Это ДТП произошло на зимней дороге, асфальт частично был открыт, частично – наледь. Две машины, вазовская «семерка» и Тойота, двигавшиеся навстречу друг другу, не поделили дорогу. Разброс машин после столкновения очень большой – более 80 метров. Водитель «семерки» погиб. 
На схеме ДТП в предполагаемом месте столкновения – царапина около осевой. Отвратительная, как обычно, схема ДТП. Словесная баталия сторон, упражнения в словоблудии госэкспертов и прекращение уголовного дела. Обычная для нашей страны унылая картина.  Единственное, что было объективно и неплохо – фотографии криминалиста с места ДТП. 

Экспертиза – слово латинского происхождения от «expertus», опытный, сведущий. А судебная экспертиза – это процессуальное действие, состоящее, в том числе, из проведения исследований на научной основе. Ясновидение же – это предполагаемая способность, в данном случае – судебных экспертов, получать информацию помимо известных науке средств и методов, в том числе получать сведения о событиях прошлого. Кто из адвокатов не видел заключения ясновидящих судебных экспертов? Все видели. О них и речь.

А как они судят своих? Ведь никто из них не застрахован от случайного ДТП. Кажется, что человек, верно служивший системе, может, по меньшей мере, рассчитывать на то, что его бывшие коллеги проявят беспристрастность и справедливость. И прокурор, еще вчера рьяно отстаивавший точку зрения госэкспертов и высказывавший недоверие «коммерческим» экспертизам, вдруг начинает понимать суть событий – то, что его попросту «сделали виновным», сделали те же самые госэксперты, сделали и его коллеги.
Это отнюдь не злорадство. Этого прокурора, которого перемолола собственная система, действительно жаль. Но и такой жалости тоже есть границы, ибо этот человек сам отмерял другим точно такой же мерой, какой отмерили и ему. Как говорится, кто следующий?
В этой статье не будет сложных формул или расчетов, хотя в заключении специалиста они есть. Суть этой статьи в другом – понимают ли следователи, госэксперты, прокуроры или судьи то, что им будут ли мерить ему той самой мерой, какой сегодня мерят они?

Методика транспортно-трасологической экспертизы (Транспортно-трасологическая экспертиза по делам о ДТП. Методическое пособие для экспертов, следователей и судей. – М., 2006г.) содержит только два категоричных способа установления места столкновения, доступных государственным экспертам – по следам сдвига колес или по осыпи земли с нижних частей автомобилей.

После публикации статьи «Двойка за приговор, или как судья сам произвел экспертизу ДТП » появился комментарий праворубского новичка, всей душой разделяющего беспокойство экспертов МВД о численных методах. Простим ему, новичку, формулировку вопроса. Он, по смыслу, видимо, должен быть понят как «Какова точность Ваших расчётов (в процентном соотношении)?».
Такой вопрос, с видом отягощённого грузом истинных научных знаний авторитета, как правило, задают госэксперты дилетанты. Получается «Пастернака не читал, но скажу …». Однако, только на Праворубе уже опубликовано достаточно материалов, из которых можно сделать выводы о точности современных численных методов. Тем не менее, видимо, надо вернуться к вопросу о точности, чтобы поставить точку в этом вопросе и иметь материал для отсылки в будущем.
Кроме того, этот материал будет очень полезен адвокатам как для пополнения багажа своих знаний, так и для более полного понимания возможных экспертных задач по конкретному делу.

Есть в судебной экспертизе методическое пособие, под заголовком которого в скобках написано «для экспертов, следователей и судей». И не случайно – там нет сложных формул, а изложены политые кровью на дорогах истины. В том числе то, что место столкновения не определяется по положению крупных осколков автомобилей, таких, например как фара или багажник, если нет следов их движения. Эти части могли попасть в свое конечное положение, как отделившись в момент удара, так и потом, при вращении автомобиля, и разлететься веером куда угодно, могли изменять свою траекторию движения и … Одному богу, короче, известно, как и что. Но обвинить в нашей стране человека по положению двух таких осколков вполне возможно путем «колхозного голосования».

Как часто в заключениях экспертов по ДТП вам приходилось видеть некие мыслепододобные рассуждения, закачивающиеся утверждением «наиболее вероятно …»? А почему не просто «вероятно»? И что это, обычный оборот речи или вывод, подкрепленный теорией вероятности?
Откуда эксперт знает, что «вероятно» или даже «наиболее вероятно», а что «менее вероятно»?
Адвокаты, сталкиваясь с такой фразой, конечно, пытаются ее опровергнуть, но, увы, путем того же пустого словопрения. Однако, как будет показано ниже, эти термины имеют вполне детерминированные значения.
В самом деле, мощности даже самого скромного персонального компьютера достаточно, чтобы оценить практически все возможные комбинации набора технических параметров, описывающих ДТП, и изменяющихся, с учетом погрешности их определения, от А до Я. А после определить уровень доверия тому или иному результату, или его вероятность. Для этого идеально подходит метод Монте-Карло.

Опубликованная ранее в журнале «Уголовный процесс» и на сайте «Праворуб» методика установления места столкновения расчетным путем содержит общий алгоритм, включающий две части. Как следует из практики, эксперты достаточно неплохо усваивают первую, более простую, часть этой методики, но затрудняются реализовать вторую часть, как правило, из-за слабых навыков программирования. В этой статье показано, как в ряде часто встречающихся на практике особых случаев столкновения, заменить более сложную вторую часть методики простым дополнением ее первой части. Кроме экспертов, эта статья будет полезна следователям и адвокатам в части знания возможностей современных экспертных методик.

Идёт мужик поздно вечером по улице. Видит — под фонарём у столба ползает другой и что-то ищет.
— Мужик, что случилось?
— Да вот, ключи потерял, ищу.
Первый, помогая, подключается к поискам. Ищут... 10...20 минут прошло. Первый и спрашивает:
— Слушай, ты примерно покажи, где потерял?
Второй, не поднимая головы, указывает пальцем в сторону тёмного переулка:
— Да вон, где-то там, в переулке.
Первый в полном недоумении:
— Так что ж ты здесь то ищешь?!
Второй:
— Так здесь же светлее!