Увольнение военнослужащего после отказа от квартиры с доплатой является незаконным

Данная публикация вероятнее всего будет наиболее интересна адвокатам, позиционирующим себя как «военный адвокат», но возможно пригодится и иной категории.

 Полагаю, что большинству коллег известно, но на всякий случай напомню, что действующее законодательство о порядке прохождения военной службы и социальной защите военнослужащих  (ст.23 Федерального закона «О статусе военнослужащих») предусматривает гарантии обеспечения военнослужащих жильем при увольнении с военной службы по «льготным» основаниям (предельный возраст, здоровье, организационно-штатные мероприятия).

В частности, военнослужащие при наличии следующих условий: общая продолжительность военной службы 10 лет и более; принятие на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях; предстоящее увольнение с военной службы по достижении ими предельного возраста пребывания на военной службе, состоянию здоровья или в связи с организационно-штатными мероприятиями, без их согласия не могут быть уволены с военной службы без предоставления им жилых помещений или жилищной субсидии.

Что это дает? А дает это в нашем государстве, неспособном обеспечить военных жильем как положено в день исключения из списков личного состава части, гарантию того, что про тебя не забудут и ты не будешь годами ждать свои квадратные метры (особенно  если избрал постоянным местом жительства Москву).

Но у этой гарантии есть одно исключение, предусмотренное абзацем третьим ч.1 ст.23 Федерального закона «О статусе военнослужащих».

Если коротко, то в  случаях, если военнослужащие отказались от предложенного жилого помещения, которое соответствует требованиям, установленным законодательством Российской Федерации (либо не  представили необходимые документы), то согласие таких военнослужащих на увольнение с военной службы не требуется.

Норма вроде бы правильная и гарантирует защиту от недобросовестных военнослужащих,  перебирающих жилье поближе к Красной площади, но «вольное» её трактование командованием воинских частей приводит иногда к нарушению гарантированных законом жилищных прав, с которым пришлось столкнуться в своей практике.

Суть дела:  в 2014 году по заключению военно-врачебной комиссии мой доверитель – военнослужащий, проходящий военную службу по контракту, признан ограниченно годным к военной службе, в связи с чем на основании подпункта «г» пункта 1 статьи 51 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе» подлежал увольнению с военной службы.

Как военнослужащий, имеющий общую продолжительность военной службы более 10 лет, подлежащий увольнению с военной службы по «льготному» основанию, не обеспеченный жильем (в том числе служебным жилым помещением) и признанный в установленном порядке нуждающимся в обеспечении жилым помещением, мой клиент воспользовался предусмотренным законом правом и не согласился на увольнение с военной службы без обеспечения жильем по избранному постоянному месту жительства.

В января 2015 года территориальным отделением Департамента жилищного обеспечения Министерства обороны РФ (далее ДЖО) военнослужащему предложена квартира, которая по размеру общей площади превышала установленную п.1 ст.15.1 Федерального закона «О статусе военнослужащих» норму (18 кв.м.) предоставления площади жилого помещения военнослужащему на 3,2 метра, за которые необходимо было за счет собственных средств произвести в федеральный бюджет доплату в размере более 200 тысяч рублей.

Имея  на январь 2015 года необходимые денежные средства военнослужащий согласился на распределение ему указанной квартиры с доплатой и оформил все необходимые документы.

Однако, в связи с тем, что жилой дом, в котором предлагалась квартира, в эксплуатацию введен не был и право собственности Российской Федерации на квартиру отсутствовало, сразу же в 2015 году оплата за дополнительные квадратные метры жилья по указанию должностных лиц ДЖО не производилась.

Только в апреле 2016 года после ввода жилого дома в эксплуатацию военнослужащему официально было предложено произвести соответствующую оплату.

Но, на апрель 2016 году у военнослужащего необходимые денежные средства уже отсутствовали и последний от оплаты дополнительной жилой площади отказался.

Расценив данный отказ, как отказ от жилья командование войсковой части незамедлительно военнослужащего с военной службы увольняет, обосновывая свои действия положениями абзаца третьего ч.1 ст.23 Федерального закона «О статусе военнослужащих».

В административном исковом заявление в гарнизонный суд основным доводом в пользу незаконности увольнения клиента был то факт, что положения абзаца 3 пункта 1 статьи 23 Федерального закона «О статусе военнослужащих»  в данной ситуации к нему применимы быть не могут, так как  предложенное ему жилое помещение, по размеру общей площади не соответствовало требованиям, установленным п.1 ст.15.1 Федерального закона «О статусе военнослужащих», т.е. не соответствовала требованиям, установленным законодательством Российской Федерации. 

Названный абзац федерального закона содержит четкую формулировку – отказ от жилья, которое соответствует требованиям, установленным законодательством Российской Федерации, в том числе в части нормы предоставления общей площади жилого помещения.

Получение данной квартиры с оплатой излишней площади являлось правом военнослужащего, а не его обязанностью.

Вместе с тем, суд первой инстанции в действиях командира воинской части каких-либо незаконных действий не усмотрел, в связи с чем пришлось обращаться в апелляционную инстанцию.

Решением судебной коллегии по административным делам Московского окружного военного суда решение гарнизонного военного суда отменено и по делу принято новое решение, которым приказы командира воинской части признаны незаконными и отменены, военнослужащий восстановлен на военной службе.

При этом, суд апелляционной инстанции обоснованно указал, что факт отказа военнослужащего  от оплаты излишков общей площади предлагаемого ему жилого помещения, не может быть расценен как отказ от получения предоставленного ему жилого помещения, так как данное жилое помещение превышало норму предоставления его семье жилого помещения  и требовало доплаты за превышение указанной нормы, что свидетельствует о невыполнении требований закона при реализации жилищных прав истца о предоставлении ему на безвозмездной основе жилого помещения по установленным нормам.