФПА указывалось: «Помарки, подчистки и не оговоренные исправления в ордерах и корешках к ним не допускаются.». Отсюда следует, что оговоренные исправления могли вноситься в ордер.

Теперь в Приказе № 282 четко указано: «При заполнении ордера и корешка к нему не допускаются помарки и подчистки.» (п. 4 Приложения № 2). То есть Приказ не содержит никаких положений об оговоренных исправлениях, которые ранее не относились к помаркам. Такое требование усложняет порядок заполнения ордеров и создает адвокатам дополнительные проблемы. Опять же, получается, что ордер с помарками также может произвольно признаваться недействительным, а адвокат с таким ордером может не быть допущен к участию в деле.

Так что, более внимательное ознакомление с принятыми изменениями в отношении адвокатского ордера в очередной раз приводит к мысли о том, что «дьявол кроется в деталях». Как эти требования повлияют на адвокатскую деятельность на практике, покажет время. Но уже сейчас видно желание государства полностью контролировать адвокатов, ограничивая тем самым их независимость, которая всегда являлась гарантией эффективного выполнения адвокатами своих обязанностей перед доверителями и подзащитными.