В декабре 2017г. ко мне обратилась мать несовершеннолетнего Л., осужденного Геленджикским городским судом Краснодарского края по п. «б» ч.4 ст. 132 УК РФ вместе с еще двумя несовершеннолетними к 6 годам лишения свободы с отбыванием наказания в воспитательной колонии, с ограничением свободы на 1 год. На момент совершения инкриминируемого деяния ему было 15 лет, а на момент вынесения приговора – 16.

Мать, назовем ее Светланой, находилась в отчаянии, потому что была убеждена, что сын не совершал преступления. А суд постановил приговор при отсутствии достаточных доказательств его вины.

Тем не менее мне пришлось отказаться, т.к., по ее словам, адвокат, защищавший сына в суде первой инстанции, уже внес апелляционную жалобу. И я не видел необходимости вступать в дело. Тем более что я сразу обозначил свою позицию — ничего не гарантирую заранее и ничего не «решаю». А ей якобы пообещали все «решить» в суде апелляционной инстанции.

На этом мы и расстались.

Месяца через три она мне вновь позвонила.

Как я и предполагал, результат в апелляции был нулевой. Приговор был оставлен без изменения (несмотря на явное грубое нарушение ч.5 ст. 88 УК РФ – но об этом ниже). Обещания предыдущего адвоката по «решению» вопроса не претворились в жизнь.

Светлана вновь попросила меня заняться делом ее сына. Я сразу пояснил, что надежды на изменение, а уж тем более на отмену приговора по той категории дел, по которой осужден ее сын, в кассационной инстанции ничтожно малы.

Но решил попробовать помочь ей.

Далее было ознакомление с материалами уголовного дела в суде.

Согласно приговору суда, сын Светланы совершил насильственные действия сексуального характера, т.е. иные действия сексуального характера с использованием беспомощного состояния потерпевшей, группой лиц, в отношении лица, не достигшего четырнадцатилетнего возраста.

Ни один из осужденных вину не признал.

В основу обвинительного приговора судом положены показания потерпевшей малолетней Г., 8 лет от роду. При этом потерпевшая Г. непосредственно в ходе судебного следствия допрошена не была. А в суде были лишь оглашены ее противоречивые показания, полученные дважды на предварительном следствии.  Это было сделано, согласно протоколу судебного заседания, вопреки требованиям ч.6 ст.281 и ч.5 ст. 191 УПК РФ, а также п.12 Постановления Пленума Верховного суда РФ №51 от 19 декабря 2017г. «О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции (общий порядок судопроизводства)» – суд не рассмотрел надлежащим образом ходатайство обвинителя об оглашении показаний потерпевшей без ее допроса и возражения на это стороны защиты, не удалил потерпевшую из зала во время оглашения ее показаний, суду не было представлено заключение эксперта, специалиста или психолога о невозможности ее допроса в суде.

Вторым моментом, на который я обратил внимание, был протокол осмотра места происшествия. И он был явно «сфальсифицирован» следствием.

При ознакомлении с материалами уголовного дела в порядке ст.ст.215-217 УПК РФ защитники всех трех осужденных сфотографировали материалы дела – в них был один протокол осмотра. При рассмотрении дела в суде государственный обвинитель огласил совершенно другой. В нем место происшествия находилось в 100 метрах от того, которое было указано в первом.

Суду стороной защиты были заявлены ходатайства об исключении протокола осмотра места происшествия из перечня доказательств обвинения как недопустимого. Суд отказал в удовлетворении указанного ходатайства, сославшись на то, что природа протокола осмотра места происшествия в материалах дела подтверждена допрошенным в судебном заседании следователем, проводившим осмотр.

Как пояснил в суде следователь Г., якобы представители стороны защиты, которые знакомились с материалами уголовного дела в разное время в присутствии следователя в его служебном кабинете ограниченной площадью, изготовили копии протокола из учебного дела студента-практиканта, находившегося на столе следователя (последний этого якобы не видел). Со слов следователя протокол из учебного дела заполнял студент, внося в него вымышленные сведения по своему усмотрению.

При очевидной фальсификации протокола осмотра суд учел изложенную версию следователя. При этом не учел того, что представленный стороной защиты протокол осмотра заполнен от руки и подписан тем же следователем, который составил протокол, имеющийся в деле, а не студентом. Сведения о понятых и их подписи идентичны в двух протоколах, как и время начала и окончания осмотров. Суд поверил голословным утверждениям следователя, не вызвав и не допросив студента-практиканта, на которого сослался следователь, не истребовав «учебное дело».

Следует уточнить, что следователь Г. не раз был уличен, в т.ч. при рассмотрении дел в суде, в фальсификации доказательств. Но, к сожалению, ситуация в судебной системе такова, что на это никто особого внимания не обращает. Конечно в кулуарах возмущаются. И выносят обвинительные приговоры. Тем не менее, в настоящее время следователь Г. уволен из органов СК РФ. Правда, без каких-либо последствий для него и его руководства.

Ну и третье. Суд незаконно вопреки ч.2 ст.53, ч.5 ст. 88 УК РФ, п.25 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 01.02.2011 №1 «О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних» назначил несовершеннолетнему Л. дополнительное наказание в виде ограничения свободы сроком на 1 год.

Апелляционная инстанция с незаконным приговором согласилась, как всегда, не обратив внимание на доводы защиты.

С учетом этого мною была подготовлена кассационная жалоба, в которой я просил суд вернуть уголовное дело прокурору в связи с существенными нарушениями УПК РФ.

Жалоба была признана обоснованной и уголовное дело передано в Президиум Краснодарского краевого суда.

В назначенный день я прибыл в суд. В очереди рассмотрения я был примерно 5-6. Время рассмотрения Президиумом дел перед моим вызовом составляло по 8-10 минут.  Конвейер работал.

Пришло и мое время. Из защитников присутствовал только я один. Другим осужденным был представлен один дежурный адвокат, «прирабатывающий» в краевом суде, дела, естественно, не знавший.

Докладчик, как водится, доложил обстоятельства дела. Я поддержал доводы жалобы, подробно рассказав о нарушениях закона, допущенных при расследовании и рассмотрении дела в суде, назначении наказания.

Как оказалось, прокуратура тоже разродилась кассационным представлением в части необоснованности назначения дополнительного наказания (спрашивается, а где была та же прокуратура, когда дело слушалось в апелляции, ведь тогда она согласилась с приговором без каких-либо оговорок).

Сильно удивил заместитель прокурора края, которая на «голубом» глазу заявила, что поддельный протокол осмотра места происшествия никого не интересует, т.к. место преступления установлено из показаний потерпевшей. И несоблюдение прав осужденных не имеет никакого значения для дела.

После меня попросили удалиться на время совещания Президиума.

Совещание длилось длительное время – минут 25-30. Ожидавший своей очереди коллега спросил меня, что я такого наговорил, что Президиум совещается так необычайно долго.

Наконец меня вызвали в зал. Председательствующий – в то время председатель краевого суда Чернов А.Д., сообщил, что жалобу Президиум удовлетворяет частично. Дополнительное наказание исключается. А наказание всем трем осужденным снижается: так как мой подзащитный самый старший – ему до 4 лет, а двум другим – до 3 лет. И это при непризнании вины.

Светлана, услышав результат по телефону, разрыдалась. Она сама не очень верила в пересмотр приговора в кассационном суде.

P.S. Судя по всему, Президиум принял компромиссное решение – и приговор не отменил при наличии существенных нарушений УПК РФ, и как бы доводы защиты услышал.

Документы

1.Касс. постановление767.3 KB

Все документы в данном разделе доступны только профессиональным участникам портала, имеющим PRO-аккаунт.

Для доступа к документам необходимо авторизоваться

Да 28 28

Ваши голоса очень важны и позволяют выявлять действительно полезные материалы, интересные широкому кругу профессионалов. При этом бесполезные или откровенно рекламные тексты будут скрываться от посетителей и поисковых систем (Яндекс, Google и т.п.).

Участники дискуссии: Матвеев Олег, Щербинин Евгений, Абдулвагабов Магомедкамиль, Савченко Константин, Аршинов Михаил, Стрельников Максим, Глазунов Евгений
  • 14 Февраля, 17:55 #

    Спасибо. Буду иметь ввиду.

    +3
  • 14 Февраля, 23:04 #


    наказание всем трем осужденным снижается: так как мой подзащитный самый старший – ему до 4 лет, а двум другим – до 3 лет. И это при непризнании вины.Уважаемый Константин Вячеславович, возможно г-н Чернов захотел оставить о себе хорошую память :)
    А если серьёзно, то именно твёрдая позиция защиты и подзащитных и послужила поводом для столь значительных изменений.
    У меня по аналогичному делу похожий «расклад сил»  дал результат уже в первой инстанции: 132-4/от 12 до 20, прокурор запросил — 15, суд, применив 64-ю, назначил — 9 (тоже при полном непризнании вины)
    С доказательствами было ещё хлеще, так, например, у вас разница по месту происшествия, между показаниями потерпевшей и протоколом ОМП, составила 100м, а у нас — более 5км! И выяснилось это только при допросе потерпевшей в суде, — а так бы всё осталось шито-крыто...
    В такого рода делах, помимо УПК, всегда руководствуюсь приказом № 227 Наркома обороны СССР  от 28 июля 1942 года, более известным как приказ И. В. Сталина «Ни шагу назад!» :) Не раз убеждался, что в боях с правоохранительной машиной он актуален и поныне :)

    +4
  • 15 Февраля, 22:11 #

    Уважаемый Константин Вячеславович, система не рассчитана на признание и исправление ошибок, но человеческий фактор порой срабатывает. Поздравляю, что Вы смогли пробудить в судьях чувства.

    +3
  • 15 Февраля, 22:46 #

    Уважаемый Константин Вячеславович, перевод стрелок на «студента» с его «учебным делом» — показатель интеллектуального уровня системы. Дна нет.

    +5
    • 6 часов назад #

      Уважаемый Олег Витальевич, спасибо за комментарий. Сейчас часто от представителей стороны судебной системы звучат возгласы о падении уровня следствия. Так в т.ч. и сами своим отношением довели ее до такого уровня, когда нарушения законности не влияют на приговор.

      +1
  • 16 Февраля, 17:32 #

    Уважаемый Константин Вячеславович, поздравляю Вас с результатом по нелегкому делу на стадии кассации. Снижение наказания, при непризнании вины, сейчас судами используется, как компромиссное решение, и то, не часто. Поздравляю!

    +2
  • 17 Февраля, 22:32 #

    Уважаемый Константин Вячеславович, поздравляю, отличная работа!!!
    Да, компромиссные решения, в том или ином виде, сейчас очень распространены... 
    Не так давно, в одном из районов Воронежской области заявляли ходатайство об изменении вида исправительного учреждения, а постановление вынесли об  отказе в… УДО. В дальнейшем, в апелляции, постановление конечно отменили и направили на новое рассмотрение, но не в связи с тем,  что суд первой инстанции рассмотрел не то о чем его просили,  а в связи с тем, что рассмотрение ходатайства осужденного проходило в отсутствии потерпевшего

    +1
  • 18 Февраля, 14:27 #

    Уважаемый Константин Вячеславович, мои поздравления — это хороший результат, хоть и от обратного. Жаль конечно, что мы иногда позволяем себе такие оценки в осуждении невиновных, но что поделать — мы все в своем большинстве наблюдаем печальную картину краха. А еще, может этот случай станет концом истерии в обществе по таким делам?

    +2

Да 28 28

Ваши голоса очень важны и позволяют выявлять действительно полезные материалы, интересные широкому кругу профессионалов. При этом бесполезные или откровенно рекламные тексты будут скрываться от посетителей и поисковых систем (Яндекс, Google и т.п.).

Для комментирования необходимо Авторизоваться или Зарегистрироваться

Ваши персональные заметки к публикации (видны только вам)

Рейтинг публикации: «Изменение приговора суда по ч.4 ст.132 УК РФ в отношении несовершеннолетнего в суде кассационной инстанции с назначением наказания ниже низшего предела» 5 звезд из 5 на основе 28 оценок.

Похожие публикации