В любом деле, в том числе и в уголовном, необходима стратегия – глобальный план, куда идем (или куда ведут), чего хотим достичь, примерное видение того, каким способом будем этого добиваться, есть ли план «Б» (или план «Х», если дела идут не очень хорошо). Три базовые стратегии защиты по уголовным делам при непризнании вины обсудили в этой публикации.
Способы достижения стратегических целей могут быть разнообразны, в целом их можно разделить на «активные» и… нет, пусть будут «менее активные».
Это уже тактика – зная цель, которую хочешь достичь и наметив, что для этого необходимо сделать, можно ежедневно заявлять ходатайства следователю, искать и обеспечивать явку в суд свидетелей, обжаловать отказы в удовлетворении жалоб на отсутствие ответов на жалобы, приобщать делу документы, которые подвезли на двух «Газелях». Это все элементы активной защиты. За нее адвоката обычно хвалят – даже если толку никакого нет, все равно видно что человек старался, не зря свой хлеб ест! Следователь вон уже вздрагивает от упоминания фамилий обвиняемого и адвоката, судья тихо (чтобы на аудиозаписи не было слышно) что-то говорит и недобро косится в вашу сторону... Наверно оправдает, прекратит дело, ну или даст «условно» в крайнем случае!
Это трудоемко, но не очень сложно – нужна лишь усидчивость и фантазия. Это работа которую видно и не стыдно показать доверителю и коллегам — даже если по сути там ничего особенного, все равно объемы впечатляют. Завистники иногда называют активную защиту – «ИБД» (имитацией бурной деятельности), ну и пусть, главное – приносит она результат или нет. Если результат достигается – необязательно в виде прекращения дела или оправдательного приговора, цели могут быть намного приземленнее – потянуть сроки или наоборот ускорить расследование, добиться возбуждения дела в отношении потерпевшего, снизить размер ущерба, переквалифицировать деяние на менее тяжкое, договориться с потерпевшим о примирении и т.п. — значит все сделано правильно! А вот за отсутствие активной защиты адвоката могут даже наказать, сочтя что он самоустранился от оказания квалифицированной юридической помощи.
Однако есть случаи, когда активная (деятельная) защита может принести больше вреда, чем пользы. Все ситуации, когда излишняя деятельность адвоката по уголовному делу ни к чему, описать сложно, но можно привести наиболее типовые из них.
— Попытки ускорить расследование дела при близком сроке давности
— Указание следователю или прокурору на допущенные в ходе расследования ошибки, которые могут быть ими исправлены
— Заявление ходатайств о получении следствием доказательств, результат которых (доказательств) неизвестен. Например о допросе свидетеля, который непонятно что скажет – может в пользу обвиняемого, а может наоборот, или об изъятии и приобщении вещественных доказательств, которые также могут быть истолкованы по разному. Также и с экспертизами, в случае если нет существенной доли уверенности в том, к какому выводу придет эксперт
— Обжалование решений следователя в суд в порядке ст. 125 УПК РФ. Например – постановления о возбуждении уголовного дела. Суд проверив, что постановление вынес следователь, который конечно же действовал в рамках своих полномочий, материал проверки был поручен ему руководителем, в постановлении указаны нормы уголовного и уголовно-процессуального кодекса, фамилия обвиняемого написана без ошибок, а также имеется подпись следователя и дата вынесения постановления – отказывает в удовлетворении жалобы, по сути подтверждая законность возбуждения уголовного дела. После этого все попытки доказать его незаконность — разобьются о судебное решение.
Пара примеров из жизни
Пример 1 – по одному из дел, где сотрудники организации обвинялись в закупке неработоспособного оборудования (статья 159 часть 4 УК РФ), следствие не очень торопилось это самое оборудование изымать и исследовать его качество. При этом сторона защиты настаивала на том, что данные изделия полностью отвечают требованиям контракта. Памятуя о том, что все сомнения все-таки должны трактоваться в пользу обвиняемого, защита конечно указала, что неплохо бы провести экспертизу оборудования, но прямо огромного энтузиазма в этом не проявила – все-таки это задача следствия. Сами изделия находились в охраняемом помещении, поэтому следователь был спокоен за их сохранность и не спешил с изъятием. Несколько месяцев он собирался провести выемку, а когда уже почти собрался – случилось непредвиденное – в сильный мороз прорвало трубу отопления и установленное в подвале оборудование оказалось плавающим в кипятке. Потом конечно оно было высушено и изъято, но экспертиза показавшая его непригодность для использования не смогла однозначно ответить на вопрос – было оно таким изначально или получило повреждение в результате кипячения.
Пример 2 – в ходе ознакомления с уголовным делом было замечено отсутствие подписи потерпевшего на протоколе устного заявления. Текст есть, данные заявителя есть, подпись сотрудника полиции принявшего заявление – есть. А подписи заявителя (потерпевшего) – нет. К сожалению, первым этот факт заметил обвиняемый, у которого был в руках данный том дела. Об этом он сразу же радостно сообщил следователю, до того как адвокат успел закрыть чем-нибудь ему рот. Следователь не решился «дополнять» уже имеющееся заявление свежей подписью, но в деле появился его дубликат, оформленный по всем правилам. Стоило ли помолчать об этом факте хотя бы до того, как дело попадет в суд – думаю да, а может даже оставить этот вопрос до рассмотрения судами вышестоящих инстанций.
Поэтому не стоит гнаться за количеством поданных ходатайств, жалоб, заявлений, возражений и замечаний. Работа адвоката – защитника по уголовному делу не измеряется числом подготовленных документов и громкостью реплик. Это техническая часть работы, с которой возможно справится и искусственный интеллект. Сложнее – оценить перспективы дела, выбрать верную стратегию и тактические ходы, которые позволят достичь нужного результата
Адвокат по уголовным делам Сергей Филиппов
КА «Альянс», Санкт-Петербург
+79516665126
Рейтинг публикации:
«
Уважаемый Сергей Валерьевич, проблема излишне активной защиты актуальна для всех видов дел: уголовных, гражданских, административных, арбитражных.
Мне очень не нравится совершать лишние действия, тем более, заранее зная, что они либо вообще не принесут результата, либо негативно повлияют на итог.
Сам много раз сталкивался, когда невооружённым глазом видно ошибки оппонента, и что всё идёт как положено, надо лишь точечно подправлять движение. Но граждан это не устраивает: надо тома «важных документов» приобщить, привести толпу свидетелей (показания которых не имеют значение), подать жалобы президенту, в спортлото и прочее.
Зато тот, кто придерживается подобного стиля, всегда в почёте. Как говориться:
Мерилом работы является усталось.
Уважаемый Иван Анатольевич, благодарю за важное дополнение к публикации!
Относительно того чтоНо граждан это не устраивает: надо тома «важных документов» приобщить, привести толпу свидетелей (показания которых не имеют значение), подать жалобы президенту, в спортлото и прочеетут вопрос в том, кто руководит процессом — доверитель или адвокат (юрист)? Если юрист в авторитете у своего клиента, то он и «рулит», а доверитель не вмешивается в работу. А если клиент считает, что он непременно должен поруководить своим представителем (юристом, адвокатом), так как лучше знает что и как делать — то зачем ему вообще юрист?
Знаешь лучше — или и делай сам. И за результат тоже отвечай сам… А так получается что поруководить желающих хватает, а вот отвечать за свои решения — никто не хочет. Получается, что юристу (адвокату) при неблагоприятном исходе дела придётся взять ответственность за решения принятые доверителем.
В таких случаях, если всё-таки продолжать работу с таким клиентом, придется каждый раз письменно разъяснять негативные последствия каждого предложенного им действия. Но это опять же лишняя работа, требующая дополнительной оплаты. По сути от таких действий доверителя вред и делу (в виде возможных негативных последствий) и юристу (лишнее время и нервы) и самому клиенту (необходимость доплатить, чтобы тебе объяснили, что ты не прав)
Вывод — клиенту дешевле работать с тем юристом, которому доверяешь, даже если изначально стоимость может быть выше. А юристу (адвокату) тоже лучше работать с тем доверителем, который ему доверяет и не влезает в рабочие процессы — спокойнее, экономит время и нервы, бережет от репутационных потерь, так как если негативный результат будет достигнут по вине клиента, ты же не будешь всем ходить и рассказывать, что это он виноват, потому что вмешивался постоянно…
Уважаемый Сергей Валерьевич, году так в 2017, было у меня дело по взысканию неосновательного обогащения.
Я представлял интересы истца. Ответчику крыть было нечем: утверждал, что ему имущество и деньги передали добровольно, подарили, но письменных документов не было.
Всё шло нормально до того момента пока ответчик не начал приводить толпы свидетелей, чтобы подтвердить заключение договора (свидетели здесь не доказательство). И мой доверитель, глядя на это, стал требовать от меня тоже допустить в дело своих свидетелей. Ссылки на нормы закона, что свидетели здесь не нужны, доверителя не убедили.
Какой итог? Правильно: адвокат глупец, а представитель ответчика молодец — вон сколько доказательств представляет, какие речи длинные выдаёт! Доверитель от меня отказался и привлёк другого специалиста, который ничего нового не сделал (интересно почему?).
При этом, результат по делу и оценка судом доказательств были ровно те, о которых я изначально говорил.
Уважаемый Иван Анатольевич,
стал требовать от меня тоже допустить в дело своих свидетелейсвидетелей чего — незаключения договора? ))))
Уважаемый Сергей Валерьевич, наоборот — о заключении договора.
Там были брат-ответчик и сестра-истец. У них была престарелая мать. Брат получил доверенность на продажу квартиры матери. Квартиру продал, мать забрал себе, ну и деньги тоже как-то затерялись. Потом у матери пошатнулось психическое здоровье, и у брата к матери интерес стал пропадать. Сестра забрала мать к себе, оформила опеку как над недееспособной, и узнала, что квартира продана, деньги брат присвоил, новой квартиры не купил.
В суде брат утверждал, что мама ему деньги подарила, для подтверждения чего приводил свидетелей.