Вспомнилось дело о пропавшем трупе. Язык не поворачивается назвать его выигранным, хотя поручение клиентки было выполнено полностью.

Несколько лет назад ко мне обратилась гражданка Ф. по поводу пропажи ее мужа, который поехал к родителям в деревню и уже несколько дней, как оттуда уехал, но домой не вернулся.


Затем удалось выяснить, что в тот день, когда Ф. ушел от родителей, на федеральной трассе М-7 был обнаружен труп неизвестного мужчины без документов. Труп отправили в танатологическое отделение Чувашского РБСМЭ в Чебоксары.Гражданка Ф. пришла туда и опознала вещи своего мужа.

Но когда она попросила выдать ей тело для захоронения, то ей сказали, что в связи с истечением срока хранения все неизвестные трупы были захоронены. Ей сообщили номер захоронения. Гражданка Ф. поехала на кладбище, но там не оказалось захоронения с таким номером. Труп ее мужа пропал. Тогда мы обратились в прокуратуру республики с жалобой.

Прокурор дал поручение своему сотруднику разобраться в ситуации, и вот что выяснилось (обстоятельства изложены в постановлении следователя, который заставил работников кладбища раскопать все могилы за тот день, когда по документам был захоронен труп мужа гражданки Ф., и обнаружили его как раз в последней могиле): В возбуждении уголовного дела было отказано, сотрудники понесли наказание лишь в дисциплинарном порядке.

Но поручение клиентки я (с помощью моей супруги Вантеевой Марины Викторовны, которая принимала деятельное участие в трудном деле понуждения прокуратуры провести тщательную проверку и заставить произвести эксгумацию всех могил при февральских морозах) выполнил полностью, и вопрос об уголовном наказании сотрудников РБСМЭ за халатность ее не интересовал.

Гражданка Ф. получила труп мужа, похоронила его по-человечески, и осталась довольна тем, что мы помогли ей исполнить последний долг перед супругом. Но все же назвать дело выигранным как-то язык не поворачивается.