СМ.договоренностей о совместной незаконной предпринимательской деятельности не было. М.фактически на работу в ООО «» был приглашен для выполнения обязанностей личного водителя, которые он добросовестно выполнял. В его обязанности входило выполнение всех личных поручений Н., в том числе: поездки по поручению в магазины, банки, школу, детский сад, аэропорт, сопровождение на встречах, перевозка людей, транспортировка документов и так далее. Законность деятельности не вызывала у М. никаких сомнений.

В силу отсутствия какого-либо специального образования и интереса, М. не вникал в вопросы законности тех или иных действий, связанных с ведением хозяйственной деятельности, а Н. ему не разъяснял, для чего нужно куда-нибудь съездить, свозить кого-либо или что-нибудь отвезти.

За выполнение своих обязанностей М. получал в ООО «» заработную плату. Иных вознаграждений М.не получал.

Несколько раз Н. говорил ему, что для ведения хозяйственной деятельности нужны наличные деньги, в связи с чем имеется необходимость перечислить безналичные денежные средства на счет какого-нибудь физлица для дальнейшего получения их в наличной форме. При этом Н.М. разъяснял, что в этом ничего незаконного нет и у М. не было никаких сомнений по этому поводу.

С Ма. Н. познакомился в «», где обслуживался как физическое лицо. Несколько раз Ма. лично обращалась к Н. с просьбой помочь каким-то ее знакомым предпринимателям получить наличные деньги. Н. сказал Ма, что может помочь, если она найдет каких-нибудь физлиц, которым она доверяет, для того чтобы они открыли лицевые счета в «». Ма. сказала, что у нее есть такие люди, после чего Н. передал реквизиты одного из предприятий и объяснил алгоритм ее действий для получения наличных денег.

Почему Ма и ее подружки в своих показаниях указывают на то, что об открытии счетов и получении наличных денег их попросил М., Н. неизвестно. Предполагаем, что данными показаниями они пытались снять ответственность с работника банка, своей подруги Ма.

Более того, показания подружек Ма. очевидно не соответствуют материалам уголовного дела. Так, согласно выписок из банка подружки Ма. – Ка и Ба вносили деньги во вклад Ма.

Очевидно, что деньги во вклад Ма. могли внести только по просьбе Ма.

С Ч. договоренностей о совместной незаконной предпринимательской деятельности не было.Ч. на общих условиях с другими лицами обращался к Н.за помощью. Характер взаимоотношений Ч. с контрагентами Н не известен.

С К. договоренностей о совместной незаконной предпринимательской деятельности не было. К.на общих условиях с другими лицами обращался к Н. за помощью. Характер взаимоотношений Ч. с контрагентами Н. не известен.

В материалах уголовного дела имеются записи телефонных переговоров между участниками. Указанные телефонные переговорыподтверждают фактотсутствия сплоченности и организованности в понимании Верховного Суда РФ, а соответственно, подтверждают отсутствие квалифицирующего признака, совершение организованной группой.

Так, телефонные разговоры подтверждают, что отношения между Н. и Гане выходили за рамки рабочих отношений между работником банка и вип – клиентом. Более того, очень показателен один из очень, ни как не ежедневных, редких разговоров между Н. и Га., в котором Га. заблаговременно напоминает Н. о сроке погашения личного кредита перед банком и очень настойчиво просит своевременно погасить кредит, что характеризует Га. как ответственного работника, надлежащим образом исполняющего свои должностные обязанности и действующего именно в интересах банка, но ни как ни в интересах Н.

Телефонные переговоры между Н. и К., Н. и Ч. также подтверждают, что отношения между ними не выходили за рамки отношений, которые можно охарактеризовать как между Н. и постоянными клиентами.В разговорах отсутствуют признаки сплоченности и организованности, в том числе по причине отсутствия признака организованности – характеризуемого наличием подчиненности между лицами. Так, например, в разговорах отсутствуют какие-либо указания Н., обязательные к исполнению К., либо Ч.

Несмотря на то, что телефонные переговоры, в том числе являются доказательствами невиновности Н., сторона защиты не может не указать, что проведенные по делу фоноскопические экспертизы содержат противоречивые выводы, не стыкуются с другими доказательствами по уголовному делу, выполнены с грубейшими нарушениями уголовно-процессуального, экспертного законодательства РФ и не могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу.

Противоречивость между собой выводов фонографических экспертиз, проведенных по уголовному делуи невозможность их использования в качестве доказательств исходя из принципа презумпции невиновности, подтверждается тем, что на основе одного и того же исходного материала (аудиозаписей), выполненных и предоставленных оперативной службе техническим отделом УСТМ разные специалисты сделали вероятностные и категоричные выводы, что вызывает сомнение в достоверности всех выполненных по делу фоноскопических экспертиз, проведенных на основе одного и того же исходного материала (аудиозаписей), меняется только день записи, выполненных и предоставленных оперативной службе техническим отделом УСТМ. Так, например, заключения эксперта Р. содержат категоричные выводы, заключения эксперта М. содержат категоричные выводы, а в заключениях эксперта Б. проведенныхна основе отрезков той же записи (меняется только день)содержаться только вероятностные выводы, а категоричные отсутствуют.

Кому их экспертов верить, не понятно. Однако, в любом случае, при наличии сомнений в выводах, исходя из принципа презумпции невиновности, предусмотренного ст.14 УПК РФ, проведенные по делу фоноскопические экспертизы на основе одного и того же исходного материала (аудиозаписей) не могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, так как есть сомнения в достоверности полученных выводов, что очевидно подтверждается наличием в деле фоноскопических экспертиз, проведенных разными экспертами с содержащимися противоречивыми между собой выводами.

Кроме того, проведенные по уголовному делу фоноскопические экспертизы №№284,285, 286, 287, 288, 289, а также №№9/14э-12, 9/22э-12, выполнены с нарушениями действующего законодательства РФ и не могут быть использованы в качестве доказательств, что в том числе подтверждается заключениями комиссии специалистов №044/14 от 06.02.2014 года и №045/14 от 12.02.2014 года, выполненных специалистами АНОП. имеющей дипломы о высшем профессиональном образовании по специальностям: учитель русского языка, литературы и английского языка, а также лингвист по специальности: теоретическая и прикладная лингвистика». К. учитель русского языка, литературы и английского языка, юридическая лингвистика, судебная лингвистическая экспертиза. Кроме того, являющейся экспертом по следующим специальностям: «исследование звуковой среды, условий, средств, материалов и следов звукозаписей», «исследование голоса и звучащей речи».

При проведении фоноскопических экспертиз по уголовному делу, в результате которых получены заключения эксперта М.допущены следующие нарушения:
  1. В нарушение требований ст. 195, 198 УПК РФ с учетом Определения КС РФ от 18.06.2004 года №206-О, согласно которого с постановлением о назначении любых экспертиз участники должны быть ознакомлены до ее проведения, с постановлениями и заключениями участники были ознакомлены после проведения экспертиз, тем самым не смогли реализовать свои права на стадии назначения и проведения.
  2. В нарушение требований ст.202 УПК РФ, согласно которой для получения образцов для сравнительного анализа следователь выносит постановление и составляет протокол отбора голосов, в соответствии с требованиями ст.ст. 166, 167 УПК РФ, постановление следователем не выносилось и протокол отбора голосов не составлялся. При этом, не имеет юридического значения для вынесения соответствующего постановления и составления протокола желание, либо нежелание лица предоставить образцы голоса.

    Фоноскопические экспертизы проводились на основании голосов, предоставленных оперативной службой, полученных в ходе негласных ОРМ. Кроме сопроводительного постановления сотрудника оперативной службы, который указывает, что в папке такой –то находится голос, принадлежащий такому – то лицу, указанный факт принадлежности ничем не подтверждается.

    При этом, в п.2.2 Определения КС РФ от 25.02.2010 года №261-О-О Конституционный суд РФ указал, что не допускается возможность получения образцов для сравнительного исследования путем подмены установленной специальной процедуры производства следственных действий, в частности статьей 202 «Получение образцов для сравнительного исследования» УПК РФ, оперативно-розыскными мероприятиями.
  3. В нарушение требований ст.195 ч.4 УПК РФ с учетом Определения КС РФ от 22.03.2012 года №589-О-О фоноскопические экспертизы проведены в отношении лиц, имеющих на момент проведения экспертиз статус свидетелей, без их письменного согласия.
  4. В нарушение требований ст.ст.75, 87 УПК РФ использованные при проведении фоноскопических экспертиз фонограммы являются недопустимыми и не подлежат фактической проверке, в связи с отсутствием сохранившихся оригиналов фонограмм. В соответствии со ст.8 п.3 Ф.З. от 12.08.2005 года №144 «Об оперативно – розыскной деятельности», следователю передаются в опечатанном виде фонограмма, но ни как ни копия записи. Уголовно – процессуальный кодекс РФ также не допускает проведение фоноскопических экспертиз на основании копий записи разговоров. В соответствии с действующим на момент передачи фонограмм Приказом МВД №368 от 17.04.2007 года «Об утверждении Инструкции о порядке предоставления результатов оперативно – розыскной деятельности дознавателю, органу дознания, следователю, прокурору или в суд» допускается предоставление копий, при соблюдении следующих условий: перенос на единый носитель, о чем обязательно указывается в сообщении и сохранение оригиналов материалов в органе, осуществившем ОРМ с целью, в соответствии с п.21 указанного Приказа, возможности проверить в условиях уголовного судопроизводства доказательства, сформированного на их основе. Следователю передавались копии, о чем отсутствует отметка в сопроводительном письме.

    Оригиналы в ОРЧ НП также отсутствуют, в связи с фактическим получением ОРЧ НП копий, а не оригиналов от Управления специальных технических мероприятий, что подтверждается сопроводительными письмами. В ходатайстве следователем о приобщении оригиналов было отказано, в связи с их фактическим отсутствием, отсутствием необходимости дальнейшего хранения в УСТМ после передачи в ОРЧ НП, о чем предупреждает в сопроводительном письме УСТМ.
  5. Фоноскопические экспертизы проведены лицом, не имеющим надлежащей квалификации.

    Исследование проводилось экспертом УФСБ М., имеющей высшее филологическое образование, экспертную специальность –фонографические исследования (комплексный анализ устной речи). В соответствии с п.21 Приказа ФСБ России №277 от 23.06.2011 года, экспертиза в экспертном подразделении проводится экспертами единолично, а также комиссиями экспертов той или разных специальностей. Экспертиза проводится экспертом единолично, если ответы на все поставленные вопросы могут быть даны на основе имеющихся у него специальных знаний. Согласно приложения №3 к приказу ФСБ от 23.06.2011 года №277, для производства фонографической экспертизы используется две экспертные специальности: 1) комплексный анализ устной речи; 2) технические исследования фонограмм и средств звукозаписи.

    Однако, как следует из заключений, эксперт по специальности «технические исследования фонограмм и средств звукозаписи» при производстве экспертиз не участвовал. Таким образом, вывод об отсутствии признаков монтажа сделан лицом, не имеющим надлежащей специальности.

    Кроме того, следует отметить, что вывод эксперта «признаков монтажа не обнаружено» носит вероятностный характер, а не категоричный вывод, как указывает специалист в области фоноскопических экспертиз, ссылки на статью которой есть в правовой базе «Консультант – Плюс», доктор юридических наук Галяшина Е.И. в разделе «Ошибки назначения и производства судебных экспертиз» Прикладные основы судебной фоноскопической экспертизы// Теория и практика судебной экспертизы. Спб.: Питер, 2002.
  6. В нарушение требований ст.204 ч.1 п.1, согласно которой в заключении эксперта указывается дата, время и место производства судебной экспертизы, указанные экспертизы содержат недостоверные даты и время производства судебных экспертиз.

    Каждая из перечисленных экспертиз является самостоятельной экспертизой. При этом, согласно указанных дат и времени в экспертизах, все шесть экспертиз начаты экспертом в одно время: 06.10.2010 года в 16 часов 30 минут.

    Однако окончены в разное время, при этом в экспертизах №285, 286, 287, 288, 289 эксперт ссылается на выводы экспертизы № 284, которую эксперт выполнял одновременно с остальными экспертизами и которая не была окончена на момент проведения остальных экспертиз. Очевидно, что имеется факт фальсификации точного времени проведения экспертиз.

    Кроме того, согласно выводов специалистов, экспертизы проведены с нарушениями законодательных, методических норм и научных принципов, существенно отражающихся на выводах:

    — Установлено выполнение экспертом Криминалистической лаборатории Управления ФСБ России по Свердловской области экспертом М. экспертиз без наличия поручающих указаний Криминалистической лаборатории Управления ФСБ России по Свердловской области, что является грубым нарушением ст. 199 Уголовно-процессуального Кодекса РФ №_174 от 18.12.2001 г., ст.ст. 14,16 Ф.З. «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» №_73-ФЗ от 31 мая 2001.

    — Установлено нарушение руководителя Криминалистической лаборатории Управления ФСБ России по Свердловской области порядка предупреждения эксперта об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения в соответствии ст.307 УК РФ, в разъяснении обязанностей и прав эксперта в соответствии с ст. ст. 57, 195 УПК РФ, что является нарушением ст.14 действующего Федерального Закона №_73-фз от 31.05.2001 г. «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

    — Экспертиза проводилась экспертом, не обладающим необходимыми для проведения технического исследования познаниями, что противоречит нормам УПК РФ, ФЗ №73 от 31.05.01, а также методическим требованиям, предъявляемым к проведению исследований звукозаписей.

    — Исследование фонограмм осуществлялось без предоставления звукозаписывающего устройства, что свидетельствует о неполноте проведенного анализа; в результате исследования могли быть проведены только на ограниченной группе признаков, чего для категоричного вывода об отсутствии признаков монтажа на фонограммах недостаточно. В тексте заключений не сообщается об ограничениях исследования, вызванных отсутствием звукозаписывающего оборудования, выводы сделаны категорично.

    — В соответствии с текстом рецензируемого заключения, экспертом не применялись методы исследования в полном объеме (необходимом в соответствии с поставленными задачами и принятыми стандартами). Технических исследований проведено не было и осуществлялось только аудитивно-лингвистическое исследование, инструментальная часть исследования отсутствует, что противоречит существующей методике проведения исследований на предмет наличия или отсутствия признаков монтажа. Подобное ограничение в применяемых методах необоснованно, так как без технического исследования выводы о наличии или отсутствии признаков монтажа недопустимы.

    По результатам исследования эксперт делает выводы касательно наличия признаков нарушения целостности и связности текста в рамках разговоров, что не является ответом на поставленный вопрос о наличии или отсутствии признаков монтажа.

    — Объединение объектов исследования не обосновано. Утверждение о том, что на спорных фонограммах принимают участие одни и те же дикторы, не подтверждено фактическими данными.

    — В тексте идентификационных исследований заключений вывод о пригодности фонограмм для акустического анализа не подтвержден фактическими данными. Данная часть исследования не соответствует предъявляемым к анализу на пригодность требованиям.

    — В идентификационных исследованиях недостаточно полно отражены данные акустического анализа, соответственно, сделанные по результатам исследований выводы не подтверждены фактическими данными.

    — В лингвистической части идентификационного исследования заключений № 284, № 286, 287, 288 и 289 отсутствует анализ по признакам фразы и слова.

    Очевидно, что при наличии даже части из имеющихся нарушений уголовно – процессуального законодательства РФ, ставящих под сомнение квалификацию эксперта, полученные противоречивые по отношению к другим экспертизам выводы, фоноскопические экспертизы М. не могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу.

    При проведении фоноскопических экспертиз по уголовному делу экспертом Р., в результате которых получены заключения №9/14э-12 (т.5) и №9/22э-12 допущены следующие процессуальные нарушения:
  1. В нарушение требований ст. 195, 198 УПК РФ с учетом Определения КС РФ от 18.06.2004 года № 206-О, согласно которого с постановлением о назначении любых экспертиз участники должны быть ознакомлены до ее проведения, с постановлениями и заключениями участники были ознакомлены после проведения экспертиз, тем самым не смогли реализовать свои права на стадии назначения и проведения.
  2. В нарушение требований ст.202 УПК РФ, согласно которой для получения образцов для сравнительного анализа следователь выносит постановление и составляет протокол отбора голосов, в соответствии с требованиями ст.ст. 166, 167 УПК РФ, постановление следователем не выносилось и протокол отбора голосов не составлялся. При этом, не имеет юридического значения для вынесения соответствующего постановления и составления протокола желание, либо нежелание лица предоставить образцы голоса.

    Фоноскопические экспертизы проводились на основании голосов, предоставленных оперативной службой, полученных в ходе негласных ОРМ. Кроме сопроводительного постановления сотрудника оперативной службы, который указывает, что в папке такой –то находится голос, принадлежащий такому – то лицу, указанный факт принадлежности ничем не подтверждается.

    При этом, в п. 2.2 Определения КС РФ от 25.02.2010 года № 261-О-О Конституционный суд РФ указал, что не допускается возможность получения образцов для сравнительного исследования путем подмены установленной специальной процедуры производства следственных действий, в частности статьей 202 «Получение образцов для сравнительного исследования» УПК РФ, оперативно-розыскными мероприятиями.
  3. В нарушение требований ст.195 ч.4 УПК РФ с учетом Определения КС РФ от 22.03.2012 года № 589-О-О фоноскопические экспертизы проведены в отношении лиц, имеющих на момент проведения экспертиз статус свидетелей, без их письменного согласия.
  4. В нарушение требований ст.ст. 75, 87 УПК РФ использованные при проведении фоноскопических экспертиз фонограммы являются недопустимыми и не подлежат фактической проверке, в связи с отсутствием сохранившихся оригиналов фонограмм. В соответствии со ст. 8 п.3 Ф.З. от 12.08.1995 года №144 «Об оперативно-розыскной деятельности», следователю передается в опечатанном виде фонограмма, но ни как ни копия записи. Уголовно –процессуальный кодекс РФ также не допускает проведение фоноскопических экспертиз на основании копий записи разговоров. В соответствии с действующим на момент передачи фонограмм Приказом МВД № 368 от 17.04.2007 года «Об утверждении Инструкции о порядке предоставления результатов оперативно – розыскной деятельности дознавателю, органу дознания, следователю, прокурору или в суд» допускается предоставление копий, при соблюдении следующих условий: перенос на единый носитель, о чем обязательно указывается в сообщении и сохранение оригиналов материалов в органе, осуществившем ОРМ с целью, в соответствии с п.21 указанного Приказа, возможности проверить в условиях уголовного судопроизводства доказательства, сформированного на их основе. Следователю передавались копии, о чем отсутствует отметка в сопроводительном письме.

    Оригиналы в ОРЧ НП по Тюменской области также отсутствуют, в связи с фактическим получением ОРЧ НП копий, а не оригиналов от Управления специальных технических мероприятий ГУВД по Тюменской области, что подтверждается сопроводительными письмами. В ходатайстве следователем о приобщении оригиналов было отказано, в связи с их фактическим отсутствием, отсутствием необходимости дальнейшего хранения в УСТМ после передачи в ОРЧ НП, о чем предупреждает в сопроводительном письме УСТМ.
  5. Фоноскопические экспертизы проведены лицом, не имеющим надлежащей квалификации.

    Исследование проводилось экспертом частного негосударственного экспертного учреждения Р., являющимся пенсионером МВД, имеющим высшее техническое образование, экспертные специальности, согласно копии свидетельства № 08734 (т.6 л.д.34): «идентификация лиц по фонограммам устной речи», «техническое исследование видеограмм». Согласно Приказа МВД РФ от 14.01.2005 года № 21 «Об аттестации экспертов на право самостоятельного производства судебных экспертиз и о порядке пересмотра уровня их профессиональной подготовки», в приложении №1 приведен перечень экспертных специальностей, по которым в ОФД РФ производится аттестация на право самостоятельного производства экспертиз. Так, для производства фоноскопической экспертизы (пункт 23) необходимы специализации: «идентификация лиц по фонограммам устной речи» (п.п.23.1.) и «техническое исследование фонограмм» (п.п.23.2). В тоже время, пунктом 7 указанного приложения предусмотрен такой вид экспертизы как «видеотехническая» для производства которой необходима специализация «техническое исследование видеограмм».

    Таким образом, фоноскопическая экспертиза по уголовному делу проводилась экспертом, имеющим только одну специальность, предусмотренную приказом МВД России №21 от 14.01.2005 года, специальность – «идентификация лиц по фонограммам устной речи», эксперт со специальностью «техническое исследование фонограмм» участие при производстве экспертизы не принимал, в связи с чем возникают сомнения в достоверности выводов относительно отсутствия признаков монтажа.
  6. Выводы эксперта не соответствую содержанию, (в частности: согласно текста заключений сделан вероятностный вывод «признаков монтажа не выявлено», а в выводах дан категоричный ответ об отсутствии признаков монтажа.

    Кроме того, допущена совокупность нарушений законодательных, методических норм и научных принципов, существенно отражающихся на выводах:

    — Установлено выполнение экспертом Р. фоноскопических судебных экспертиз № 9/14э-12 и № 9/22э-12 без наличия поручающих указаний НЭУ «», что является грубым нарушением ст. 199 Уголовно-процессуального Кодекса РФ №_174 от 18.12.2001 г., ст.ст. 14,16 Ф.З. «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» №_73-ФЗ от 31 мая 2001.

    — Установлено нарушение руководителя НЭУ «» порядка предупреждения эксперта об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения в соответствии ст.307 УК РФ, в разъяснении обязанностей и прав эксперта в соответствии с ст. ст. 57,195 УПК РФ, что является нарушением ст.14 действующего Федерального Закона №_73-фз от 31.05.2001 г. «О государственной судебно- экспертной деятельности в Российской Федерации».

    — Экспертиза проводилась экспертом, не обладающим необходимыми для проведения лингвистической части исследования познаниями, что противоречит нормам УПК РФ, ФЗ №73 от 31.05.01, а также методическим требованиям, предъявляемым к проведению исследований звукозаписей. Не предоставлено достаточно сведений для подтверждения компетенции эксперта для проведения технической части исследования.

    — Объекты исследования описаны неполно.

    — Техническое исследование фонограмм осуществлялось без предоставления звукозаписывающего устройства, что свидетельствует о неполноте проведенного анализа; в результате исследования могли быть проведены только на ограниченной группе признаков, чего для категоричного вывода об отсутствии признаков монтажа на фонограммах недостаточно. В тексте заключений не сообщается об ограничениях исследования, вызванных отсутствием звукозаписывающего оборудования, выводы сделаны категорично.

    — В описании и применении методов анализа фонограмм на предмет наличия на них признаков монтажа и внесения изменений в фонограмму наблюдаются нарушения принятых стандартов. В методике анализа фонограмм на предмет наличия на них признаков монтажа и внесения изменений в фонограмму не заявлено лингвистической части анализа, что противоречит существующим стандартам и источникам, на которые ссылается эксперт. Лингвистические явления необоснованно рассматриваются как предмет аудитивного анализа.
Предыдущая — часть 3.

Продолжение — часть 5.

Да 10 10

Ваши голоса очень важны и позволяют выявлять действительно полезные материалы, интересные широкому кругу профессионалов. При этом бесполезные или откровенно рекламные тексты будут скрываться от посетителей и поисковых систем (Яндекс, Google и т.п.).

Пока нет комментариев

Для комментирования необходимо Авторизоваться или Зарегистрироваться

Ваши персональные заметки к публикации (видны только вам)

Рейтинг публикации: «Статья 172 УК РФ. Выступление в прениях. Часть 4. Адвокат Якобчук Е.В.» 2 звезд из 5 на основе 10 оценок.
Адвокат Морохин Иван Николаевич
Кемерово, Россия
+7 (923) 538-8302
Сложные гражданские, уголовные и административные дела экономической направленности.
Дорого, но качественно. Все встречи и консультации, в т.ч. дистанционные только по предварительной записи.
https://morokhin.pravorub.ru/ Стать VIP
Адвокат Гречанюк Василий Герольдович
Владивосток, Россия
+7 (914) 342-9220
компетенции: трейдинг, инвестиции, страхование, налоги, юридические лица, долги, ответственность, комбинации.
Консультации, дела.
Действую с интересом, спокойно и тщательно, очно и дистанционно.
https://urmanwin.pravorub.ru/ Стать VIP
Адвокат Гурьев Вадим Иванович
Москва, Россия
+7 (925) 333-5733
Моя специализация бизнес и финансы.
Защита по сложным уголовным экономическим делам.
Борьба с фальсификациями и незаконными методами расследования. Опыт, надёжность, добросовестность!
https://advokat-guriev.pravorub.ru/
Юрист Фищук Ольга Сергеевна
Краснодар, Россия
+7 (999) 637-2795
Арбитражный (финансовый) управляющий. Честное банкротство физических и юридических лиц в любом регионе РФ. Специальные условия в рамках профессионального сообщества юристов и адвокатов "Праворуб"
https://fedresurs.pravorub.ru/ Стать VIP
Адвокат Мамонтов Алексей Вячеславович
Воронеж, Россия
+7 (919) 184-9057
Специализация: споры о собственности, об обязательствах, банкротство, интеллектуальная собственность, защита по уголовным делам в сфере экономики, коррупционные и должностные преступления
https://taimyr68.pravorub.ru/ Стать VIP