Бытовая склока между соседями, для разрешения которой были вызваны сотрудники милиции, чуть было не стоила одному из них «срока» от трех до десяти лет.Но благодаря нашим усилиям суд сначала приговорил стража порядка к лишению свободы условно, а по результатам пересмотра дела вынес оправдательный приговор.
 
Дело, о котором пойдет речь, интерес­но не только своим итогом, но и тем, что в ходе предварительного рассле­дования по нему был использован полиграф. Пройти проверку на «детекторе лжи» согласи­лись участники и свидетели происшествия. Несмотря на то, что суд первой инстанции признал результаты проверки показаний на «детекторе лжи» недопустимым доказатель­ством, сам факт его применения — еще одно свидетельство складывающейся на сегодняш­ний день тенденции использования исследова­ний на полиграфе в качестве одного из доказа­тельств по делу.

«Соседские разборки»

История произошла в ночь с 6 по 7 янва­ря 2010 года в ходе празднования супруга­ми Болтенко очередной даты знакомства. Из показаний обоих следует, что 06.01.2011 около 18.00 они начали отмечать годовщину, для чего заранее купили две бутылки вина 0,7 л. Была включена музыка. Примерно к часу ночи 07.10.2011, по показаниям Болтенко, они услышали топот шагов сверху — это были дети соседки, которые не могли уснуть. После этого, со слов Аркадия Болтенко, кото­рый впоследствии был признан потерпев­шим, он сделал музыку громче (в час ночи!).
 
Примерно в три часа ночи с работы вер­нулась их соседка Наталья Ковалева, кото­рая часто предъявляла претензии к супругам в связи с их поведением. Ковалева, услышав громкую музыку, позвонила в дежурную часть ПОМ п. Уренгой. Надо отметить, что Ковалева работала уборщицей в том же отде­лении милиции, сотрудники которого прие­хали по ее вызову.
 
Через некоторое время к дому подъеха­ла служебная машина сотрудников ППС. Ковалева встретила старшего группы задер­жания Владимира Нечипоренко и его колле­гу милиционера-водителя Дмитрия Шпака. В подъезде она объяснила ситуацию и указа­ла, что ее соседи из квартиры № 12 мешают ей и ее ребенку отдыхать.
 
Старший группы несколько раз постучал в дверь квартиры супругов Болтенко. После этого дверь открыл Аркадий Болтенко, по свидетельству Ковалевой, милиционеров и ряда других очевидцев, находившийся в состоянии опьянения.
 
Дальнейшее развитие событий, по вер­сии обвинения, не выглядит логичным и осмысленным, но, тем не менее, приве­ло к возбуждению уголовного дела. По сло­вам потерпевшего и его жены, милиционер представился, но не показал удостоверения. Затем в ответ на просьбу Нечипоренко сде­лать музыку тише Аркадий Болтенко сказал, что сделает. После чего милиционер ударил его кулаком в нос. У Болтенко пошла кровь из носа. В это время из квартиры вышла его жена и, увидев якобы избитого мужа, нача­ла кричать. Она же вызвала скорую помощь, медики которой зафиксировали гиперемию (покраснение) в области спинки носа и уме­ренное кровотечение из носовых пазухов.
 
По версии же сотрудников милиции и защиты, на самом деле Болтенко, нахо­дясь в состоянии опьянения, не согласился с просьбой старшего группы, а, напротив, начал оскорблять их. Со словами «я милицию не вызывал» он взял Нечипоренко за рукав бушлата и попытался вывести его из подъ­езда. По показаниям милиционера, он резко вырвался из рук Болтенко и в результате толч­ка последний развернулся лицом к двери. После этого он увидел, что у Болтенко идет кровь из носа. Таким образом, Болтенко просто ударился лицом о дверь или дверной косяк.
 
Доказательства обвинения
 
Следствие по пустяковому делу было проведе­но с завидной тщательностью. Однако основ­ными прямыми доказательствами совершения преступления явились только показания самого потерпевшего и данные судебно-медицинской экспертизы.
 
Показания потерпевшего Аркадия Болтенко, как было указано выше, сводились лишь к тому, что милиционер ударил его после того, как он (Болтенко) ответил согла­сием на его просьбу убавить громкость музы­ки в квартире. Что же касается экспертиз, то их результаты разнились.

Первый эксперт заключил, что «повреждение могло образо­ваться как от удара твердым тупым предме­том с ограниченной поверхностью (например, руки или ноги человека)… так и при падении с высоты собственного роста и ударе о твер­дый тупой предмет». Такой вывод не устро­ил следователя и он назначил вторую экспер­тизу.

Второй эксперт сделал категоричный вывод, что Болтенко ударили в нос кулаком или ладонью. Свой вывод он обосновал тем, что «в случае удара головой во время толчка или прижатия головы к предмету с преобла­дающей плоской поверхностью соударения обязательным условием было бы появление «следов» на выступающих частях лица (лоб, подбородок, скуловые области, кончик носа) в виде ссадин, кровоподтеков».
 
Полиграф против обвинений

Видимо, понимая, что доказательства, подтверждающие вину сотрудника милиции, не так убедительны, следователь предложил провести проверку показаний на «детекторе лжи» обвиняемого и потерпев­шего. Кроме того, на полиграф согласились свидетели: милиционер-водитель, супруга потерпевшего и Наталья Ковалева. Но с результатами исследова­ний на полиграфе мы были ознакомлены только в порядке ст. 217 УПК РФ.
 
Однако, они ока­зались настоящим подарком для защиты. Специалист — полиграфолог заключил, что у Владимира Нечипоренко выявлены яркие психофизиологические реакции, свидетель­ствующие о том, что он не применял насилия в отношении потерпевшего, не оскорблял его и не наносил ему удар кулаком в лицо. Итоги проверки потерпевшего были еще красноре­чивей: они подтверждали то, что сотрудник милиции не избивал его, но он, в свою оче­редь, оскорблял Нечипоренко, а также догово­рился с женой оговорить сотрудников милиции(!). Оба исследования были приобщены к делу в порядке ст. 80 УПК РФ «Заключение и показания эксперта и специалиста».
 
После таких выводов специалиста сле­дователь отказался продолжать применять полиграф к другим участникам дела.

Надо также отметить, что в обвинитель­ном заключении были приведены выдержки из протоколов допроса многочисленных сви­детелей, содержание которых вызывает недоумение: зачем следователь в качестве изобли­чающих доказательств привел показания лиц, которые рассказали, что ничего не видели, а также зачем он допрашивал людей, которые даже не могли ничего видеть.

Например, он допросил тещу Аркадия Коваленко, которая показала, что ее дочь позвонила ей через день после происшествия и «взволнованным голо­сом» сообщила, что ее мужа побил сотрудник милиции, старший группы задержания, и дру­гие «подробности» нарушений норм Закона «О милиции» и служебных инструкций.
 
Судебные решения

Многочисленные наши ходатайства и жалобы на нарушения, допущенные в ходе расследования, остались без ответа. Так, например, мы обратили внимание на то, что следователь нарушил процедуру проведения судебно-медицинской экспер­тизы, поручив ее повторное проведение экс­перту напрямую.
 
Тогда как согласно ст. 16 Закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государ­ственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» эксперт не вправе принимать поручения о производстве судебной экспертизы непосредственно от каких — либо органов или лиц, за исключением руководителя государственного судебно — экспертного учреждения.
 
В ходе разбирательства суд исклю­чил из числа доказательств данные про­верки показаний обвиняемого и потерпев­шего на детекторе лжи. Свое решение суд мотивировал только тем, что специалист — полиграфолог не был предупрежден об ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведо­мо ложного показания специалиста. В итоге Пуровский районный суд Ямало-Ненецкого автономного округа приговорил Владимира Нечипоренко к трем годам «условно» с испы­тательным сроком три года и лишением права занимать должности на государствен­ной службе также сроком на три года.
 
Прокуратура сочла приговор слишком мягким и направила кассационное пред­ставление. Защитник, в свою очередь, также обжаловал приговор, требуя пересмотра дела. Осенью 2010 г. кассационная инстанция отменила приговор и направила дело на новое рассмотрение. Суд ЯНАО пришел к выводу, что приговор не соответствует фактическим обстоятельствам дела, установленным судом. Во-первых, в приговоре не были приведены мотивы, по которым суд отверг доказатель­ства в пользу подсудимого. Во-вторых, имелись существенные различия между показа­ниями судмедэкспертов, данными в судебном заседании, и их заключениями, сделанными в ходе следствия.
 
При новом рассмотрении дела 31.01.2011 районный суд вынес оправдательный при­говор. При этом суд не посчитал результаты исследованияна полиграфе недопустимым доказательством. Однако свое решение суд мотивировал согласием с версией защиты и наличием в деле неустранимых сомнений, которые толкуются в пользу обвиняемого.
Текст оправдательного приговора суда опубликован на сайте«УП» (www.ugpr.ru) и доступен всем зарегистрированным поль­зователям.
 
Результаты ПФИ заставили суд тщательно анализировать дело



Сычевский Иван Иванович,
учредитель адвокатского кабинета И. И. Сычевского, (Адвокатская палата Ямало-Ненецкого автономного округа)


 

Что было для Вас самым сложным в деле?

— Смириться. Я живу реалиями жизни и взяв­шись за дело прекрасно понимал, что оправда­тельных приговоров по делам, направленным в суд Следственным комитетом, — тогда еще при прокуратуре РФ — практически не бывает.
Я настраивал с самого начала подзащитного на пересмотр решения по делу только в Верховном Суде. Отмена приговора в кассационной инстан­ции была для меня неожиданным подарком и хорошим шансом, который я не упустил.

Даже из показаний потерпевшего, который сначала не хотел жаловаться на сотрудника милиции (это видно и из срока, прошедшего от момента события до собственно жалобы), создается впечатление, что обвиняемого хоте­ли сделать таковым какие-то недоброжелатели из следствия или прокуратуры. Что Вы думае­те по этому поводу?

— Все намного печальней. Рассматриваемое событие разворачивалось на фоне борьбы с «евсюковыми», когда велась «охота на ведьм», вернее «на оборотней». Всем нужны были пока­затели, и судьба какого-то сержанта милиции никого не интересовала. Чтобы никого не оби­деть, скажу так: следователь всем своим видом словно говорил: «я бы дело прекратил, но меня уволят». В целом предварительное след­ствие велось объективно и профессионально, но повторная СМЭ — это была уже игра не по правилам. Когда я ее читал, возникало две мысли — либо это новое открытие в судебно- медицинской экспертизе, либо кто-то «поста­рался». Когда я знакомился с данным докумен­том, следователь несколько раз повторял, что никто «не договаривался» и «они сами неожи­данно приятно удивлены».

Как Вы считаете, результаты исследования на полиграфе могли психологически повлиять на исход дела?

— Несомненно. Скажу даже больше — если бы не они, то оправдательного приговора и не было. Полагаю, что именно результаты психо­физиологического исследования (ПФИ) заста­вили суд досконально изучить материалы дела, а убраны из доказательственной базы в при­говоре они лишь потому, что законодатель по настоящее время не определился, как их рас­ценивать. Ну, и из этого вытекающее — отсут­ствие результатов ПФИ в доказательственной базе оправдательного приговора лишает проку­ратуру хоть какого-нибудь шанса пересмотра приговора в надзорной инстанции.

Статья опубликована в журнале " Уголовный процесс" № 9 за 2011 год.
Соавторы: kurvimetr

Да 5 5

Ваши голоса очень важны и позволяют выявлять действительно полезные материалы, интересные широкому кругу профессионалов. При этом бесполезные или откровенно рекламные тексты будут скрываться от посетителей и поисковых систем (Яндекс, Google и т.п.).

Участники дискуссии: shumilova, glavred, cygankov, Климушкин Владислав, Блинов Анатолий, +еще 2
  • 02 Ноября 2011, 05:56 #

    Просто замечательно все обернулось в этом деле. И полиграф сыграл свою роль:)

    +1
  • 02 Ноября 2011, 06:05 #

    отсут­ствие результатов ПФИ в доказательственной базе оправдательного приговора лишает проку­ратуру хоть какого-нибудь шанса пересмотра приговора в надзорной инстанцииЯ не юрист, но по-моему это вэри гуд(Y)

    +1
  • 02 Ноября 2011, 09:48 #

    Прочитав данную статью убедилась в том, что невиновность сотрудника полиции была полностью доказана, а так же полностью поддерживаю сторону защиты, и считаю, что огромную роль в вынесении оправдательного приговора сыграли результаты полиграфа.
    Меня интересует вот какой вопрос, в связи с тем, что был вынесен оправдательный приговор, были ли предприняты попытки наказать врунишку-потерпевшего?

    +1
  • 02 Ноября 2011, 10:26 #

    Алена Евгеньевна, этот вопрос я задаю всегда, но, как мне сообщил Иван Иванович Сычевский, милиционер, которого он защитил, не стал об этом думать. Его отношение ко всему можно сформулировать как «скорей бы все это закончилось». И.И. Сычевского он забыл очень быстро.

    +1
  • 02 Ноября 2011, 10:36 #

    Вот она благодарность….
    Думаю, главное, что Иван Иванович, смог разобраться в данной ситуации и довести дело логического конца, а если и при этом он получил массу удовольствия, азарта, то это просто замечательно!!!

    +1
  • 02 Ноября 2011, 11:57 #

    Полагаю, что данный материал имеет весьма существенное значение для практической деятельности адвоката защиты.
    Выражаю признательность Исламу Рамазановичу за любезно предоставленную статью.

    +1
  • 02 Ноября 2011, 14:51 #

    Свое решение суд мотивировал только тем, что специалист — полиграфолог не был предупрежден об ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведо­мо ложного показания специалиста.Вообще тут видна интересная проблема: Поскольку основные выводы делает машина и они документируются машинограммой не следует ли предупреждать саму машину о заведомо ложных показаниях???
    А дело получилось поучительным!
    Вот только непонятно, судя по всему  был заведомо ложный донос, или мне показалось?

    +1

Да 5 5

Ваши голоса очень важны и позволяют выявлять действительно полезные материалы, интересные широкому кругу профессионалов. При этом бесполезные или откровенно рекламные тексты будут скрываться от посетителей и поисковых систем (Яндекс, Google и т.п.).

Для комментирования необходимо Авторизоваться или Зарегистрироваться

Ваши персональные заметки к публикации (видны только вам)

Рейтинг публикации: «Суд оправдал милиционера, обвиненного в превышении должностных полномочий» 1 звезд из 5 на основе 5 оценок.
Адвокат Фищук Александр Алексеевич
Краснодар, Россия
+7 (926) 004-7837
Персональная консультация
Консультирование по финансово-экономическим вопросам, налоговой безопасности. Проверка контрагентов, анализ сделок, инвестиций. Юридическая помощь и консалтинг высокого уровня в любом регионе РФ
https://fishchuk.pravorub.ru/
Адвокат Морохин Иван Николаевич
Кемерово, Россия
+7 (923) 538-8302
Персональная консультация
Сложные гражданские, уголовные и административные дела экономической направленности.
Дорого, но качественно. Все встречи и консультации, в т.ч. дистанционные только по предварительной записи.
https://morokhin.pravorub.ru/

Похожие публикации

Продвигаемые публикации