Защита ветерана: путь от «фильма ужасов» на видео до условного срока по ст. 111 и 119 УК РФ

Звонок от коллеги и первое знакомство с делом

Однажды мне поступил звонок от коллеги: «Михаил, привет! Есть человек, нужна твоя помощь. Я уголовными делами не занимаюсь, возьмешься?» Получив краткую информацию, я согласился.

Вскоре мне перезвонил сам обвиняемый — КАГ. Мы согласовали время консультации, и он приехал в офис. Суть произошедшего оказалась одновременно бытовой и пугающей. КАГ вместе с супругой возвращался домой. Они пытались открыть дверь, громко разговаривали, шумели ключами. В этот момент из окна выглянул сосед и сделал замечание, щедро приправив его «крепким русским матом». КАГ в долгу не остался, завязалась словесная перепалка. Мой будущий подзащитный в сердцах позвал соседа «вниз», и тот, будучи в состоянии легкого опьянения, недолго думая, выбежал во двор.

«Фильм ужасов» под прицелом трех камер

КАГ — человек военный, физически крепкий, владеющий навыками рукопашного и ножевого боя. Однако у него было уязвимое место — титановая пластина в ноге после ранения осколком в «горячей точке». Когда сосед прибежал, началась «схватка», которая мгновенно превратилась в жестокое избиение человека.

Я посмотрел видеозапись инцидента. Снято было с трех ракурсов, с идеальным звуком — соседи постарались, снимая на последние модели смартфонов. Сказать, что я напрягся это не сказать ничего. КАГ буквально «заломал» человека, избивал ногами и локтями даже после того, как потерпевший потерял сознание. Как он позже пояснил, его «заклинило» — он плохо помнил саму драку, чувствуя себя словно на боевом задании. Весь асфальт был в крови. В финале КАГ добежал до гаража, схватил нож и начал водить им по горлу соседа. К счастью, нож оказался тупым и не оставил порезов!

Позиция защиты: «Я мужик, сделал — буду отвечать»

Посмотрев запись, я прямо спросил: «Ваше отношение к обвинению? Вину признаете?» В случае отрицания я был готов отказаться от защиты, так как спорить с очевидным видео было бы бессмысленно, да и не люблю я дела, где человек виновен и полностью отрицает вину, считая себя самым умным...

На что КАГ ответил: «Я согрешил и сам себе этого никогда не прощу. Хочу оплатить соседу лечение и извиниться! Отпираться не собираюсь. Я мужик: сделал — буду отвечать!» После этих слов мы заключили соглашение, я выписал ордер и вступил в дело.

Тактика защиты на стадии следствия: ст. 111 и 119 УК РФ

Дело уже находилось в производстве. КАГ обвиняли по двум статьям:

1. ч.1 ст. 111 УК РФ (умышленное причинение тяжкого вреда здоровью) — до 8 лет лишения свободы.

2. ч.1 ст. 119 УК РФ (угроза убийством) — до 2 лет лишения свободы.

При таком раскладе риск ареста и реального срока в суде был предельно высок. Мы сразу выбрали «неагрессивную» линию защиты. Следствие и прокуратура, видя нашу конструктивную позицию, проявили лояльность,  не стали утяжелять состав (хотя  возможности для этого были) и избрали меру пресечения в виде подписки о невыезде.

Основной упор мы сделали на два направления — активная работа с потерпевшим и сбор смягчающих обстоятельств согласно ст. 61 УК РФ.

Работа с потерпевшим и сбор смягчающих обстоятельств

Потерпевший получил серьезные травмы — переломы стенок правой орбиты и основной пазухи со смещением, перелом костей носа, гематомы и кровоизлияния. Несмотря на это, он оказался на редкость адекватным и приятным человеком. Он знал КАГ много лет, зла не держал и был готов к диалогу. Мой подзащитный начал регулярно перечислять деньги на лечение, как и обещал.

Параллельно я начал «адвокатское расследование» по линии боевого прошлого подзащитного. КАГ из-за проблем с памятью не мог точно сказать, есть ли у него награды. Я направил адвокатские запросы в ветеранские организации Краснодарского края и Сочи. Результат превзошел ожидания: выяснилось, что он награжден медалью Жукова. Родственники помогли найти саму награду, о которой он забыл.

Также мы провели обследование здоровья. Выяснилось, что титановая пластина в ноге сломана, ложный сустав левой конечности, то есть кость двигается там, где должна быть твердой, перелом метало конструкции (титановой пластины), неправильно сросшийся перелом малоберцовой кости (одна нога была намного короче другой). Все это легло в копилку смягчающих обстоятельств.

Судебный процесс: борьба за снисхождение

Процесс начался тяжело. Судья, известный своей строгостью и скрупулезностью, посмотрел видео избиения и, по слухам, был настроен на жесткое наказание.

Мы действовали аккуратно: дали развернутые показания, продемонстрировали искреннее раскаяние и исправление (ст. 43 УК РФ). В моменты, когда КАГ начинал слишком эмоционально реагировать на вопросы, я вовремя останавливал его допрос — адвокаты знают, как излишняя откровенность может разрушить защиту.

В прениях я сделал акцент на совокупности факторов: здоровье, награды, полное заглаживание вреда. Моя финальная фраза была такой: «Считаю, что такой человек заслуживает снисхождения. Его вклад в защиту Родины не может быть недооценен, особенно в нынешние непростые времена. Он все еще может быть полезен как опытная боевая единица!»

Приговор: победа стороны защиты

Прокурор запрашивал 6 лет реального лишения свободы. Суд, взвесив все обстоятельства, вынес приговор:

• По ч.1 ст. 111 УК РФ — 2 года лишения свободы.

• По ч.1 ст. 119 УК РФ — 320 часов обязательных работ.

По совокупности преступлений окончательно назначено 2 года и 1 месяц лишения свободы. Однако, на основании ст. 73 УК РФ, наказание признано условным с испытательным сроком на 4 года.

Подзащитный остался на свободе!  Сейчас он живет тихо, занимается лечением и, что самое важное, наладил дружеские отношения с тем самым соседом-потерпевшим.

Обладатели статуса PRO/VIP, могут ознакомиться в судебным решение и процессуальными документами.

Адвокат города Сочи — Мануков Михаил Меликович 

Мой канал «Диалог с пристрастием» (YouTube) и Рутюб