Мог ли стажер по должности дознавателя проводить следственные действия и расследовать уголовное дело?

 Это продолжение публикации: «Правосудие по-осетински – это вам не осетинские пироги».

 После первого нашего ходатайства о возращении уголовного дела прокурору и постановления суда об отказе в удовлетворении ходатайства защиты мы стали исследовать доказательства по уголовному делу в ходе судебного следствия. И чем дальше мы с судом погружались в их исследование, тем становилось страшнее всем участникам этого процесса. Это как в поговорке: «Чем дальше в лес, тем толще партизаны». Лес – это уголовное дело, а партизаны – существенные нарушения всего, что только можно и нельзя.

 Это очевидное не соответствие времени, места и обстоятельств вмененного моему доверителю преступления времени, месту и обстоятельствам, указанным в обвинительном заключении. А как вам осмотр места происшествия в жилище без согласия проживающих там лиц или судебного решения?

А как вам заключение экспертизы ДНК, согласно которому исследовательская часть полностью не соответствует выводам эксперта о том, что выявленные следы ДНК принадлежат моему доверителю? А как вам поддельные подписи должностного лица на постановлениях о продлении сроков следствия,  о продлении сроков содержания под стражей и о соединении уголовных дел? И многое, многое другое…

 Я не буду говорить о всех нарушениях по уголовному делу – это тема отдельной публикации. Хотелось бы осветить одну выявленную в ходе судебного следствия проблему с неоднозначной судебной практикой. Эта проблема заключалась в том, что уголовное дело по ч.1 ст. 222 УК РФ расследовал стажер по должности дознавателя.

 В ходе судебного следствия, помимо иных существенных нарушений норм материального и процессуального права, было достоверно установлено, что стажер по должности дознавателя Б.Д., осуществляющий свою трудовую деятельность по срочному трудовому договору в отделе полиции, незаконно и необоснованно принял к производству уголовное дело и расследовал его с риском для его безопасности, существенно нарушая и ущемляя при этом права, свободы и законные интересы граждан.

 За время фактического незаконного расследования уголовного дела стажером Б.Д. самостоятельно был произведен ряд следственных действий (осмотр места происшествия с изъятием вещественных доказательств, назначение судебных экспертиз) и приняты процессуальные решения (принятие данного уголовного дела к своему производству, передача уголовного дела прокурору для определения подследственности).

 Так, осмотр места происшествия и изъятие вещественных доказательств стажер Б.Д. проводил один, без должной подготовки, знаний и квалификации, без удостоверения сотрудника МВД и личного оружия в жилом помещении на территории фермы, где за день до этого были обнаружены и изъяты патроны, пистолеты, автомат Калашникова, РПГ-26 и т.д., допустив при этом существенные нарушения норм УПК РФ, ущемляя права, свободы и законные интересы граждан.

 В соответствии со ст. 32 Федерального закона «О полиции» от 07.02.2011 № 3-ФЗ в редакции до 28.11.2025г.: «Сотрудники органов внутренних дел, не являющиеся сотрудниками полиции, а также стажеры могут привлекаться к выполнению обязанностей, возложенных на полицию, в порядке, определяемом федеральным органом исполнительной власти в сфере внутренних дел. В этом случае на них распространяются установленные настоящим Федеральным законом обязанности, права, ответственность, гарантии правовой и социальной защиты сотрудников полиции».

 Этот порядок определяется в соответствии с п. 10 приказа МВД РФ № 942 от 15.08.2011г. в действующей редакции, согласно которому, помимо прочего, стажерам при привлечении их к выполнению обязанностей, возложенных на полицию, запрещается самостоятельное проведение следственных действий. Вроде все понятно и очевидно даже не юристам, но как оказалось это не понятно даже профессиональным юристам.

 В ходе судебного следствия в адрес суда поступило письмо за подписью Врио начальника полиции, согласно которому он, обосновывая свою позицию о якобы законности привлечения стажера Б.Д. к расследованию вышеуказанного уголовного дела, ссылается на положения недействующего нормативного правового акта – Постановления Верховного Совета Российской Федерации от 23.12.1992г. №4201, а также на Кассационное определение Верховного суда РФ от 5 марта 2009г., которое было вынесено до вступления в силу профильных законов: ФЗ РФ № 342 – ФЗ от 30.11.2011 года «О службе в органах внутренних дел РФ и внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ» и ФЗ РФ № 3 – ФЗ от 07.02.2011 года «О полиции».

 Далее автор письма, ссылаясь на ч.3 ст. 24 ФЗ РФ № 342 – ФЗ от 30.11.2011 года «О службе в органах внутренних дел РФ и внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ», указывает, что: «Во время испытательного срока стажер выполняет обязанности и пользуется правами в соответствии с занимаемой должностью в органах внутренних дел и условиями трудового договора…».  Прокурором, участвующим в процессе, данная позиция была поддержана в полном объеме.

 При этом в ч.3 ст. 24 ФЗ РФ № 342 – ФЗ от 30.11.2011 года «О службе в органах внутренних дел РФ» в соответствующей редакции указано: «Во время испытания стажер выполняет обязанности и пользуется правами в соответствии с замещаемой должностью в органах внутренних дел и условиями трудового договора. Стажеру в период испытания не разрешаются ношение и хранение огнестрельного оружия. Запрещается использовать стажера в оперативных мероприятиях, когда может возникнуть угроза его жизни либо когда его самостоятельные действия в силу профессиональной неподготовленности могут привести к нарушению, ущемлению прав, свобод и законных интересов граждан. В период испытания стажер наряду с выполнением основных обязанностей и поручений по должности проходит индивидуальное обучение по месту службы под руководством непосредственного руководителя (начальника) и наставника из числа опытных сотрудников органов внутренних дел, назначаемого приказом уполномоченного руководителя. Порядок организации индивидуального обучения стажера, изучения его личных и деловых качеств и порядок оценки результатов индивидуального обучения стажера устанавливаются федеральным органом исполнительной власти в сфере внутренних дел. В период испытания осуществляется дальнейшее изучение деловых и личных качеств стажера».

 Соответственно, Б.Д. не являлся должностным лицом органа дознания в порядке п. 7 ст. 5 УПК РФ, а лишь претендовал на эту должность в качестве стажера. Его основная задача – проходить обучение под руководством наставника, а не самостоятельно расследовать уголовные дела, что более детально регламентировалось, как было указано выше, ст. 32 Федерального закона «О полиции» от 07.02.2011 № 3-ФЗ в редакции до 28.11.2025г., согласно которой «Сотрудники органов внутренних дел, не являющиеся сотрудниками полиции, а также стажеры могут привлекаться к выполнению обязанностей, возложенных на полицию, в порядке, определяемом федеральным органом исполнительной власти в сфере внутренних дел.

В этом случае на них распространяются установленные настоящим Федеральным законом обязанности, права, ответственность, гарантии правовой и социальной защиты сотрудников полиции».

Порядок определялся и определяется в настоящее время в соответствии с п. 10 Приказа МВД РФ №942 от 15.08.2011г. «О порядке привлечения сотрудников органов внутренних дел Российской Федерации, не являющихся сотрудниками полиции, а также стажеров к выполнению обязанностей, возложенных на полицию» в действующей редакции, согласно которому стажерам при привлечении их к выполнению обязанностей, возложенных на полицию, помимо прочего, запрещается самостоятельное проведение следственных действий.

 Данный Приказ не противоречит ч.3 ст. 24 ФЗ РФ № 342 – ФЗ от 30.11.2011 года «О службе в органах внутренних дел РФ и внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ» в соответствующей редакции, согласно которому «Во время испытательного срока стажер выполнят обязанности и пользуется правами в соответствии с занимаемой должностью в органах внутренних дел и условиями трудового договора…», а лишь детально его регламентирует, вводя ряд ограничений.

 При этом в ФЗ РФ № 342 – ФЗ от 30.11.2011 года «О службе в органах внутренних дел РФ и внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ» в соответствующей редакции прямо указано, что запрещается использовать стажера, когда может возникнуть угроза его жизни либо когда его самостоятельные действия в силу профессиональной неподготовленности могут привести к нарушению, ущемлению прав, свобод и законных интересов граждан.

 Кроме того, согласно представленному вместе с письмом за подписью Врио начальника полиции трудовому договору, заключенного с Б.Д., при его заключении и исполнении были допущены существенные нарушения, делающие данный документ незаконным:

 -В спорном трудовом договоре отсутствует номер данного договора,

-В спорном трудовом договоре отсутствует дата в графе «Настоящий трудовой договор вступает в силу с…».

-В спорном трудовом договоре отсутствует дата в графе «Дата начала работы…».

-В разделе 2 «Права и обязанности Работника» указано, что «Работник имеет право на предоставление ему работы, обусловленной настоящим договором», «Работник имеет права, предусмотренные трудовым законодательством РФ и настоящим трудовым договором». Права и обязанности дознавателя, предусмотренные УПК РФ, в том числе самостоятельно проводить следственные действия и расследовать уголовные дела, в данном трудовом договоре отсутствуют. 

 Данное нарушение, а именно: незаконное расследование уголовного дела стажером-дознавателем Б.Д. было мною указано в числе прочих во втором ходатайстве суду о возращении уголовного дела прокурору.

 Суд первой инстанции, надо отдать ему должное, возвращая уголовное дело прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, также ссылаясь на приказ МВД РФ № 942 от 15.08.2011г., в числе прочего указал в постановлении: «…В соответствии с п. 7 ст. 5 УПК РФ дознаватель – это должностное лицо органа дознания, правомочное осуществлять расследование в форме дознания, при этом уголовно-процессуальный закон не содержит понятия стажер по должности дознавателя. При таких обстоятельствах предварительное расследование по возбужденному в отношении Б.Н. уголовному делу по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст. 222 УК РФ, осуществлялось ненадлежащим лицом, что исключает возможность вынесение приговора или иного итогового решения и является основанием для возращения уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения».

 Решение суда первой инстанции в этой части законное и обоснованное. Однако меня очень смущает позиция по этому вопросу прокуратуры района и отдела полиции, и есть стойкой ощущение, что это, как говорит молодёжь, «фича», а не «баг», то есть это системная проблема в работе правоохранительных органов республики. По этому поводу, помимо прочего, мною были направлены жалобы в порядке ведомственного и прокурорского надзора и в конечном итоге думаю, что осетинская апелляция нас рассудит, ну или Пятый кассационный суд, смотря как пойдет…

 И еще, защита направила в адрес суда первой инстанции апелляционную жалобу, не согласилась с постановлением в части меры пресечения в отношении доверителя, который остался под стражей. Доверителю 65 лет, он меценат и благотворитель, успешный предприниматель с высшим медицинским образованием и четырьмя малолетними детьми на иждивении и т.д. и т.п. И еще у него вместо позвоночника металлическая конструкция и куча сопутствующих заболеваний. По моему личному убеждению, содержать под стражей такого человека по  уголовному делу с такими нарушениями нельзя ни по закону, ни по совести, и мы надеемся, что суды вышестоящих инстанций с нами согласятся.

 В приложении копии обезличенных жалобы и постановления суда в части, касающейся темы публикации.