История о том, как удалось отменить лишение прав, вынесенное в отношении их обладателя, но не водителя

Не так давно мной была опубликована статья о том, как мне удалось доказать в суде апелляционной инстанции, что водитель не заметил факта ДТП, поэтому не мог умышленно скрыться с места ДТП, в результате чего постановление мирового судьи было отменено, а водитель сохранил права. Данная статья была тепло встречена коллегами, имела массу положительных комментариев.

И вот я хочу рассказать новую историю борьбы с постановлениями мировых судов, которые они выносят не вникая в суть дела и не изучая все обстоятельства дела, как того требует закон.

Итак, ко мне обратился клиент, назовем его С., которого мировой суд признал виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 Кодекса РФ об АП (отказ от медицинского освидетельствования на состояние опьянения) и назначил штраф в размере 30 000 руб.

Как пояснил С., он не отказывался от медицинского освидетельствования, более того, он даже не управлял автомобилем, который остановили сотрудники ГИБДД. А автомобилем управлял его троюродный брат, который являлся его полным тезкой, т.е. у них совпадали фамилия, имя и отчество. Была лишь разница в датах рождения, да и та составляла 1,5 года. А учитывая, что им было чуть более 60 лет, разница в возрасте была незаметна.

Признаться честно, я сначала сам не поверил, что такое может быть, но после продолжительной беседы с ним и пришедшими с ним его родственниками стало ясно, что человек не врет. И ситуация требует срочного вмешательства и тщательной работы.

Как пояснил С., у него был троюродный брат, который незадолго до описываемых событий был лишен права управления ТС за управление ТС в состоянии опьянения. К тому времени С. имел серьезное заболевание глаз, в связи с чем даже получил II группу инвалидности и уже около 5 лет совсем не садился за руль. Зная это, троюродный брат попросил С. дать ему свое водительское удостоверение, чтобы он продолжал ездить по нему. С. согласился, т.к. ему оно было просто не нужно. Таким образом, в момент остановки ТС сотрудниками ГИБДД за рулем в состоянии опьянения был троюродный брат С., но с водительским удостоверением С. И именно он (брат) отказался от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Я стал думать, как нам доказать, что за рулем было иное лицо. К сожалению к моменту судебного разбирательства троюродный брат С. умер, поэтому моя первая идея о его допросе оказалась невыполнимой.

В результате изучения документов, предоставленных мне С., я увидел, что во всех протоколах, составленных сотрудниками ГИБДД, имеются подписи лица, управлявшего ТС. Так возникла первая зацепка – назначить почерковедческую экспертизу, которая однозначно покажет – С. или иное лицо выполнило подписи в данных документах.

Вторая зацепка была связана с заболеванием глаз С., которое необходимо было донести до суда. Для этого были проведены переговоры с медицинским экспертом, который, изучив медицинские документы, был готов выступить в суде и показать, что с таким зрением С. не мог управлять ТС, тем более в ночное время.

Третья зацепка – сын троюродного брата С., который также был готов в суде подтвердить наши доводы.

Мной была составлена апелляционная жалоба на постановление мирового судьи, которая была незамедлительно направлена в суд. И вот началось заседание в районном суде. Признаюсь, было непросто убедить судью в необходимости назначения экспертизы. Был виден его нескрываемый скептицизм по поводу моей затеи. Но слова о необходимости всестороннего и полного исследования доказательств по делу и вынесении законного, справедливого и обоснованного решения возымели действие. Нехотя он согласился с нашими доводами и назначил-таки экспертизу. Эксперт сделал однозначный вывод о том, что подписи в документах выполнены не С., а иным лицом.

Дальше было легче – наметился интерес судьи к делу и понимание, что наши доводы обоснованы. Возникла перспектива отмены постановления мирового судьи.

В следующее заседание были вызваны сотрудники ГИБДД, которые утверждали, что они хорошо помнят все события, хотя прошел почти год. При этом пояснили, что никто, кроме С в документах не расписывался. Этого уже было нам достаточно, но я еще уточнил, заметили ли они внешние отличительные признаки на лице водителя (у С они есть), на что они показали, что не заметили. Этого было более чем достаточно, несмотря на их упорство.

После них был допрошен сын троюродного брата С., подтвердивший, что его отец пользовался водительским удостоверением С., более того, после его смерти он лично нашел в его автомобиле водительское удостоверение С. Кроме того, ехал он на принадлежащем ему автомобиле, а не на автомобиле, принадлежащем С.

Завершающим гвоздем в крышку гроба постановления мирового судьи стал допрос эксперта, который однозначно и четко показал, что с таким заболеванием глаз, как у С., он не может управлять автомобилем, т.к. даже не в состоянии увидеть сигналы светофора и разметку, тем более в ночное время, когда был остановлен его троюродный брат.

После таких доказательств суду ничего не оставалось, как вынести решение об отмене постановления мирового судьи за отсутствием состава административного правонарушения.

В итоге С. остался с правами, а, главное, восторжествовала справедливость, т.к. для него это было делом принципа. Теперь в планах взыскать понесенные С. судебные издержки. Но это уже будет другая история.