Арест единственного жилья должника. Преимущественная защита интересов взыскателя. Вопрос-ответ.

В  практике судов Владимирской области возник вопрос «являются ли законными действия судебного пристава  по наложению ареста на принадлежащее единственное жилье должника  в целях обеспечения его сохранности и не противоречат ли они положениям ст. 446 ГПК РФ, относящей единственное жилье должника к имуществу, на которое не может быть обращено взыскание?»

Позиция пристава: арест в ходе исполнительного производства был применен для обеспечения сохранности имущества и принятие постановления было необходимо для обращения взыскания на долю в праве на квартиру. Считали, что если должник подарит или продаст квартиру, он зарегистрируется в доме, где имеет долю, и дом будет также его единственным жилищем.

Позиция суда первой инстанции:  арест незаконен, противоречит ст. 25 Конституции РФ,  квартира признана единственным жильем должника, и на него в силу ч. 1 ст. 446 ГПК РФ не может быть обращено взыскание по исполнительным документам, поэтому судом был снят арест с квартиры.

Позиция кассационной инстанции: судебный пристав по собственной инициативе или по заявлению взыскателя обязан осуществлять контроль за исполнением исполнительных документов. Такие права предусмотрены пп. 1-17 п. 1 ст. 64 ФЗ «Об исполнительном производстве» ст. 12 ФЗ «О судебных приставах».

Перечень действий принудительного исполнения не является закрытым, и поэтому судебным приставом могут применяться самые разные не противоречащие принципам исполнительного производства действия для принуждения должника к исполнению требования исполнительного документа.

Исходя из п. 17 ч. 1 ст. 64 ФЗ  «Об исполнительном производстве» в процессе исполнения требований исполнительных документов судебный пристав-исполнитель вправе совершать иные действия, необходимые для своевременного, полного и правильного исполнения исполнительных документов.

В данном случае указанные действия судебного пристава не являются мерами принудительного исполнения и обращения взыскания на имущество, на которое в силу ч. 1 ст. 446 ГПК РФ не может быть обращено взыскание по исполнительным документам, а являются не противоречащим принципам исполнительного производства действиями по обеспечению сохранности имущества и исключения возможного отчуждения его должником не в интересах исполнительного производства.

Отчуждение имущества должником может создать препятствия для обращения взыскания на имущество должника, что может повлечь нарушение прав взыскателя.

Такая позиция судебного пристава  соответствует принципу преимущественной защиты прав взыскателя.

При этом гарантированные ст. 25 Конституции РФ, и ч. 1 ст. 446 ГПК РФ права должника на квартиру  не нарушаются, которая остается  его жилищем, которым он вправе владеть и пользоваться для постоянного проживания.

Кассационная инстанция указала, что действия судебного пристава следует рассматривать, как арест имущества, в виде запрета на совершение регистрационных действий, действий по исключению из государственного реестра в отношении имущества, принадлежащего на праве собственности должнику, который применяется судебным приставом-исполнителем для обеспечения его сохранности (п. 1 ч. 3 ст. 80 ФЗ «Об исполнительном производстве»). Мерой принудительного исполнения указанный арест не является, а относится к мерам обеспечительным (п. 7 ч. 1 ст. 64 ФЗ от 02.10.2007 N 229-ФЗ «Об исполнительном производстве»).

Кассация не согласилась с тем, что наложение ареста на принадлежащее единственное жилье должника в целях обеспечения его сохранности противоречит положениям ст. 446 ГПК РФ, так как положения данной статьи указывают на имущество, на которое не может быть обращено взыскание по исполнительным документам. Обращение взыскания на имущество должника включает изъятие имущества и (или) его принудительную реализацию либо передачу взыскателю (ч. 1 ст. 69 ФЗ от 02.10.2007 N 229-ФЗ).

Ни одну из этих мер действия судебного пристава по наложению ареста в виде запрета на совершение регистрационных действий, действий по исключению из государственного реестра в отношении имущества, принадлежащего на праве собственности должнику, не предусматривают.

Судебной коллегий по гражданским делам сделан вывод о том, что  возможен арест имущества, как самостоятельный вид ареста, который мерой принудительного исполнения не является, а относится к мерам обеспечительным, а следовательно возможен и в отношении имущества предусмотренного ст. 446 ГПК РФ, а судебная практика, согласно которой действия судебного пристава по наложению ограничений на регистрационные действия в отношении имущества, принадлежащего должнику, суд расценивал не как арест для обеспечения сохранности имущества, а относил их к иным действиям, необходимым для своевременного, полного и правильного исполнения исполнительных документов, предусмотренным п. 17 ч. 1 ст. 64 ФЗ «Об исполнительном производстве» не точно отражает возникшие правоотношения.

Был сделан вывод о том, что  ст. 80 «Наложение ареста на имущество должника» ФЗ от 02.10.2007 N 229-ФЗ «Об исполнительном производстве»,  является специальной нормой по отношению п. 7 ч. 1 ст. 64 ФЗ

В соответствии с ч.  1, 4, 5 ст. 80 Закона N 229-ФЗ судебный пристав в целях обеспечения исполнения исполнительного документа, содержащего требования об имущественных взысканиях, вправе, в том числе и в течение срока, установленного для добровольного исполнения должником содержащихся в исполнительном документе требований, наложить арест на имущество должника. При этом судебный пристав вправе не применять правила очередности обращения взыскания на имущество должника (ч. 1).

Арест для обеспечения сохранности имущества, можно применять лишь в отношении имущества, которое подлежит передаче взыскателю или реализации, т.е. на которое возможно обращение взыскания.

В соответствии с ч. 1 ст. 69 ФЗ «Об исполнительном производстве» обращение взыскания на имущество должника включает изъятие имущества и (или) его принудительную реализацию либо передачу взыскателю.

Арест имущества, как самостоятельный вид ареста, который мерой принудительного исполнения не является и относится к мерам обеспечительным, в отношении имущества предусмотренного ст. 446 ГПК РФ невозможен, поскольку указанное имущество в силу закона не подлежит передаче взыскателю или реализации.