После вступления в силу новых правил платформенной экономики на первый план выходит вопрос, который может оказаться значительно важнее самого факта информационного взаимодействия цифровых платформ с налоговыми органами.
Что происходит, если одно физическое лицо одновременно работает через несколько площадок?
На одной продает товары. Через другую оказывает услуги. На третьей размещает объявления. По каждому отдельному аккаунту обороты могут выглядеть незначительными.
Но налогоплательщик при этом остается один.
Именно здесь, на мой взгляд, находится одна из наиболее интересных практических проблем нового регулирования.
Новый закон не создал «единый счетчик всех продаж»
С 1 октября 2026 года действует Федеральный закон от 31 июля 2025 года № 289-ФЗ «Об отдельных вопросах регулирования платформенной экономики в Российской Федерации».
Во исполнение его положений принято, в частности, Постановление Правительства РФ от 20 июня 2026 года № 766, регулирующее информационное взаимодействие операторов посреднических цифровых платформ с налоговыми органами.
Однако из нового законодательства было бы неправильно делать вывод, что с 1 октября появилась некая универсальная государственная система, которая в режиме реального времени находит все аккаунты гражданина в интернете, складывает все его продажи и при достижении определенной суммы автоматически начисляет налог.
Закон такого механизма не устанавливает.
Более того, новое регулирование касается именно посреднических цифровых платформ, отвечающих установленным законом и подзаконными актами критериям, а не любого сайта, доски объявлений или интернет-сервиса.
Но из этого не следует и обратный вывод — будто деятельность на разных площадках существует для налоговых целей совершенно независимо друг от друга.
Площадки разные, деятельность может быть одной
Представим физическое лицо, которое специально закупает определенный товар для последующей перепродажи.
Часть товара оно реализует через одну платформу.
Часть — через вторую.
Остальное — через третью.
Предположим, что на каждой отдельной площадке объем операций относительно небольшой.
Меняется ли от этого экономическая природа деятельности?
На мой взгляд, нет.
Если фактически существует единая систематическая деятельность, направленная на извлечение дохода, простое распределение продаж между несколькими цифровыми каналами само по себе не превращает ее в несколько независимых частных сделок.
Интернет-приложение является способом поиска покупателя и совершения сделки. Оно не обязательно определяет юридическую природу самой деятельности.
То же относится и к оказанию услуг.
Специалист может получать клиентов через несколько агрегаторов, собственный сайт, социальные сети и прямые обращения. Юридическая оценка при возникновении налогового спора должна касаться прежде всего самой экономической деятельности, а не количества приложений на телефоне исполнителя.
Но складывать обороты механически тоже нельзя
Здесь существует противоположный риск.
Появление новых массивов цифровой информации не означает, что любое большое количество объявлений или операций автоматически доказывает предпринимательскую деятельность.
Человек может продавать собственные вещи.
После переезда он может одновременно выставить значительное количество личного имущества.
Одно и то же имущество может быть размещено сразу на нескольких сайтах.
Могут существовать разовые сделки, не образующие устойчивой коммерческой деятельности.
Поэтому сама цифра поступлений, количество аккаунтов или число объявлений еще не должны заменять юридическую квалификацию отношений.
Особенно опасным было бы появление упрощенного подхода:
«много операций — значит предприниматель».
Для налогового спора этого недостаточно.
Необходимо устанавливать происхождение имущества, цель его приобретения, регулярность операций, продолжительность деятельности, однородность реализуемых товаров или услуг, характер взаимоотношений с покупателями и иные обстоятельства.
Именно совокупность таких признаков позволяет судить о реальной природе деятельности.
Три небольших оборота не создают автоматического налогового порога
Допустим, гражданин получил 200 тыс. рублей через одну площадку, 300 тыс. рублей через другую и еще определенную сумму через третью.
Само арифметическое сложение этих цифр еще не отвечает на вопрос о правовой квалификации его деятельности.
Не существует универсального правила:
«если суммарно получено X рублей, физическое лицо автоматически становится предпринимателем».
Но столь же ошибочно строить защиту исключительно на обратном аргументе:
«на каждой площадке отдельно сумма небольшая».
Если все операции фактически являются элементами одного бизнеса, дробление каналов реализации само по себе не меняет существа этой деятельности.
Поэтому в будущем налоговом споре предметом исследования, вероятно, будет не только размер оборота внутри конкретного сервиса, но и связь операций между собой.
Информационные возможности ФНС существовали и раньше
Создание специального регулирования платформенной экономики не означает, что до 1 октября 2026 года цифровая деятельность граждан и бизнеса была невидима налоговым органам.
ФНС уже использовала различные механизмы информационного взаимодействия, а в сфере налога на профессиональный доход цифровая модель администрирования существует давно.
Новое регулирование интересно прежде всего тем, что взаимодействие с посредническими цифровыми платформами получает самостоятельную нормативную и техническую инфраструктуру.
ФНС уже предусматривает специальные сервисы, связанные, в частности, с идентификацией партнеров платформ, сведениями об объемах продаж и работой с налоговыми рисками.
Чем больше элементов экономической деятельности существует в структурированной цифровой форме, тем технически проще сопоставлять относящиеся к одному лицу сведения.
Но здесь необходимо провести важную границу.
Техническая возможность сопоставить сведения и юридическая доказанность налогового нарушения — совершенно разные вещи.
Данные платформы — доказательство, но не готовая квалификация
На мой взгляд, именно этот вопрос может стать одним из наиболее важных для будущей практики.
Сведения цифровой платформы способны показать операции, объем продаж, продолжительность деятельности и иные фактические обстоятельства.
Но массив данных сам по себе не должен подменять правовую оценку.
Предположим, налоговый орган обнаруживает несколько сотен операций.
Защите важно установить, что это были за операции.
Продажа ранее приобретенного для личного использования имущества?
Специальная закупка однородных товаров для последующей перепродажи?
Возвраты?
Дублирующиеся объявления?
Реально состоявшиеся сделки или только размещенные предложения?
Чужое имущество, реализованное по поручению?
Оказание услуг от случая к случаю либо сформировавшаяся постоянная профессиональная деятельность?
Одинаковое количество цифровых записей в этих ситуациях может отражать совершенно разную экономическую действительность.
Поэтому новая технологическая инфраструктура не отменяет необходимость доказывания юридически значимых обстоятельств.
Что становится особенно важным при налоговой проверке
Для лица, работающего одновременно через несколько сервисов, я бы выделил несколько обстоятельств, которые имеет смысл документировать заранее:
происхождение продаваемого имущества и документы о его приобретении;
разграничение личных продаж и товаров, приобретенных специально для реализации;
договоры и документы, подтверждающие характер оказываемых услуг;
возвраты, отмененные сделки и иные операции, которые могут искажать простой показатель «оборота»;
налоговый статус лица в соответствующий период;
экономическое содержание поступлений, а не только отраженную платформой сумму.
Главная ошибка — начинать восстанавливать эту картину только после получения требования налогового органа.
Несколько платформ сами по себе ничего не доказывают
Использование трех, пяти или десяти площадок не является налоговым правонарушением.
Равно как использование одной площадки не исключает существования полноценной предпринимательской деятельности.
Количество цифровых сервисов — вторично.
Первичен характер деятельности.
Один человек может совершить множество частных сделок, не создавая бизнеса.
Другой может через несколько аккаунтов систематически реализовывать специально закупленный товар и фактически вести устойчивую коммерческую деятельность.
Поэтому два налогоплательщика с одинаковыми суммами поступлений способны оказаться в совершенно разных правовых ситуациях.
Вместо вывода
После 1 октября я бы не советовал рассматривать новое регулирование как появление «тотальной налоговой слежки» за каждым объявлением в интернете.
Такой вывод был бы чрезмерным.
Но недооценивать происходящие изменения тоже не стоит.
Платформенная экономика постепенно становится частью структурированного налогового администрирования.
И поэтому стратегия:
«на каждой площадке у меня немного, значит общую картину никто не увидит»
становится все менее надежной.
Однако и налоговый орган, на мой взгляд, не должен получать право на обратную презумпцию:
«мы увидели много цифровых операций — следовательно, перед нами предпринимательская деятельность».
Между этими двумя крайностями и будет формироваться практика.
И в каждом конкретном споре решающим должен оставаться не объем массива цифровых данных как таковой, а доказанная экономическая и юридическая природа стоящих за ними операций.
Алексей Мелков
адвокат, кандидат юридических наук
Почетный адвокат России
Уважаемый Алексей Валерьевич, спасибо за напоминание о переходе возможностей налоговых органов на очередной новый уровень., но Вы совершенно верно заметили, что само по себе большое количество площадок, аккаунтов, операций, ещё не делает любую деятельность предпринимательской, хотя и может служить «локатором», при помощи которого ФНС будет определять направление своего интереса ;)
Уважаемый Иван Николаевич, Спасибо большое за точное дополнение. Сравнение с «локатором» мне кажется очень удачным. Именно так я бы и формулировал практический риск: множественность площадок, аккаунтов и операций сама по себе ещё не доказывает предпринимательскую деятельность, но может стать основанием для более пристального анализа всей совокупности операций конкретного лица.
И уже на следующем этапе значение будет иметь не количество цифровых следов как таковых, а их содержание: систематичность, цель приобретения товаров, характер услуг, повторяемость сделок, происхождение имущества и общая экономическая логика деятельности.
Поэтому, на мой взгляд, главный вопрос будущей практики — насколько аккуратно налоговый контроль сможет отделять действительно коммерческую деятельность от обычной частной активности гражданина.