Отмена приговора в ВС РФ по ст. 199 УК РФ по мотиву нарушения порядка возбуждения уголовного дела.

Уголовное дело по п. «а», «б» ч.2 ст. 199 УК РФ. Будет много дат и немного налогового законодательства.

Ситуация следующая.

Есть организация, в отношении которой налоговым органом была проведена выездная налоговая проверка за 2018–2020 годы. Есть мой доверитель — генеральный директор данной организации. И есть уголовное дело, которое следствие решило возбудить, не дожидаясь окончания выездной налоговой проверки.

Налоговая проверка

25 января 2022 года налоговым органом был составлен акт выездной налоговой проверки.

Сумма предполагаемых доначислений составляла около 70 млн руб. Налоговая инспекция посчитала ряд контрагентов организации «техническими» компаниями, а операции с ними — фиктивными. Организация с этим, разумеется, не согласилась.

На акт налоговой проверки были поданы возражения. В ходе их рассмотрения удалось добиться проведения дополнительных мероприятий налогового контроля. В налоговый орган явились реальные руководители спорных контрагентов, которые подтвердили фактическое ведение хозяйственной деятельности и наличие взаимоотношений с проверяемой организацией.

В результате первоначальная сумма претензий была уменьшена более чем в четыре раза и 9 сентября 2022 года налоговый орган вынес решение о привлечении организации к ответственности за совершение налогового правонарушения. Итоговая сумма недоимки составила 14 142 885 руб.

То есть из первоначальных приблизительно 70 млн руб. осталось чуть более 14 млн руб.

31 октября 2022 года организация обжаловала решение инспекции в вышестоящий налоговый орган. Решение по апелляционной жалобе было принято только 23 декабря 2022 года. Именно с этого момента решение налогового органа вступило в силу.

В дальнейшем налоговая задолженность была погашена.

Казалось бы, налоговая процедура понятна: акт проверки, возражения, дополнительные мероприятия, решение, апелляционная жалоба, вступление решения в силу и срок для добровольного исполнения.

Но следствие решило, что ждать всего этого необязательно.

Сначала уголовное дело, потом решение налоговой

Еще в мае 2022 года, то есть до вынесения итогового решения по налоговой проверке, инспекция направила в следственные органы копию акта проверки и иные материалы.

Материалы были направлены в рамках информационного обмена, предусмотренного п. 3 ст. 82 НК РФ.

6 октября 2022 года следователь возбудил уголовное дело по п. «б» ч.2 ст. 199 УК РФ в отношении неустановленного лица из числа руководителей организации.

Поводом для возбуждения дела стали рапорт об обнаружении признаков преступления и материалы проверки, поступившие в следственный орган в порядке п. 3 ст. 82 НК РФ.

Хронология получилась следующая:

— итоговое решение налогового органа вынесено 9 сентября 2022 года (суммы для состава по ст. 199 УК РФ не хватало);

- уголовное дело возбуждено 6 октября 2022 года;

- решение налогового органа вступило в силу только 23 декабря 2022 года.

Более того, само решение налогового органа было приобщено к материалам уже возбужденного уголовного дела только в декабре 2022 года — по запросу следователя.

То есть на момент возбуждения уголовного дела у следствия не было вступившего в силу решения налогового органа. Не истек и предусмотренный налоговым законодательством срок для добровольного погашения задолженности. А сумма в решении была недостаточна для возбуждения уголовного дела.

Основной довод защиты.

Часть 1.3 ст. 140 УПК РФ предусматривает специальный повод для возбуждения уголовных дел о преступлениях, предусмотренных ст. 198–199.2 УК РФ.

Таким поводом могут быть только материалы, направленные налоговыми органами в соответствии с законодательством о налогах и сборах именно для решения вопроса о возбуждении уголовного дела.

Порядок направления таких материалов предусмотрен п. 3 ст. 32 НК РФ.

Сначала решение налогового органа должно вступить в законную силу. Затем налогоплательщику предоставляется установленный законом срок для добровольного погашения недоимки, пеней и штрафов. И только если задолженность не погашена, а ее размер позволяет предполагать наличие признаков преступления, материалы направляются в следственные органы.

Логика данной процедуры достаточно простая.

Законодатель предоставил налогоплательщику возможность сначала завершить налоговый спор, понять окончательный размер своих обязательств и добровольно их исполнить. При соблюдении этих условий уголовное преследование может вообще не начаться.

Но в нашем случае специальную процедуру фактически заменили обычным межведомственным обменом информацией.

Следствие и впоследствии суды рассуждали примерно следующим образом: раз п. 3 ст. 82 НК РФ разрешает налоговым и следственным органам обмениваться информацией, значит, полученный в рамках такого обмена акт проверки может стать поводом для возбуждения уголовного дела.

Позиция защиты была обратной.

Пункт 3 ст. 82 НК РФ регулирует общий информационный обмен между ведомствами. Он позволяет передавать сведения о проверках, возможных нарушениях и имеющихся материалах.

Однако информационный обмен и направление материалов специально для решения вопроса о возбуждении уголовного дела — совершенно разные процедуры.

Иначе положения ч. 1.3 ст. 140 УПК РФ и п. 3 ст. 32 НК РФ просто теряют какой-либо смысл.

Зачем тогда закон устанавливает необходимость вступления решения налогового органа в силу? Зачем предоставляет срок для добровольной уплаты? Зачем вообще разграничивает общий обмен информацией и специальное направление материалов?

Если принять позицию следствия, налоговый орган может еще до рассмотрения возражений передать предварительный акт проверки, а следователь — сразу возбудить уголовное дело.

При этом итоговое решение инспекции впоследствии может существенно отличаться от акта. Что, собственно, и произошло в нашем деле: первоначальные претензии в размере около 70 млн руб. по итогам налоговой процедуры уменьшились до 14,1 млн руб.

Первая инстанция

Сторона защиты последовательно обращала внимание суда на нарушение специального порядка возбуждения уголовного дела, тем не менее доводы защиты судом первой инстанции приняты не были.

Получилась ситуация: специальный порядок возбуждения налогового уголовного дела законом предусмотрен, порядок этот соблюден не был, но суд решил, что для итогового вывода о виновности это значения не имеет.

Апелляция

В апелляции защита вновь указывала на нарушение ч. 1.3 ст. 140 УПК РФ и на отсутствие надлежащего повода для возбуждения уголовного дела.

Однако приговор был изменен только в части указания редакции уголовного закона. Московский городской суд уточнил, что осужденные признаны виновными по п. «а», «б» ч.2 ст. 199 УК РФ в редакции Федерального закона от 6 апреля 2024 года.

В остальной части приговор оставили без изменения.

Порядок возбуждения дела снова оказался для суда вопросом второстепенным.

Второй кассационный суд

3 апреля 2025 года дело рассмотрел Второй кассационный суд общей юрисдикции.

Кассация признала смягчающим обстоятельством добровольное частичное возмещение имущественного ущерба и снизила назначенное каждому осужденному наказание до одного года десяти месяцев лишения свободы условно.

Основной же довод защиты снова был отклонен.

Суд кассационной инстанции сослался на то, что материалы поступили в следственные органы в соответствии с п. 3 ст. 82 НК РФ, а следовательно, нарушение порядка возбуждения уголовного дела отсутствует.

Первый заход в Верховный Суд

На стадии обращения в Верховный Суд мной была подготовлена кассационная жалоба в интересах доверителя.

Основной довод остался тем же: уголовное дело возбуждено с существенным нарушением ч. 1.3 ст. 140 УПК РФ.

Однако 25 июня 2025 года судья Верховного Суда РФ отказал в передаче кассационной жалобы для рассмотрения Судебной коллегией по уголовным делам.

После этого последовало обращение к заместителю Председателя Верховного Суда РФ.

29 августа 2025 года и в удовлетворении данного обращения было отказано.

На этом этапе казалось бы все, но прекращать работу по делу мы не собирались.

Обращение в Конституционный Суд

Следующим этапом стала жалоба в Конституционный Суд РФ.

В ней оспаривалась конституционность ч. 1.3 ст. 140 УПК РФ в том истолковании, которое данной норме придали суды по нашему делу.

Фактически суды допустили возбуждение дела по ст. 199 УК РФ на основании акта налоговой проверки, направленного в порядке обычного информационного обмена, без вступившего в силу решения налогового органа и без предоставления налогоплательщику срока для добровольного погашения задолженности.

Мы указывали, что такое толкование создает правовую неопределенность и нарушает право на судебную защиту, принцип равенства перед законом и презумпцию невиновности.

И здесь ситуация начала меняться.

3 апреля 2026 года заместитель Председателя Верховного Суда РФ отменил ранее вынесенное постановление об отказе и передал кассационную жалобу вместе с уголовным делом для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по уголовным делам.

В связи с этим Конституционный Суд РФ 16 апреля 2026 года отказал в принятии жалобы к рассмотрению, поскольку вопрос снова находился на рассмотрении Верховного Суда и, следовательно, иные внутригосударственные средства судебной защиты еще не были окончательно исчерпаны.

Рассмотрение дела Верховным Судом

26 мая 2026 года Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ рассмотрела кассационную жалобу.

Верховный Суд отдельно отметил, что нижестоящие суды рассмотрели доводы защиты, но оставили без внимания бланкетный характер ч. 1.3 ст. 140 УПК РФ и необходимость применения не только общей нормы об информационном обмене, но и специальной нормы, регулирующей направление материалов для возбуждения налогового уголовного дела.

Данные обстоятельства имели существенное значение для проверки законности процедуры возбуждения дела, но надлежащей оценки в судебных решениях не получили.

В результате Верховный Суд признал допущенные нарушения существенными, повлиявшими на исход дела.

Приговор Зюзинского районного суда города Москвы от 3 июня 2024 года, апелляционное постановление Московского городского суда от 17 декабря 2024 года и кассационное постановление Второго кассационного суда общей юрисдикции от 3 апреля 2025 года были отменены.

Уголовное дело направлено на новое рассмотрение в Зюзинский районный суд города Москвы иным составом суда.

Вместо итога

Главный вывод из данного дела, на мой взгляд, достаточно простой.

Порядок возбуждения уголовного дела - это не процессуальная формальность, которую можно проигнорировать со ссылкой на то, что впоследствии следствие собрало какие-либо доказательства.

Сначала должно вступить в силу решение налогового органа. Затем налогоплательщику должен быть предоставлен установленный законом срок для исполнения налоговой обязанности. И только при соблюдении предусмотренных законом условий материалы могут направляться для решения вопроса о возбуждении уголовного дела.

Общий информационный обмен между ФНС и следственными органами не может подменять эту процедуру.

Ну и второй вывод: отказ судьи Верховного Суда еще не всегда означает, что все процессуальные возможности исчерпаны.

В нашем деле после первоначального отказа последовало обращение к заместителю Председателя Верховного Суда, жалоба в Конституционный Суд, повторное истребование уголовного дела и в итоге - передача жалобы в Судебную коллегию.

Вот такие процессуальные «Через тернии к звёздам»