Адвокату крайне необходим специальный статус, с особым порядком возбуждения уголовного дела, проведения ОРМ и следственных действий поскольку он (адвокат) стоит на защите общественных интересов путем независимой правовой помощи в самых острых конфликтных отношениях. Причем на другой стороне находятся профессиональные сотрудники имеющие неограниченные возможности доступа к ресурсам государства, и не всегда работающие в правовом поле.
Статья 8 ч.3 Федерального закона «Об адвокатуре и адвокатской деятельности» гласит, «Проведение оперативно-розыскных мероприятий и следственных действий в отношении адвоката (в том числе в жилых и служебных помещениях, используемых им для осуществления адвокатской деятельности) допускается только на основании судебного решения.
При этом ни Уголовно –процессуальный кодекс Российской Федерации, ни Федеральный закон от 12.08.1995 N 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» не предусматривают получения судебного решения для проведения ОРМ в отношении адвокатов
Судебная практика такова чтобы легализовать любое оперативно-розыскное мероприятие в отношении адвоката, достаточно любого заявления от любого гражданина свидетельствующего о том, что адвокат якобы намерен совершить преступление.
В определении КС РФ от 14 декабря 2004 г. № 392-О указано, что особый статус «проявляется, в частности, в особенностях процедуры возбуждения уголовного дела, привлечения в качестве обвиняемого, избрания меры пресечения и производства отдельных следственных действий, имеет целью обеспечение беспрепятственного исполнения указанными лицами своих профессиональных либо иных обязанностей, их независимости и самостоятельности, а также исключение попыток необоснованного привлечения к уголовной ответственности; повышенные гарантии неприкосновенности этих лиц обусловлены их особым правовым статусом и являются важным условием защиты публичных интересов, связанных с характером выполняемых ими профессиональных функций»
В правоприменительной практике особый статус с повышенными гарантиями неприкосновенности, например при избрании меры пресечения, проявляется в том, что статус адвоката является отягчающим обстоятельством для принятия решения об аресте.
Так, судья Останкинского районного суда Шалашова И.А. в Постановлении от 02.08.2017 мотивируя свое решение об избрании меры пресечения в отношении адвоката Маркина А.Н., страдающего серьезными заболеваниями, имеющего 2-х малолетних детей указывает что он «… длительное время работает в сфере уголовного судопроизводства и осведомлен о тактике и методике проведения, как следственных действий, так и оперативных мероприятий по уголовным делам, что подтверждает, в числе прочего, скрытный характер его действий в процессе совершения расследуемого преступления, в связи с чем он достоверно осведомлен о том, что в случае признания его виновным в совершении инкриминируемого ему преступления, ему может быть назначен длительный срок наказания, связанный с лишением свободы…»
Комиссия по защите профессиональных прав в субъектах Федерации в настоящее время является неэффективной, в том числе ввиду большого количества времени, проходящего от обращения в комиссию до её решения, отсутствия наработанных практик защиты профессиональных прав адвокатов..
Гарантии, которые предусмотрены положениями Закона об адвокатуре являются фикцией и это надо знать каждому адвокату, особенно работающего в уголовном судопроизводстве…
Данное положение дел с защитой профессиональных прав адвокатов создает условия для злоупотреблений со стороны правоохранительных органов в части преследования неудобных и принципиальных адвокатов, что не обеспечивает надлежащих гарантий независимости адвокатов.
Поэтому существующие гарантии независимости адвоката в случае его привлечения к уголовной ответственности вряд ли можно признать достаточными, что доказывает в том числе и незаконное уголовное преследование в отношении адвоката Маркина А.Н(см. https://www.novayagazeta.ru/articles/2018/06/21/76897)
Рейтинг публикации:
«
Вставлю свои 5 копеек, на счет указанной Вами нормы и её толкования.
↓ Читать полностью ↓
Определением Конституционного Суда РФ от 17.07.2012 N 1472-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Лукаша Владимира Ивановича на нарушение его конституционных прав статьями 86, 166, частью второй статьи 176, статьями 180 и 186 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 3 статьи 8 Федерального закона „Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации“ и положениями Федерального закона „Об оперативно-розыскной деятельности“» установлено:
«Как отметил Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 22 марта 2012 года N 629-О-О, поскольку норма пункта 3 статьи 8 Федерального закона „Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации“ не устанавливает неприкосновенность адвоката, не определяет ни его личную привилегию как гражданина, ни привилегию, связанную с его профессиональным статусом, постольку она предполагает получение судебного решения при проведении в отношении адвоката лишь тех оперативно-розыскных мероприятий и следственных действий, которые вторгаются в сферу осуществления им собственно адвокатской деятельности — к каковой в любом случае не может быть отнесено совершение адвокатом преступного деяния, как несовместимого со статусом адвоката (статья 2, подпункт 2 пункта 2 статьи 9 и подпункт 4 пункта 1 статьи 17 Федерального закона „Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации“), — и (или) могут затрагивать адвокатскую тайну. Иное, расширительное понимание и применение оспариваемых законоположений, рассматриваемых во взаимосвязи с положениями Федерального закона „Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации“, искажало бы содержание, предназначение и публично-правовой характер оказания собственно квалифицированной юридической помощи, приводило бы не к защите конфиденциальности информации, с получением и использованием которой сопряжено оказание адвокатом юридической помощи своему доверителю, об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с обращением к нему за юридической помощью или в связи с ее оказанием, а к необоснованному предоставлению адвокату личной привилегии в случае совершения им противоправных действий, к неправомерному изъятию из конституционного принципа равенства всех перед законом и судом».
Поэтому АП некоторых субъектов давали свои рекомендации о хранении дел и прочих «секретов», с позволения сказать (моё перефразирование), в конспиративных помещениях. Арендовать на 3 лицо какой-н. гараж, в принципе не так уж не возможно ...