Два волоса — это много или мало? Если на голове, то мало. Если в тарелке с борщом, то много. 

Сразу отвечу на поставленный в заголовке вопрос: в нашей правовой системе (курсивом выделено специально, чтобы обратить внимание на это очень важное условие) 2% оправдательных приговоров — это не мало. Я бы даже сказал, что в идеале в нашей правовой системе оправдательных приговоров не должно быть вовсе. Но это в идеале, который недостижим. Поэтому в гомеопатических дозах они присутствуют. 

О чем эта статья? Она о том, что завывания некоторых общественных и политических деятелей о ничтожно малом количестве оправдательных приговоров как об олицетворении страшных пороков нашего правосудия — чушь. Вернее, чушью это можно назвать только в исполнении людей, бездумно подобное повторяющих. Изначально же это, я думаю, осознанная ложь «борцов с режимом», небрезгливых в выборе методов. 

Для яркости картинки они на всех заборах пишут примерно следующее: «Люди, посмотрите, при Путине оправдательные приговоры выносят даже реже, чем при Сталине!» Ну, то есть, Путин хуже даже «кровожадного людоеда Сталина». А вот в цивилизованном мире (это, конечно же, США) посмотрите — оправдательных приговоров процентов 20 минимум! 

И полетела эта изначально ложь, а в продолжении глупость и пошлость, по соцсетям. И каждый теперь с видом профессора имеет что сказать о правосудии. 

На вопросы возмущенного читателя предупредительно отвечу: защитником или даже сторонником «кровавого режима Путина» я не являюсь, а недостатки и пороки нашего правосудия мне хорошо известны, но малое количество оправдательных приговоров — не из их числа.

Количество оправдательных приговоров вообще ни о чем не говорит, и вроде бы, это уже начали понимать. Не понимает тот, кто не разбирается в уголовном процессе. Между прочим, это простой способ вычислить дилетанта: кто активно педалирует тему количества оправдательных приговоров как характеристики правосудия, с тем об уголовных делах лучше не разговаривать. 

Да, и кстати… Вот говорят, что в Германии, в цивилизованной, то есть, стране, около двух процентов оправдательных приговоров. Повод задуматься...

Поскольку тема эта за годы «борьбы с режимом» обросла толстым-претолстым слоем вранья и глупости, погружаться в нее через эту толщу придется постепенно на примерах, далеких от юриспруденции. Поехали!

Как я менял машину

К дизельным машинам я всегда относился с недоверием и ездил на бензиновых. Последняя была мощная, под 240 лошадиных сил, но из-за большой массы динамика была — так себе. А тут сподобился купить дизельную с жалкими 170 «лошадями», после привычных 240-ка сулившими разочарование предпенсионной езды, подслащенной экономией топлива. 

Как же я ошибался! 170 дизельных «лошадок» оказались настоящей ракетой, по сравнению с которой 240 бензиновых — ничтожный «овощ». Как же так? Получается, что такая общепринятая единица измерения, как «лошадиная сила», не отражает динамических качеств автомобиля? А ведь мы на нее ориентируемся при покупке...

Отражает. Но не полностью. Есть еще одна «цифра» в характеристике двигателя, и она гораздо менее известна автолюбителям. Кому-то вообще не известна, и потому назовем ее тайной цифрой. А от нее — ох, как много зависит! Это крутящий момент, который у дизельного двигателя гораздо выше, чем у бензинового, и именно потому дизельная машина с жалкими 170 лошадиными силами оказалась динамичнее 240-сильной бензиновой.

Для наглядности перед скобкой указана явная цифра (мощность в лошадиных силах), в скобках — тайная цифра (крутящий момент):

  • бензиновый мотор — 238 л. с. (320 Н*м)
  • дизельный мотор — 170 л. с. (400 Н*м)

Что получается? Получается, что для объективной оценки динамики надо знать не только явную цифру из рекламного буклетика, но и тайную цифру из технической документации. В совокупности. А по моим личным ощущениям второе даже важнее. 

К чему я все это? А к тому, что в нашем уголовном процессе кроме явной цифры (количества оправдательных приговоров) также есть тайная цифра, сильно меняющая картину. Профессионалы — уголовных дел мастера — понимают, о чем я говорю, и возможно, им дальше читать будет не интересно. 

Для тех, кому еще интересно, я продолжу. 

Как в Вилларриба и Виллабаджо моют посуду

Теперь мы перенесемся в эти две удивительные деревни, народным промыслом которых, насколько нам известно, является мытье посуды. И там, и там для этого существуют большие ванны  водой. А вот способ подачи воды сильно отличается. 

В Вилларриба чтут традиции. Воду для мытья посуды там таскают из близлежащего озера ведрами. Наполнили ванну, теперь можно мыть? Нет, конечно. Хоть природа в тех краях и чудесна, а вода в озере прозрачна, абсолютно чистой ее назвать все же нельзя, и потому для мытья посуды она не годится. Ее сначала надо очистить. 

Жители Вилларриба делают это вручную. И у них здорово получается — даже в этой прекрасной воде они старомодными сачками вылавливают процентов 20 грязи. И только после этого приступают к мытью посуды.

В Виллабаджо все по-другому. В ведрах там воду никто не носит. Заезжий немец им соорудил водопровод от самого озера до ванны. Мало того, в этом водопроводе он установил систему фильтров для очистки воды, чтобы в ванну она поступала уже полностью очищенной, пригодной для использования. 

При этом предусмотрительный немец учел и возможные технические сбои в системе фильтрации водопровода, и человеческий фактор (забудут своевременно поменять картридж в фильтре), и потому сачок рядом с ванной все-таки оставил. Для самой тонкой финальной очистки. 

И пунктуально следовавшие его инструкциям жители Виллабаджо сачком пользовались, кропотливо отлавливая грязь, проскользнувшую через фильтры в трубе. Но при всем их старании улов был ничтожно мал по сравнению с аналогичным в Вилларриба — 1-2%, не более. Молодец, немец! 

Подведем итоги. Кто победил в этом соревновании по очистке воды? Вилларриба или Виллабаджо? Да никто не победил. И там, и там посуда мылась в одинаково чистой воде, которая изначально была одинаково грязной. Разница в том, что в Вилларриба вся грязь (20%) осела на сачках. А в Виллабаджо сачки были практически чистыми (2% загрязнений), поскольку почти всю грязь (18%) чуть раньше остановили фильтры водопровода. 

То есть, победила дружба! Разными путями две деревни пришли к одному результату.

В стране правосудия

В этой стране заняты не посудой, а правосудием. Но в ней также есть свои Вилларриба и Виллабаджо. 

В Вилларриба чтут традиции, и правосудие там работает по старинке. Живет в этой деревне англосаксонская правовая семья — Англия и ее бывшие колонии, включая Северную Америку и Австралию. Случись там преступление, полицейские сразу тащат злодея в суд и там уже «вручную» разбираются, а действительно ли он злодей, или им так только показалось. И порою, примерно в 20% случаев, суд приходит к выводу, что полицейские ошиблись, притащили невиновного, и выносит оправдательный приговор. 

В отличие от любителей традиций и старины англичан, заправляющих в Вилларриба, в Виллабаджо рулят сторонники прогресса и механики немцы. Живет там романо-германская правовая семья — это страны континентальной Европы с Германией во главе, включая и нас, грешных. 

И соорудили здесь немцы «досудебный трубопровод», по которому уголовное дело через систему фильтров идет в суд. А суд выполняет роль уже последней инстанции, фильтра тонкой очистки, выбраковывающего 2% уголовных дел, проскочивших через фильтры досудебного производства, на которых оседает основная масса брака (18%).

В отличие от Вилларриба, здесь злодея, даже пойманного на месте преступления, в суд сразу не тащат. Тащат его в полицейский участок, где начинают разбирательство. Чтобы во всем разобраться до суда. А суд — это уж так, отдел технического контроля, не более. 

И длится это досудебное разбирательство месяцами и даже годами. Со всеми необходимыми допросами и экспертизами. И если вдруг окажется, что тот, кого поймали, не злодей вовсе, то его, не доводя дело до суда, отпускают с наилучшими пожеланиями на все четыре стороны, а разбирательство заканчивают.

До суда же в Виллабаджо доходят только многократно со всех сторон проверенные, прошедшие все фильтры «досудебного трубопровода» дела, не оставляющие сомнений в виновности подсудимого, которого суд при таких обстоятельствах осуждает легко и непринужденно. Однако и здесь порой, редко-редко, в 2% случаев обнаруживаются недоработки досудебных фильтров, пропустивших в суд невиновного. И суду приходится выносить столь непривычный для него оправдательный приговор.

Каковы же итоги соревнования Вилларриба и Виллабаджо в правосудии? Да все как с мытьем посуды. И там, и там из 100 человек, попавших в руки полицейских, 20 невиновны. Но если в Вилларриба, где пойманных сразу тащат в суд, там это и обнаруживается (20% приговоров оправдательные), то в Виллабаджо, где долгое досудебное разбирательство, 18 человек отпускают до суда и только 2-х оправдывает суд (2% приговоров оправдательные). 

То есть, здесь, как и при оценке автомобильных моторов существует не только явная цифра (количество оправдательных приговоров, указано перед скобкой), но и тайная цифра (количество оправданий до суда, указано в скобке):

  • Вилларриба — 20% (0%)
  • Виллабаджо — 2% (18%)

Теперь понятно, что количество оправдательных приговоров (явная цифра) без учета количества оправданий до суда (тайная цифра) несет в себе ноль целых, ноль десятых информации. 

На этом можно было бы и закончить, но хочется еще хотя бы очень бегло описать поставленные немцами в Виллабаджо, а значит и у нас, фильтры, сводящие практически к нулю количество оправдательных приговоров. 

Фильтры «досудебного трубопровода»

Фильтры установлены последовательно по ходу движения трубы от ее начала до конца. Этим маршрутом и мы проследуем.

1. Отказ в возбуждении уголовного дела (ст. 148 УПК РФ)

Ошибается, кто думает, что уголовное дело возбуждается автоматически подачей заявления потерпевшим или когда полицейские сами обнаружат преступление. Совсем не так. Само оно не возбуждается, его возбуждает чиновник правоохранительных органов, принимая об этом решение

Может возбудить, а может ведь и отказать. И потерпевший будет ходить на него жаловаться, быть может и годами, но так ничего и не добьется — уголовного дела не будет. И таких потерпевших, обивающих пороги, много. Они пишут и пишут, как пострадали от преступления, с требованием привлечь виновного, а им в ответ — отказ за отказом.

Почему чиновник отказывается возбуждать уголовное дело? Потому что он думает наперед — думает о судебной перспективе этого еще не возбужденного дела. Получится ли довести его до обвинительного приговора? А если нет, то стоит ли кашу заваривать?

Как чиновник решает эту задачку? Он проводит проверку заявления потерпевшего, в том числе опрашивает как заявителя, так и его обидчика, еще какие-то мероприятия проводит, даже экспертизы. Это практически полноценное расследование, и все с одной целью — чтобы понять, есть ли судебная перспектива. 

То есть, фактически исход дела (обвинительный приговор) во многом предрешается, когда еще и дела-то нет. И если такой исход для чиновника не очевиден, то он предпочитает отказать — не возбуждает уголовное дело. Мы ведь все хотим заниматься только тем делом, которое приносит результат, причем желательно при минимуме усилий с нашей стороны. Если же результат призрачен, то и заниматься не хочется.

Это очень серьезный фильтр. Преодолеть нежелание правоохранителей возбуждать уголовное дело бывает очень и очень тяжело. Для меня как адвоката, наверное, нет более неприятной работы, чем добиваться в интересах потерпевшего возбуждения уголовного дела. Уж лучше обвиняемого защищать, каким бы пугающим ни был обвинительный уклон нашего правосудия. 

2. Прекращение уголовного дела (ст. 212 УПК РФ)

Наконец, возбудили уголовное дело, началось расследование. Можно считать, что обвинительный приговор уже в кармане? Как бы не так... Если следователь в результате многомесячной работы по делу придет к выводу о невиновности обвиняемого, то есть — опять же об отсутствии перспективы обвинительного приговора, он дело прекращает, а обвиняемого отпускает.

Часто ли работает этот фильтр? Нет, не часто. Потому что, повторюсь, еще до возбуждения уголовного дела его перспектива просчитывалась. И если позднее она вдруг растаяла, то либо ситуация серьезно изменилась, что бывает нечасто, либо ошиблись в расчетах. 

Однако, по некоторым категориям уголовных дел их прекращение — совсем не редкость. Вот, давайте В. В. Путина послушаем:

За 2014 год из почти 200 тысяч уголовных дел по так называемым экономическим составам до суда дошли лишь 46 тысяч, еще 15 тысяч дел развалились в суде. То есть приговором закончились 15% дел.Еще раз: только 15% уголовных дел закончились обвинительным приговором! А 85% развалились по пути к нему. Это многократно больше, чем средний показатель по Виллабаджо, где, напомню, 18% оправданий до суда.

Справедливости ради надо назвать причину этой аномалии. Уголовные дела, о которых говорил президент, возбуждались не для судебной перспективы, а с целями, далекими от целей уголовного правосудия, в том числе для шантажа обвиняемых и «отжатия» у них имущества, о чем и сказал В. В. Путин.

3. Возвращение уголовного дела на дополнительное следствие руководителем следственного органа (ст. 39 УПК РФ)

Наконец, следователь провел расследование, оснований для прекращения дела у него нет, а значит — дело надо направлять в суд для получения вожделенного обвинительного приговора. 

Но сначала его должен проверить начальник следователя — руководитель следственного органа. Все ли в порядке? Не напортачил ли где следователь? Не придется ли за него краснеть? А ну, как вынесет суд вместо обвинительного оправдательный приговор из-за глупых ошибок следователя... И если руководитель следственного органа такие ошибки находит, то он не пропускает дело в суд, а возвращает следователю. На доработку. 

Этот фильтр работает, по-моему, не очень. Или, правильнее сказать, его работу мы не очень видим. Потому что следователь и его начальник сидят в соседних кабинетах, и потому фильтрацию документами не оформляют — все происходит неформально с применением ненормативной лексики. Впрочем, иногда им и документы приходится писать, когда по-другому уже не получится, но это детали, на которых мы останавливаться не будем.

4. Возвращение уголовного дела на дополнительное следствие прокурором (ст. 221 УПК РФ)

Если дело по окончании расследования, благополучно миновав матюки руководителя следственного органа, продолжает свой путь в суд, то оно прежде попадает на стол прокурора. И тот решает, передать его в суд или вернуть следователю как непригодное для судебного рассмотрения, то есть не имеющее перспективы обвинительного приговора. 

Как адвокат-защитник очень люблю этот фильтр, считаю его очень эффективным. Это шанс перетащить прокурора на свою сторону. Нет, так-то он, конечно, за следователя, но только до определенного предела, чтобы не в ущерб себе — на амбразуру за него не полезет.

В отличие от следователя и его руководителя, изначально «замазанных» уголовным делом, прокурор девственно чист. Дело он видит перед собой впервые, его подписей в деле нет, свое мнение по делу он не высказывал и согласия на его возбуждение или предъявление обвинения не давал. 

И теперь он решает, подписаться под этим делом или, быть может, лучше не надо… Ведь ему по этому делу в суде обвинение поддерживать. Не сесть бы в лужу… Не подставит следователь? Не вылезут ли в суде его фальсификации? Что тогда? «Оправдак» словить из-за глупого «следака»? Нет уж...

Прокурор должен проверить дело и в случае обнаружения его «токсичности» лучше от него избавиться, вернув следователю. Но не подписывать его в суд!

Почему я как защитник люблю этот фильтр? Потому что могу в его работе активно поучаствовать — проделать за прокурора работу по выявлению «токсичности» дела. Инструменты у меня есть. И результаты доложить прокурору. И вежливо так попросить: прокурор, не подписывайся под этим делом — хуже будет.

5. Возвращение судом уголовного дела прокурору (ст. 237 УПК РФ)

Это последний фильтр на пути уголовного дела к приговору. Но самый мощный. На тот случай, если непригодное для обвинительного приговора дело как-то проскочило все предыдущие фильтры, потому что они не сработали. И им это дорого будет стоить — гнев суда, которому подсунули «некондицию», будет страшен. Страшнее для них только оправдательный приговор. 

— Вы что — грозно сдвинув брови, прорычит судья прокурору — хотите получить оправдательный приговор?
— Нет, только не это! — жалобно завизжит прокурор (которого я, кстати, предупреждал — см. выше) — все, что угодно, только не это!
— Тогда забирайте свое … и проваливайте!

И прокурор, схватив дело под мышку, побежит прочь из суда зализывать свои раны и отыгрываться на следователе, его руководителе и «том придурке, который разрешил это дело возбудить».

То есть, при некачественной работе фильтров в ходе движения дела по «досудебному трубопроводу» в сторону суда, в обратном направлении пойдет «обратка», очень для них болезненная. Так задумали немцы. Чтобы фильтры работали, и дело к приговору подходило в рафинированном виде. Чтобы приговор получался исключительно обвинительным

А оправдательный приговор — это на самый-самый-самый крайний случай. Которого, по задумке, и быть не должно. 

Автор публикации

Адвокат Матвеев Олег Витальевич
Москва, Россия
Разваливаю уголовные дела. Покажу примеры таких дел, расскажу, как я это делаю, и почему другие не делают.

Да 58 55

Ваши голоса очень важны и позволяют выявлять действительно полезные материалы, интересные широкому кругу профессионалов. При этом бесполезные или откровенно рекламные тексты будут скрываться от посетителей и поисковых систем (Яндекс, Google и т.п.).

Участники дискуссии: Более 20 участников...
  • 15 Мая, 00:48 #

    Уважаемый Олег Витальевич, только качество фильтров все хуже и хуже

    +18
    • 15 Мая, 00:55 #

      Уважаемая Марина Александровна, да, это старый анекдот про водопроводчика

      +14
    • 15 Мая, 07:46 #

      Уважаемая Марина Александровна, все потому что имеется ошибка. 
      Подведем итоги. Кто победил в этом соревновании по очистке воды? Вилларриба или Виллабаджо? Да никто не победил. И там, и там посуда мылась в одинаково чистой воде, которая изначально была одинаково грязной. Разница в том, что в Вилларриба вся грязь (20%) осела на сачках. А в Виллабаджо сачки были практически чистыми (2% загрязнений), поскольку почти всю грязь (18%) чуть раньше остановили фильтры водопровода.

      То есть, победила дружба! Разными путями две деревни пришли к одному результату.
      Вот здесь основная ошибка т.к. все это в теории.

      В реальности в Вилабаджо вода после фильтров сравнима с качеством воды сливаемой после отхожих мест, а финальные сачки и вовсе не работают. Люди просто елозят ими в ванне усиленно делая вид очистки. Иногда к сачку прилипает «такоооооое», что приходится вынимать сачок. Отсюда и 0,36% 

      С каждой мойкой в ванне все больше грязи. И если бы сачки работали реально они начали бы возмущаться на тех, кто обслуживает фильтры. Спрашивать их почему сачкам все больше приходится чистить, нагнули бы фильтрующих. Но нет. Они всего лишь елозят. Им пофиг. Из-за них и «фильтры» расслабились. 

      Поэтому результат НЕ ОДИНАКОВЫЙ.

      И именно поэтому (в данной ситуации !!!) количество оправдательных — работа сачком еще какой показатель! Показатель, отражающий общую картину всей правоохранительной системы. 

      Если бы сачки работали правильно процент оправдательных не менялся бы с заменой сачков на присяжных (или в пределах допустимой погрешности). Ведь присяжные у нас включаются уже после фильтров. 

      Говорящие о количестве оправдательных как о показателе говорят об общей картине происходящего сейчас а не о теории государства и права. А уважаемый Олег Витальевич говорит только о теории — как быть дОлжно. Поэтому, как бы, все складно :)

      +19
      • 15 Мая, 10:25 #

        Уважаемый Сергей Равильевич, я описал общую схему работы системы. В Виллабаджо, в отличие от Вилларрибы, сачок изначально не рассчитан на выгребание грязи. Он, такой, хлипенький. И потому если фильтры свою функцию не выполняют, то — все, кранты. Вы как раз описали то, что мы имеем — неисправность системы (handshake).

        +13
        • 15 Мая, 10:43 #

          Уважаемый Олег Витальевич, правильно :( Именно неисправность системы. Именно о текущей ситуации в стране. 

          И те, кто говорит о низких показателях по оправдательным скорее всего сравнивают их именно с показателями суда присяжных уже после фильтров.

          Но мы опять выдумали причину по которой можно фактически оправдать действующий механизм.

          Ведь никто не подумает о фильтрах, а начнут сравнивать с Германией, где эти фильтры работают нормально.

          Но если фильтры (особенно прокурорский — сейчас на 100% бесполезная прокладка) у нас все равно не работают, не проще ли избавиться от них вовсе?

          +8
          • 15 Мая, 10:52 #

            Но если фильтры у нас все равно не работают, не проще ли избавиться от них вовсе?Уважаемый Сергей Равильевич, это мне напоминает старый анекдот (из 90-х про «новых русских»), где новая машина покупается, потому что у старой пепельница уже полна. Я думаю, ни с какой точки зрения нецелесообразно весь механизм выкидывать на помойку, если для его исправной работы достаточно в фильтрах картриджи поменять. Тем более, что у соседей аналогичный механизм исправно работает.

            +8
            • 15 Мая, 11:37 #

              Уважаемый Олег Витальевич, в том то и дело, что нет картриджей нормальных. ВСЕ картриджи в нашей стране именно такие, за очень редким исключением.

              Вон Сталин менял картриджи. Надолго хватило? И процесс смены оказался довольно «хлопотным» и затратным. 

              Вы потеряете свою страну, потому что не умеете различать своих врагов.

              ИМХО беда в том, что мы все копируем у соседей, у которых работает. Но у нас такое работать не может. Много раз проверяли, много раз не работало, но копировать мы не перестаем.

              +8
            • 15 Мая, 13:42 #

              Уважаемый Олег Витальевич, вот эта Ваша мысль чудесная! С Вашего позволения, я бы ее дополнил тем, что нужно не только «сменить фильтры», но и «перенаправить потоки». Существующая система уголовно-процессуального законодательства — это мертворожденный младенец. Возможно, на каком-то этапе она была краткосрочно необходима, но перспективы  у нее нет. Мне, как следователю, довелось поработать, когда за предварительным следствием осуществлялся полноценный процессуальный прокурорский надзор. Его нужно вернуть. Процессуальная деятельность органов предварительного следствия не должна быть закольцована сама на себя. Следователям должна быть возвращена процессуальная самостоятельность. Существующая система противоречит собственно понятию предварительного следствия и его основам.

              +8
              • 15 Мая, 13:59 #

                когда за предварительным следствием осуществлялся полноценный процессуальный прокурорский надзорУважаемый Владимир Борисович, ага и когда у следователя из сейфа забирали дело, кое кое как с согласия начальника следствия возбужденное по ст. 330 (хотя там в полный рост 159 — рейдерский захват) и передавали другому следователю для прекращения т.к. зам прокурора области звонил прокурору района и надзирая указывал прекратить беспокоить законопослушных граждан, а за одно и «ваше убогое дельце» (rofl) 

                И когда следователя допрашивали в суде и он это рассказал, хотя его не спрашивали, судья твердо решила отказать в удовлетворении иска… там ведь такие люди заинтересованы.

                +7
                • 15 Мая, 14:09 #

                  Уважаемый Сергей Равильевич, я мог бы с Вами вступить в полемику на эту тему, но не вижу смысла. Вы совершенно правы! В то время имели место случаи, аналогичные описанному. И сейчас эти явления существуют в полны рост. Только сейчас даже звонить никому не надо, все решается внутри вертикали. И даже следователь не пойдет никуда показания давать. Все это основано на субъективном факторе и не может служить критерием оценки эффективности той или иной процессуальной системы.

                  +6
                  • 15 Мая, 15:09 #

                    Уважаемый Владимир Борисович, а я согласен с Ж. Фреско. Если не хочешь чтобы пешеходы гибли на дорогах сделай так, чтобы пешеход не имел физической возможности выйти на дорогу.

                    Нужно исключить саму возможность нежелательного результата.

                    В настоящее время власть заинтересована в таких судах в таком правосудии в такой статистике в такой системе.

                    Мы можем бесконечно полемизировать хорошо 2% оправдательных или плохо, но иным способом вопрос с качеством правоохранительной системы не решить!

                    +4
                    • 15 Мая, 15:39 #

                      Уважаемый Сергей Равильевич, я не могу с Вами не согласиться в том, что власть в настоящее время заинтересована в такой правоохранительной и судебной системе. Но важно понимать при этом, почему она заинтересована! 
                      ↓ Читать полностью ↓

                      А причина в том, что власти нужна беспомощная, управляемая, зависимая от нее самой правоохранительная и судебная система для того, чтобы самой власти быть от этой системы неуязвимой.

                      Бороться с такой системой, значит бороться с властью. У нас с Вами и у наших коллег объективно нет эффективных законных возможностей побороть власть. Поэтому мы в своей профессиональной среде можем и должны публично об этом говорить давать понять, доводить общественности, что мы знаем и понимаем по какой причине власть выстраивает такую правоохранительную и судебную систему. Капля камень точит!

                      А для сравнения позволю себе пример. Раньше я, как следователь, выносил постановление о прекращении уголовного дела в связи с отсутствием состава преступления своей подписью. И на нее не требовалось согласия моего руководителя и прокурора. Руководитель вообще не имел возможности отменить мое постановление, а прокурор должен был вынести свое постановление, в котором обосновать причину отмены. А постановление, как Вы понимаете, это документ, который может прочесть определенный круг лиц и дать оценку его содержанию, это доказательство, это мнение, и т.д.

                      Сейчас следователь не имеет таких полномочий. Ему руководитель не даст согласия на такое процессуальное действие! Не издавая никакого документа, просто, в устной форме, не объявляя причин и мотивов. И следователь, имея обязанность принять решение по делу, но не имея возможности принять его по закону и по убеждению, будет принимать такое, которое устроит руководителя.

                      Почувствуйте разницу!

                      Если бы существовавшая ранее система надзора была не эффективна, ее бы не трансформировали в тот изврат, который существует сейчас.

                      Следственный комитет — прямое подчинение Президенту (см. закон)!

                      Попробуйте пожаловаться Президенту на СК!

                      +6
  • 15 Мая, 01:03 #

    Уважаемый Олег Витальевич, Вы ещё про отказ от обвинения забыли:)

    +15
  • 15 Мая, 03:12 #

    Уважаемый Олег Витальевич, в странах англосаксонской правовой семьи тоже не всё так однозначно. В случаях, когда не ясно, является смерть насильственной или нет, работает коронер; результаты его расследования представляются особому жюри, которое решает, стоит ли проводить уже криминальное расследование или нет. Результаты собственно криминальных расследований, которые проводит полиция и некоторые другие ведомства, передаются прокурорам/атторнеям, которые решают, стоит им идти с собранными материалами в суд (могут и не пойти). Если прокурор/атторней решил пойти в суд, то суд вначале решает вопрос о достаточности представленных доказательств для предания конкретного лица суду, и лишь в случае положительного решения этого вопроса приступает в разбирательству дела по существу.
    Так что общего в уголовном судопроизводстве упомянутых Вами правовых семей просматривается гораздо больше, чем могло казаться на первый взгляд. 
    Характерной чертой «англосаксонцев» является то обстоятельство, что у них формально уголовный процесс начинается именно с момента предъявления прокурором/атторнеем обвинений конкретному лицу в суд. Всё, что было до этого, частью уголовного судопроизводства не считается. То есть с высоты «нашей колокольни» криминальное расследование, проводимое, например, английской полицией, является ОРД, а не предварительным следствием. Подобный подход влияет на процесс доказывания — нет необходимости выносить постановление о возбуждении дела, «процессуально закреплять» собранные доказательства и прочее. С одной стороны, это упрощает работу правоохранителей, но, с другой стороны, на предварительных слушаниях в суде они могут столкнуться с совершенно новыми для себя доказательствами, представленными стороной защиты, которые могут представить дело в совершенно ином свете.
    Как-то так…
    Надеюсь, что моих скудных познаний об уголовном процессе и об англосаксонской правовой семье хватило, чтобы не допустить грубых неточностей в своём комментарии.

    +16
    • 15 Мая, 10:08 #

      Уважаемый Михаил Сергеевич, большое спасибо за дополнение (handshake) Да, там тоже как-то все неоднозначно. «Новая газета», на которую я ссылаюсь, например, пишет:
      Нельзя сравнивать нашу статистику ни… с Великобританией (20%), ни с США (там вообще неясно, как считать: оправдывают 20% из тех, кто не стал сотрудничать со следствием, но сотрудничают со следствием 97%, и здесь оправданий столько же, сколько и у нас.Ну, это круто. То есть, 20% оправданных по 3% дел, а по остальным 97% дел все глухо, как в танке. А мы-то думали 8-|

      +7
  • 15 Мая, 09:28 #

    Спасибо за статью, Олег Витальевич, очень интересно.
    После прочтения, конечно же, захотелось ознакомиться со статистикой о досудебном прекращении преследования. Беглый поиск привёл на такую страничку, где автор комментирует похожую на Вашу статью: http://rapsinews.ru/judicial_analyst/20170712/279316959.html
    В результате возникает очевидный вопрос: имеются ли где либо достоверные данные по досудебной статистике или поднятая Вами и Ильдаром Салихьяновичем тема есть вечный «холивар»?

    +4
    • 15 Мая, 10:11 #

      Уважаемый Sergey Sergeevich, статистика — тема очень и очень мутная. Помню, как в 90-е два милицейских подразделения чуть не поубивали друг друга за всего лишь одну статистическую карточку (сведения о раскрытии всего лишь одного преступления), которая обеспечила бы им безбедную жизнь на целый год.

      Поэтому я намеренно ушел от конкретных статистических данных в сказочный мир, в котором описываю просто общие схемы.

      +5
  • 15 Мая, 12:18 #

    Уважаемый Олег Витальевич, слог прекрасен и сравнения восхитительны. Впрочем, как всегда. Только вот на мой взгляд, описанная Вами идеальная система правосудия к российскому кривосудию отношения не имеет. И статистику оправдательных надо бы рассматривать во взаимосвязи с процентным соотношением  незаконно вынесенных обвинительных приговоров — по факту оправдательных должно быть больше, поскольку качество расследования и судебного рассмотрения дел катастрофически низкое.

    +13
    • 16 Мая, 12:18 #

      Уважаемая Ольга Витальевна, вот с вами я согласен полностью. Действительно, истории про две деревни- это  не более чем сюжет для объяснения механизма… ну такой. придуманный. Мы же с вами работаем и видим сами. что происходит в наших судах, что уклон — сплошь обвинительный. про объективность говорить не надо. просто не надо, её нет. Качество расследования впечатляет. Я думаю, что если бы мне вернуться в прокуратуру, и снова проверять уголовные дела перед отправкой в суд, то половину бы я заворачивал обратно. 
      А так впечатлять нас тем, что везде так плохо, не стоит. И, честно говоря, было сложно читать про Вилларибо и Виллабаджо.  Восприятие мысли стало совсем непростым.

      +3
  • 15 Мая, 12:24 #

    Уважаемый Олег Витальевич, да Вы романтик! :)

    +7
    • 16 Мая, 12:11 #

      Уважаемый Вадим Иванович, я циник и прагматик. У меня нет иллюзий, я не жду, когда у нас появится «независимый суд» и прочие блага цивилизации, о которых говорит демократическая пресса. Я работаю здесь и сейчас, исходя из тех условий, которые реально существуют, какими бы они кому-то не казались несправедливыми, неправильными и т. п. 

      Соответствующие выбираю методы. Хотел их описать в следующей статье, но сейчас призадумался, нужно ли это кому-то. Насколько вижу (впрочем, это предполагалось, это не новость), многие коллеги предпочитают ныть, как у нас все плохо, и мечтать о светлом будущем. Вот это — точно не мое, не мой путь.

      +3
      • 16 Мая, 15:45 #

        Уважаемый Олег Витальевич,
        Соответствующие выбираю методы. Хотел их описать в следующей статье, но сейчас призадумался, нужно ли это кому-то.Не надо призадумываться, пишите статью, разберемся кому это нужно. Кому не нужно тот и читать не будет.
        Значит такой Ваш маневр, с материка заходить. 
        Вас можно читать только за необычность слога)

        П.С. Кстати, Вам показалось, здесь нытиков нет.
        Вижу обратное, зайдите к любому «нытику» на станицу, посмотрите по делам его, а не словам, представление изменится.
        Хотят бурчать, пусть бурчат, но дело делают.  :)

        +4
  • 15 Мая, 12:31 #

    Уважаемый Олег Витальевич, а на счет 2% — это Вы погорячились.
    Эти самые 2% были бы более наглядны на общем фоне.
    Кто-то лживыми цифрами жонглирует, в заблуждение вводит.
    Лично я встречался с другой считалкой — 0,07% оправдательных приговоров, от общего числа.
    Последнее, мне кажется более реальным.

    +6
  • 15 Мая, 13:48 #

    Уважаемый Олег Витальевич, ох уж эти последние фильтры тонкой очистки — сачки, такие дорогие а сор пропускают (wasntme)

    +12
  • 15 Мая, 13:54 #

    Уважаемый Олег Витальевич,
    Интересный взгляд:)
    Жаль, только, что в отличии от англо-американской системы:
    у нас подозреваемые и обвиняемые могут сидеть МЕСЯЦАМИ (по УПК — аж до 18 месяцев,
    в действительности — по первому делу Холодова было и 4 года) — при этом будучи НЕ ВИНОВНЫМИ.:(
    Иными словами — ПРЕДВАРИТЕЛЬНОЕ следствие может и бывает МНОГОмесячным (сознавайся — и давай в лучшие условия: на зоне-то попросторнее, чем в СИЗО);
    что у нас судьи знакомятся с уголовным делом;:(
    что у нас суды всех инстанций «забыли», что такое процессуально-правовые правоотношения (между стороной и судом). И могут НИКАК не реагировать на доводы защиты;:(
    что содержание подп. «d» п.3 ст.6 КЗПЧОС (право на допрос лица, дающего показания против подозреваемого или обвиняемого) «почему-то» не вошло в УПКРФ 2001?:(
    А в остальном…

    +4
    • 15 Мая, 15:51 #

      Уважаемый Юрий Борисович, в США, например, нет такой меры пресечения, как подписка о невыезде и если у Вас не будет денег на залог, то Вам легко могут избрать меру пресечения в виде ареста. США все же не пример. Я часто слушаю разные американские радиостанции и там эта проблема озвучивается.

      +5
      • 15 Мая, 16:50 #

        Уважаемый Станислав Всеволодович,
        Согласен.
        Я, пожалуй, самого главного не написАл.

        Константин РИВКИН «ХОДОРКОВСКИЙ, ЛЕБЕДЕВ, далее везде» (записки адвоката о «деле ЮКОСа»и не только о нём)
        Этерна, 2013:

        "… после ряда отказов лондонского суда в выдаче уехавших в Великобританию сотрудников ЮКОСа туда в служебную командировку прилетел высокопоставленный чин российской Генеральной прокуратуры. На встрече со своими английскими коллегами он долго и горячо их убеждал, что суд был не прав, отказав в просьбе правоохранительным органам России. Когда ему показалось, что собеседники с ним согласны, он заявил: «Ну, теперь осталось только позвонить судье и убедить его вынести правильное решение». Изумлённые англичане не сразу пришли в себя от такого предложения, и первый, к кому вернулся дар речи, спросил: «И кто же будет звонить судье?» "(С.105)

        +4
  • 15 Мая, 15:16 #

    Уважаемый Олег Витальевич, не соглашусь с возвратом дел, т.к. после этого должно быть продолжение и из него надо исходить.
    Да! И за всем этим кроется большой-большой секрет для маленькой такой компании вопрос: А что тогда решает суд и для чего он нужен?

    +9
    • 15 Мая, 17:48 #

      Уважаемый Владислав Александрович, вот вечно Вы так.
      Своим метким вопросом, выстроенную сказочную систему Олега Витальевича,  рушите :) (Y)

      +4
    • 15 Мая, 19:03 #

      Уважаемый Владислав Александрович,
      Для того же, что и ГосДума. Вместе с СФ.
      Исполнять волю Гаранта.
      Монархия, сэр…

      +4
      • 15 Мая, 21:40 #

        Уважаемый Юрий Борисович, Вам это может показаться странным, но при монархии-то как раз судьи не нарушают закон, коль его установили. Тому есть несколько причин, например, монарх и есть конституция, но он живой и может контролировать да наказывать. Тот же всем известный суд Камбиса как раз описывает сюжет наказания неправедного судьи монархом. Монарх больше подвержен рискам (императора Павла, к примеру, хватил апокалиптический удар табакеркой по голове), и для монарха очень важно, чтобы даже не думали своевольничать, а если и вздумают, то наказание было неотвратимым. При этом крайне желательно, чтоб решения принимал не сам монарх (мало ли что), контролировать и наказывать легче, чем принимать решения, и будешь считаться справедливым и не обвинят в неправедности.

        +6
        • 15 Мая, 23:28 #

          Уважаемый Владислав Александрович,апокалиптический удар табакеркой — Вы умышленно написали так вместо апоплексического удара?

          +5
          • 16 Мая, 01:21 #

            Уважаемый Фаниль Рафисович, конечно.

            +3
            • 16 Мая, 01:27 #

              Уважаемый Владислав Александрович, жаль. А то я уже представил, как бы Вы защищали в качестве адвоката офицеров, убивших императора. Очень хотелось бы мне поприсутствовать на таком мастер-классе :D

              +4
              • 16 Мая, 10:04 #

                Уважаемый Фаниль Рафисович, уууу. Такого было полно. В 19 веке модно стало ссылаться на психическое состояние подзащитного, тогда ещё Победоносцев ввёл термин «вменяемость» (сделав кальку с французского). Так один адвокат просил суд о снисхождении к подсудимой, поскольку она «психоМАтка». Он полагал, что слог «ПА» для мужчин, а для женщин следует говорить «МА».
                Кстати, шутка с табакеркой не моя, не помню чья, кажется это был философ. Но запомнилось то, что по правилам престолонаследия у нас не так много самодержцев входили на трон. В основном они менялись через «апокалиптически-ударные события». (rofl)
                Вот такие вот странный у нас был абсолютизм. Очень похожий на полное его отсутствие.

                +4
    • 16 Мая, 12:20 #

      не соглашусь с возвратом дел, т.к. после этого должно быть продолжениеУважаемый Владислав Александрович, это в теории (в законе, на бумаге). На практике возвратом дела с последующим прекращением подменяется оправдательный приговор. Этот фокус существует давно, и всем известен. Все во благо статистики.

      +3
      • 16 Мая, 17:35 #

        Уважаемый Олег Витальевич, я знаю, что таким способом вопреки закону восстановили отменённый порядок возврата на доследование. И сделано это не во благо статистики. Это вообще никому блага не даёт. Что-то типа водки — все знают, что вредно, но пьют.

        +3
        • 16 Мая, 17:59 #

          Уважаемый Владислав Александрович, на «дослед» в таких случаях возвращают, чтобы не выносить оправдательный приговор. Тем самым уменьшается (создается) та самая статистика по оправдательным приговорам, проценты которой мы здесь столь бурно обсуждаем.

          +3
          • 16 Мая, 19:09 #

            Уважаемый Олег Витальевич, у нас, ведь, нет статданных о последствиях этого «доследа», верно?

            +2
            • 16 Мая, 19:14 #

              Уважаемый Владислав Александрович, у меня нет, только личные ощущения. По моим делам таких «доследов» было много. А вот оправдательных приговоров за всю жизнь — ни одного, но я о том не печалюсь — не нужны мне эти острые ощущения (с замиранием сердца слушать приговор). Лучше уж тихой сапой на «дослед», а там так же тихо прекратить :)

              +3
  • 15 Мая, 15:47 #

    Уважаемый Олег Витальевич, относительно США скажу следующее. Оправдательные приговоры, когда речь идет о 20%, после процедуры trial. Trial — судебное следствие, которое может происходить с участием присяжных или единолично судьей. До данной процедуры доходит 2-3% дел, когда предъявлено обвинение (indictment). Остальные дела после обвинения завершаются сделкой (settlment), когда обвиняемый соглашается с определенным объемом обвинения и договаривается о размере наказания. Это то же самое, что и мировое соглашение в гражданском процессе. Оно, кстати, в США также называется и в гражданском процессе. А теперь определим, сколько от 3% составляет 20%. Получается 0,6%. Вот Вам и 20%. Да, когда рассматриваются дела с присяжными, то они оправдывают, но таких дел ничтожная доля. Большинство обвиняемых предпочитают договорится с обвинением, так как если присяжные вынесут обвинительный вердикт, то наказание будет на полную катушку. Кроме того, если нет денег на хорошего адвоката, то весьма трудно с адвокатом по назначению будет добиться оправдательного вердикта. Поэтому по тюремному населению США далеко опережает Россию. Более того, в ряде штатов даже за хранение наркотиков можно получить ПЖ. Не говорю уже о том, что просто за пьяный руль можно посидеть в тюрьме. Поэтому в штатах все довольно жестко.

    +6
  • 15 Мая, 16:56 #

    Уважаемый Олег Витальевич, неправильно видеть  РФ в составе романо-германской правовой семьи.

    Правильнее будет назвать страны бывшего СССР странами «советского» или «постсоветского» права (за исключением Прибалтики и Грузии).

    В угол. процессе (без учета экзотики) 21 века конкурируют три направления развития:
    — германское;
    — французское;
    — англосаксонское.

    Угол. процесс РФ не относится к указанным вариантам, хотя имеет некоторое сходство  с немецким вариантом.  УПК РФ — это особый феномен  (крайне низкого качества), который возник и оформился в эпоху СССР.

    Американские эксперты, которые разрабатывали УПК РФ, добавили к советскому безобразию американские приправы, но получилось убогое блюдо (нельзя привязывать седло к корове и скакать на корове).

    Не нужно сравнивать между собой  европейские варианты, российский  вариант, американский вариант уголовного процесса. 

    Идеология (общества и государства) США, а также история США  слишком сильно отличается от  российских аналогов, поэтому необходимо признать, что мы абсолютно разные (различные миры, одновременно существующие на Земле).

    +7
    • 15 Мая, 17:55 #

      Уважаемый Андрей Павлович, что верно, то верно.
      Яркий пример соглашения о досудебном сотрудничестве, треш какой-то.
      Сугубо американизм, но как он у нас трансформируется в российском понимании чиновника, превращается в полнейший произвол, загоняющее обвиняемого в безвыходное положение.

      +5
      • 15 Мая, 23:32 #

        Уважаемый Вадим Иванович,
        авторам нашей «досудебки» нужно… Впрочем, что это я вдруг, сейчас же нельзя власть критиковать :D

        +4
      • 16 Мая, 04:20 #

        Уважаемый Вадим Иванович, самое интересное, что институты, которые неприемлемы в российском обществе («досудебка», «особый порядок», «денежный залог»), отлично вписываются в американский угол. процесс.

        Если подсудимый в США полностью признает вину, тогда суд не будет  исследовать доказательства, так как уголовный спор отсутствует.

        Волеизъявление подсудимого (пусть даже невиновного) и абсолютная состязательность, начиная с досудебного этапа производства, для  американского государства важнее, чем установление истины.

        Суд пассивен в процессе, но активен при назначении наказания — немыслимая ситуация для российского и континентального правопорядков.

        Протестантство, национальные исторические традиции, идеология США требуют  уважать мнение  подсудимого («если человек хочет в тюрьму — пусть отправляется»). Это неправильно в России, но правильно в США.

        +5
        • 16 Мая, 12:24 #

          Уважаемый Андрей Павлович, согласен с Вами (handshake) Очень дельные замечания (Y) Действительно, разные культуры, и потому разный закон. При этом имеет место гибридизация («корове седло»).

          +3
  • 15 Мая, 17:04 #

    Уважаемый Олег Витальевич, подоспели свежие данные по оправдательным приговорам в России. В 2018 году их было 0,235% от общего числа приговоров — исторический минимум за весь период существования постсоветской России. Ещё 22% уголовных дел прекращено судом, но по нереабилитирующим основаниям. На досудебной стадии было 1722 случая прекращения уголовного преследования по реабилитирующим основаниям (капля в море).
    https://www.proekt.media/..._medium=chnl&utm_campaign=just

    +4
    • 15 Мая, 17:23 #

      Уважаемый Михаил Сергеевич,

      Лично я предпочитаю статистику по КОНКРЕТНОМУ судье.
      К примеру, если онный (будучи в составе по уголовным делам) за 4 года НИ РАЗУ не вынес оправдательный, — то о чём вообще?....
      А если более конкретно — по конкретному уголовному делу:
      если судья не оглашает мотивировочную часть (не экономическое преступление), не даёт оценки конкретным доводам защиты (к примеру, о том, что юробязанность граждан сообщать о факте наступила ПОСЛЕ вменяемого периода), эх....:(

      Хотя бывают и случаи, когда судья за возмещением вреда и примирением потерпевшего-правопреемника погибшего потерпевшего с обвиняемым (ч.3 ст. 264 УК РФ) по нескольким делам онные прекращал. В простонародье — «откупились».

      Но в целом — судебная практика, точнее «служители Фемиды» колеблются вместе с линией партии.
      Пришёл М.С.Горбачёв — и настали чёрные времена для прокуратуры — пошли сплошные оправдательные:)
      А за ними — увольнение прокурорских:)
      Правда, не долго сие было.:(

      +3
    • 16 Мая, 12:33 #

      Уважаемый Михаил Сергеевич, я намеренно не привязывался к конкретным цифрам. Меня спрашивают, откуда я взял 2%. Да ниоткуда, с потолка. Средняя температура по Виллабаджо.

      К конкретным цифрам (статистике) я отношусь с опаской и подозрением. Она не просто ложь, она — способ манипулирования обществом, что вовсе плохо.

      Не знаю, слышали ли Вы историю, откуда взялось такое преступление, как предусмотренное ч.4 ст. 111 УК РФ? Говорят (я не проверял), что ради уменьшения статистического показателя по количеству убийств. Мы тогда соревновались с США (это при Хрущеве), и введением в УК этого преступления количество убийств было снижено раза в два, я думаю. Это сильно, согласитесь.

      +4
  • 15 Мая, 18:23 #

    Уважаемый Олег Витальевич, за каждым из фильтров стоит чиновник, допускающий беззаконие в зависимости от личной заинтересованности (как правило карьерной) либо от уровня влиятельности заказчика дела ( как правило, экономической, денежной) и, начиная с низового уровня, все фильтры становятся «повязанными» своей преступной судьбой. А человек уже сидит. И никто его просто так не выпустит, кроме суда народа, потому как сажать надо представителей всех фильтров, а это десятки человек.
    Поэтому суд присяжных — показатель уровня отсутствия правосудия в обычных судах, за некоторым исключением.
    В условиях тотальной коррупции и менталитета «я начальник — ты дурак» названные фильтры просто не работают, а от 10 до 15% осужденных сидят ни за что.

    +4
  • 15 Мая, 21:06 #

    Уважаемый Олег Витальевич, а вот еще одна статистика

    В 2018 году российские суды рассмотрели уголовные дела 885 тыс. человек. 682 тыс. были осуждены.
    Разница, — прекращение уголовных дел по не реабилитирующим обстоятельствам, принудительное лечение.
    Лишь 2082 подсудимых добились оправдательного приговора.
    Это один из 425 представших перед судом.

    По сравнению с 2017 годом оправдательных приговоров стало меньше на 151, а их доля снизилась с 0,239% до 0,235%, достигнув исторического минимума в постсоветской России.
    В 90-е годы суды выносили оправдательные приговоры в 0,3–0,4% случаев.

    Вот такие дела.

    +6
  • 16 Мая, 10:03 #

    Уважаемый Олег Витальевич, вынужден с Вами не согласиться по двум причинам.
    1) Процент оправдательных приговоров в России в прошлом году составил не 2, а 0,3 процента.
    2) Расследование по уголовному делу происходит практически в одностороннем порядке. Защитник узнает о собранных доказательствах только в финале, при ознакомлении с материалами дела. И только в суде, по закону, исходя из принципов состязательности и равноправия сторон, у него появляется возможность опровергнуть позицию стороны обвинения. И вот здесь возникает главная проблема. Если бы суд действительно предоставлял сторонам равные возможности для реализации своих процессуальных прав, половина уголовных дел разваливалась бы в суде. Но только суд обычно встаёт на сторону обвинения и покрывает допущенные ею нарушения. Именно поэтому в суд нередко направляются дела с обвинением, не подкреплённым достаточной совокупностью доказательств и основанным на недопустимых доказательствах. «В суде все прокатит», — думают следователи и прокуроры, — «оправдательных приговоров у нас нет».

    P.S. И ещё один интересный нюанс. По статистике половина оправдательных приговоров в последующем были отменены в вышестоящем суде. Подавляющую часть лиц, в отношении которых оправдательные приговоры устояли, составляют чиновники. Так что я, пожалуй, присоединюсь к тем, кто заявляет, что с оправдательными приговорами у нас БОЛЬШАЯ проблема.

    +7
    • 16 Мая, 12:47 #

      Уважаемый Владимир Юрьевич, а я не вижу у нас с Вами противоречий. 

      1) Про конкретную статистику я ничего не говорил вот по каким причинам

      2) Быть может, я слишком прозрачно намекнул, а быть может, оставил это для следующей статьи. Что ж, напишу жирно: у нас нет состязательности. Я из своего лексикона это слово давно выкинул. Я не сторонник обманывать себя и своих клиентов. А печалиться о том, что у меня чего-то нет, считаю занятием неконструктивным. 

      3) Отсюда следует выбор инструментов для работы, главный принцип которой — не доводить дело до суда, потому что — см. п. 2. 

      4) В этой связи меня совсем не интересует, что там у нас с оправдательными приговорами. Так же, как раньше я написал, что меня совсем не интересует суд присяжных.  Нет, будь у нас состязательность (см. п. 2), меня бы это интересовало. Но поскольку мы имеем то, что имеем, то и мой подход таков.

      П. С. Я всего лишь работающий за деньги ремесленник, и мне надо решать задачи, которые ставит клиент сегодня и сейчас.

      +4
      • 16 Мая, 13:08 #

        Уважаемый Олег Витальевич, и опять я не могу согласиться с Вашими утверждениями. Состязательность у нас есть. Просто обвинение в этой состязательности обладает серьезными преимуществами, так как суд первой инстанции чаще всего соглашается с её позицией. Но ничто не мешает защитнику приобщать доказательства в суде, допрашивать свидетелей обвинения и приглашать свидетелей защиты, заявлять ходатайства и пр. Лично я, наоборот, считаю, что после возбуждения уголовного дела на следствии существенно ничего решить нельзя, т.к. основная задача следователя с этого момента — затолкать дело в суд любой ценой. Но зато на следствии можно выразить и закрепить свою правовую позицию относительно вины, продолжить её отстаивать в суде первой инстанции, а в последующем предпринять все возможное, чтобы отменить или изменить незаконный приговор в вышестоящих судах. И как показывает практика, периодически это удаётся. Вот такая моя тактика. Не скрывая перед своими подзащитными очевидную ущербность состязательности, я считаю, что её все же необходимо использовать в той степени, в какой это возможно. Иначе можно констатировать свою бесполезность в суде и не заключать соглашение на своё участие в судебном разбирательстве.

        +5
  • 16 Мая, 16:28 #

    Уважаемый Олег Витальевич, спасибо за поднятую тему) Вы только лишний раз подчеркнули, что для большинства населения(в том числе и многих хороших специалистов) такая цифра как удельное количество оправдательных приговоров имеет значение. Ваши рассуждения понятны, кстати и неспециалистам. И можно согласиться, что дело не в цифрах и статистике(они и правда лгут, и всем понятно на чью сторону бонусы), но все же это конечный так сказать продукт — соотношение оправдательных к обвиненным. Все остальное компромисс)
    На закуску из Вашей ссылки цЫтатку:Чиков: 22% всех оправданных в прошлом году — это люди, обвинявшиеся в клевете (589 человек). При этом осужденных по этой статье — всего 104. То есть вероятность оправдания обвиняемого в клевете феноменальная — 85%.

    Для сравнения: вероятность оправдания обвиняемого в изнасиловании — 0,1%, или 1 оправданный на 1000 осужденных. А из 109 070 осужденных по делам о наркотиках оправданных всего 49 человек (0,04%). На 544 осужденных за экстремизм по разным статьям оправданных не было ни одного. На 5136 дел о коррупции — оправданных 27. В принципе, не так уж и много. По статьям о «побоях» и «причинении легкого вреда здоровью» на 21 000 осужденных приходится 1380 оправданных.

    Таким образом, 73% всех оправданных в 2016 году в России проходили по одной из трех статей — побои, легкий вред здоровью или клевета. Обратите внимание, эти составы преступления относятся к делам частного обвинения, где пострадавший сам обращается к мировому судье с заявлением против обидчика. Там нет следствия, нет прокурора. То есть чистых оправдательных приговоров, в которых судья не согласился бы с государственным обвинением и государственной правоохранительной системой, в 3,5 раза меньше: на всех остальных 250 тысяч осужденных приходится всего около 700 оправдательных приговоров за год. Это значит, что реальная доля оправдательных приговоров — 0,01%, или 1 на 10 тысяч
    .

    +5
  • 16 Мая, 18:05 #

    Уважаемый Олег Витальевич, Ваши суждения интересны, но я с неким оптимизмом (который как мне кажется есть в публикации) не согласен.
    На практике я  сегодня больше вижу сплоченный и жесткий административный ресурс в правоохранительных органах. Но не в смысле поддержания законности.

    Состязательность не воспринимается в упор, на  активных адвокатов  («со своим законом») смотрят как на инородних и не понимающих ничего в жизни существ, идущих не в ногу.
    Им оказывается еще большее сопротивление, сопровождаемое на редкость наглыми и тупыми отписками следователей. Что очень устраивает вертикаль.

    ТАКОГО!  Ранее в далекие годы не было.
    Ну, это мнение по моему опыту работы в прокуратуре и особенно начальном отдела облпрокуратуры по надзору за рассмотрением уголовных дел в судах.

    Все-таки, бывший прокурорский надзор как то не допускал нынешнюю вакханалию в следственных органах и «протаскивание» явно незаконных уголовных дел через суд.

    +5
    • 16 Мая, 18:16 #

      Уважаемый Анатолий Васильевич, про состязательность уже написал. Мой оптимизм с ней давно не связан. Эта дверь закрыта. Ломиться я в нее не буду. Печалиться, что она закрыта, я также не буду («печальников» без меня достаточно). 

      Но ведь есть другие двери.

      +4
      • 17 Мая, 11:48 #

        Уважаемый Олег Витальевич, у меня насчет состязательности наоборот, другое мнение.

        Правда ее результативность вероятнее всего может проявиться только до суда, т.к. потом, даже выявленная огромная масса нарушений закона, хоть в системе, хоть в количестве, для судьи ничто.
        И как правило — заштампованные фразы обвинителя и обвинительный текст следователя в приговоре 
        Принцип простой -  дело от госоргана пришло в  суд, значит не смотря ни на что, должен быть вынесен приговор.

        +3
    • 17 Мая, 03:47 #

      Уважаемый Анатолий Васильевич, вот это совершенно точно (а потом началось, где-то с 2003-5хх, когда замам прокуроров в мск стали предлагать по 200-300$ штукарей по групповым экономическим делам)ТАКОГО!  Ранее в далекие годы не было.
      Ну, это мнение по моему опыту работы в прокуратуре и особенно начальном отдела облпрокуратуры по надзору за рассмотрением уголовных дел в судах.

      Все-таки, бывший прокурорский надзор как то не допускал нынешнюю вакханалию в следственных органах и «протаскивание» явно незаконных уголовных дел через суд.

      +3
  • 17 Мая, 03:35 #

    Уважаемый Олег Витальевич, читая Вас, в очередной раз надеюсь, что в этой стране еще не все потеряно.
    Спасибо, искренне порадовали! (это, как в песне поется — радости печаль).
    Что я сегодня вижу — сокрытие огромного числа реальных преступлений. На фоне сокрытия-заказухи, число оправдалова при реальном привлечении превратится в 0.2%
    И по-человечески нужно учитывать, что адвокаты защищают в основном тех, кто должен отвечать по закону — одна из причин, по которой я не стал адвокатом, а в свое время  выбрал госслужбу (можем обсудить). 
    В остальном — очень правильные мысли!

    +4
  • 17 Мая, 14:19 #

    Уважаемый Олег Витальевич, благодарю Вас за интересную статью! Все в ней истина… придираться к некоторым моментам смысла нет! Хочу добавить, что исправить проблему обвинительного уклона можно только лишь одним способом! Ввести законодательно суды присяжных при непризнании вины по всем тяжким и особо тяжким делам!

    +2
    • 17 Мая, 14:56 #

      Уважаемый Дмитрий Николаевич, совершенно согласен, именно поэтому (даже с нашим хромым судом присяжных, оправдательные у которых отменяются почти все) нынешняя власть и не пойдет на это. Потому что оправдывать в случае спора будут даже не 50, а все 70%…

      +1
  • 18 Мая, 08:21 #

    Уважаемый Олег Витальевич, поставил статье плюс — всё таки, кто пишет — это трудов стоит!
    ↓ Читать полностью ↓

    Первое, Вы можете сколь угодно уверять публику что Вы не путинист, но путинист Вы точно.

    Ссылка на Путина, как на источник статистики, ну просто рассмешила — Путину верить — себя не уважать.

    В машинах Вы полный ноль — без обид, поэтому Ваши рассуждения о «лошадиных силах» мне лично напоминают попытки спецов от юриспруденции, которые прочитав кодексы и заглянув в компьютер, начинают разъяснять смысл правовой доктрины и  норм права. Если уж говорить о лошадках, то есть лошадки для бега, а есть для перевозки тяжести — у них разная одна лошадиная сила. Хотите понять работу двигателя — изучите систему впрыска — она у карбюраторного  и дизельного двигателя разная, и хотя инжекторная система напоминает впрыск дизельного двигателя, отличия всё же есть. Следы такого различия проявляются при заправке автомобиля. После заправки ДТ дома Вас встретит супруга и скажет: «Фу, как от тебя бензином несёт!» Ну и далее, если интересно, то можете узнать, как устроена работа систем двигателя для повышения компрессии — есть такой «зверь» в автомобиле, который начинающие водители с ведром ищут под автомобилем, как устроена система трансмиссии для повышения «крутящего момента» и т.д. 

    Что касается системы фильтров в России, которые интересуют больше не только меня, но и всех остальных профессионалов и читателей нашего сайта. Практически этот фильтр мёртвый на изначальной доследственной стадии, так называемой проверки сообщений о преступлениях. Полицейскому, следователю без разницы, есть основания для ВУД или их нет — всё зависит от команды «ФАС» с верху. И без единого доказательства такие дела засовываются в суд и при желании смело принимаются судами — позвонить судье либо сообщить ему о желаемом результате есть кому. В России, ни полицейские, ни следователи, ни прокуроры не стесняются в открытую говорить о том, что они поговорят с судьёй на предмет нужного результата. И говорят. В открытую. Не стесняясь и не боясь ничего, ибо они «одной крови-ты и я»!

    Вы рассказываете про какие-то страшилки о развале дел и возврате прокурору. Это как раз те моменты, когда власть делает мнимую уступку, дабы показать существование «правосудия». Как известно, правосудия в России нет, есть судопроизводство, а это разные «вещи» в праве.

    Как пример, можно разобрать Вашу работу, как фильтр этой гнилой российской системы. Вы же не берете себе подряд все дела. Вы выбираете под себя дела. И выискиваете как раз те моменты, которые попадают под уступки власти. Дай Вам иные дела и Ваш фильтр не произведёт никакой очистки ни на грамм. Потому что доказывать бандиту словами, что он не прав — пустое времяпровождение. 

    У нас на Праворубе минимум два коллеги, у которых нет отказных дел вообще. Потому что у них такие фильтры, которые настроены на необходимую выборку дел под заточенную уступку. Т.е. у них так называемый «оправдос» 100%. И если на основе их работы вершить статистику (вот чего советники Путина не делают, дармоеды недоделанные), то получается у нас феноменальное 100% правосудие, а отсутствие оправдательных приговоров и отрицательных решений — непрофессионализм остальных специалистов, включая и Вас лично, и меня.

    Поэтому, коллега, уважаемый коллега, Олег Витальевич, Ваша статья не отражает и не охватывает всей статистики правохоронительной системы применительно к существующим фильтрам и механизмам преступного государства и в ней изначально заложены ложные посылы. А как известно, при ложных посылах не может быть истины! 

    +3
    • 19 Мая, 15:31 #

      Вы же не берете себе подряд все дела. Вы выбираете под себя дела.… Дай Вам иные дела и Ваш фильтр не произведёт никакой очисткиУважаемый Евгений Алексеевич, нет, дела не выбираю. Это невозможно — они же в сейфах у следователей лежат, а не на прилавке. В дело надо сначала вступить, и только потом его покажут… чуть-чуть. А полностью покажут только через несколько месяцев. Уголовный адвокат обречен лезть в воду, не зная броду.

      Это Вы меня в свою «картину мира» молоточком запихиваете, поскольку по-другому не влезаю. Я не виноват, это с «картиной мира» что-то не так.

      +2
      • 20 Мая, 07:36 #

        Уважаемый Евгений Алексеевич, нет, дела не выбираю. Это невозможно — они же в сейфах у следователей лежат, а не на прилавке.  Уважаемый Олег Витальевич, ну насмешили, так насмешили. Вы ж прекрасно знаете о каком деле идет речь. Конечно же не о бумажном носителе.

        Вы вначале выслушиваете того, кто к Вам обратился, по какому вопросу, узнаете нюансы и только потом говорите ДА или НЕТ. Или Вы хотите убедить меня, что беретесь за любое дело первого к Вам обратившегося?  :D

        +2
        • 20 Мая, 11:09 #

          Уважаемый Евгений Алексеевич, Вы же сами говорите, что я в делах «выискиваю те моменты, которые попадают под уступки власти». Пусть будет так. Но вот эти "моменты" можно "выискать" только в деле, лежащем в сейфе следователя.

          В рассказе обвиняемого или его родственников этих моментов нет и быть не может. То, что они считают важным, для юриста — ерунда, и наоборот. Мы разными глазами смотрим на дело и от этого страдаем, потому что не всегда можем понять друг друга. 

          Будущий клиент, когда он приходит к адвокату
          1. или не понимает (не совсем понимает), что происходит,
          2. или не может (не хочет) рассказать, что происходит,
          3. или «несет» такое, что лучше и не слушать. 

          Я всегда при первой встрече прошу показать мне хоть какие-то документы — они мне говорят куда больше, чем человек, который их приносит. Но это капля в море, никаких выводов по ним делать нельзя.

          Поэтому дело я не выбираю. Но и за первое попавшееся не берусь, потому что клиента — да, выбираю.

          Мы должны понимать друг друга, потому что при работе по делу мы должны сотрудничать. Это важно. Иногда с первой встречи понятно, что сотрудничество не получится, например в случае, описанном выше в п. 3. Тогда — ни за какие деньги, которые потом боком выйдут.

          +3
          • 20 Мая, 18:30 #

            Поэтому дело я не выбираю. Но и за первое попавшееся не берусь, потому что клиента — да, выбираю.

            Мы должны понимать друг друга, потому что при работе по делу мы должны сотрудничать. Это важно. Иногда с первой встречи понятно, что сотрудничество не получится, например в случае, описанном выше в п. 3. Тогда — ни за какие деньги, которые потом боком выйдут.
            Уважаемый Олег Витальевич, все правильно. Соглашусь  и в   том, что в уголовных делах гораздо меньше информации для выбора. Но без выбора мы всё равно и ни туды, и не сюды. :)

            +2
  • 19 Мая, 01:46 #

    Что ж, напишу жирно: у нас нет состязательности.Как известно, правосудия в России нет,только качество фильтров все хуже и хуже«Эх, ребята, все не так, все не так, ребята...»:(
    как известно, при ложных посылах не может быть истины!
    думаю, что все будет хорошо… если искать причины неудач в себеНа все 100%...:)

    0
  • 22 Мая, 09:26 #

    Уважаемый Олег Витальевич, как всегда актуально, интересно и местами с юмором! Жду Ваших публикаций!

    +2

Да 58 55

Ваши голоса очень важны и позволяют выявлять действительно полезные материалы, интересные широкому кругу профессионалов. При этом бесполезные или откровенно рекламные тексты будут скрываться от посетителей и поисковых систем (Яндекс, Google и т.п.).

Для комментирования необходимо Авторизоваться или Зарегистрироваться

Ваши персональные заметки к публикации (видны только вам)

Рейтинг публикации: «Два процента оправдательных приговоров - это мало?» 5 звезд из 5 на основе 55 оценок.