О финансовом, кредитном и банковском праве Германии.Риски «эмоциональности» при участии частных вкладчиков в фондах. Часть 15.

Казалось бы, какое дело банковскому консультанту, продающему своему клиенту финансовый продукт о впечатлениях клиента о продукте, о его мнениях или взглядах на продукт. Хочешь покупай и вкладывай, хочешь – оставайся с деньгами и своими сбережениями. 
 
До определённого момента это действительно так. Но именно вопрос о «впечатлении», сложившемся о продукте после беседы, стал ключевым в одном из следующих дел.
 
В своём решении Земельный Суд Мюнхена[1] постановил, что если у покупателя фонда недвижимости сложилось явное впечатление о том, что строительные работы уже почти начаты и идут полным ходом, хотя на самом деле в момент разговора небыло получено даже разрешение на проведение таких работ, то претензия вкладчика на возмещение убытков по его вкладу в фонд недвижимости считается обоснованной.
 
Как уже указывалось в передыдущих публикациях, участие в фонде возможно с помощью привлечения кредитных средств, при чём кредитор и инициатор или продавец фонда могут быть неидентичны, что вполне нормально. Но и в такой ситуации «горящие глаза» вкладчика теперь уже в разговоре о финансировании своего вклада, также не должны усыплять бдительность участников беседы.
 
Поскольку инициатор и продавец фонда не идентичны, то упомянутое выше решение охватывает также обязанность возмещения ущерба банком, выдавшем кредит на покупку такого фонда, так как оба кредитных института находились в тесном контакте при основании и реализации продукта. Это значит, что кредитор клиента для участия в фонде так же был осведомлён (или как минимум должен был быть осведомлён) о наличии или отсутствии конкретных шагов по реализации заложенных в продукте проектов включая наличие или отсутствие разрешения на строительство.
 
Из подобного примера видна другая категория рисков, которые основаны не только на выполнении или невыполнении банковским или финансовым советником своих обязанностей по информации клиента о самом продукте. Эта категория казалось бы ушла в прошлое с наступлением кризисных процессов и с исчезновением той лёгкости, с которой клиент готов вкладывать средства в «тему», а не в «факты», в прогноз и цифры, а не в стоящие а ними реальные события.
 
Описанный выше риск относится к чрезмерному эмоциональному отношению к продукту и умышленное использование такого отношения клиента в процессе реализации.
 
Обращение к здравому смыслу самого вкладчика разумеется не может безусловно являться обязанностью продавца. Но осознанное использование эмоционального момента клиента, когда он явно превосходит здравый смысл в отношении к продукту и упускание за рамками разговора заведомо известные факты – может, как показывает практика, стать конкретно реализованным риском, выраженном в решении о компенсации ущерба.
 
Ещё один пример из этой категории риска, ведущий к признанию судебной инстанцией наличия ложной консультации о финансовом продукте с последующей выплатой компенсации. На этот раз признак «эмоциональности» относится скорее к полной её отсутствию на стороне, обязанной учитывать стратегию и пожелания клиента и соотносить их с имеющимся ассортиментом «финансовых товаров».
 
Земельный суд Гамбурга[2] разбирал дело вкладчика, чей возраст в момент вклада был далеко за пределами пенсионного и соответственно этот факт, по мнению суда, должен был учитываться консультантом.
 
Кредитным институтом Dresdner Bank (ныне правоприемник Коммерцбанк) пенсионеру был предложен продукт в виде сертификата, который являлся явно спекулятивным продуктом с признаками т.н. «игровой ставки» на те или иные события рынка или отдельных его участников в будущем.
 
С учётом всех ожиданий и пожеланий пенсионера (напр. стабильность и надёжность вложения), который изложил свою стратегию советнику и последний явно не мог незаметить возраст и соответственно принадлежности клиента к «типу финансовой стратегии» — продукт был признан судъёй абсолютно непригодным для пожеланий и ожиданий конкретного клиента.
 
Таким образом и в этом примере не безосновательным является учёт момента «эмоциональности», включая отношение клиента к финансовому вкладу, его ожиданий и значение описания, полного и подробного, раскрывающего соответствие продукта конкретному «типу вкладчика». Разочарование клиента в виде быстрой потери большей части вклада и в этом случае вылилось в реализацию конкретного риска – решение суда по компенсации в размере 12.000 еро.

---

[1] Дело с номером актов 28024981/07
[2] Дело с номером актов 318 0 04/08.