Уважаемые коллеги, давно занимает изложенная здесь тема, не внушает мне Конституционный суд согласия с их мнением по вопросу возмещения вреда в рамках гражданского процесса, вреда, причиненного противоправными деяниями, предусмотренными УК РФ. Собственно тоже касается и КоАП РФ.
В соответствии со ст. 3 Уголовного Кодекса РФ
1.Преступность деяния, а также его наказуемость и иные уголовно-правовые последствия определяются только настоящим Кодексом.
2. Применение уголовного закона по аналогии не допускается.
В соответствии со ст. 14 УК РФ
1. Преступлением признается виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное настоящим кодексом под угрозой наказания
Казалось бы все ясно и понятно. Именно уголовным законом, а также Конституцией РФ предусмотрено, что виновность лица в совершении преступления подтверждается только вступившим в законную силу приговором суда.
Однако на практике происходит следующее: в рамках гражданского процесса, по искам граждан о возмещении морального или материального ущерба, причиненного преступлением, суды устанавливают преступность деяния, причинившего вред, и при отсутствии обвинительного приговора.
Происходит это потому, что такую возможность предусмотрел Конституционный суд РФ, дав свою оценку двум отраслям права по данному вопросу, Своими витиеватыми фразами суд узаконил подмену одной отрасли права другой. а именно:
«Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, лицо, уголовное дело в отношении которого прекращено в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, не освобождается от обязательств по возмещению причиненного им ущерба, а потерпевший имеет возможность защитить свои права и законные интересы в порядке гражданского судопроизводства с учетом правил о сроках исковой давности (определения от 16 июля 2009 года N 996-О-О, от 20 октября 2011 года N 1449-О-О, от 28 мая 2013 года N 786-О, от 5 марта 2014 года N 589-О, от 24 июня 2014 года N 1458-О и др.). В таких случаях, по смыслу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 24 апреля 2003 года N 7-П, суд — в силу конституционного принципа равенства всех перед законом и судом — обязан обеспечить потерпевшему процессуальные гарантии реализации его прав на доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.
Кроме того, как указал Конституционный Суд Российской Федерации в том же Постановлении, потерпевшим — исходя из признания за ними процессуального равенства при восстановлении в правах как путем уголовного судопроизводства, так и путем гражданского судопроизводства — должны обеспечиваться равные условия, включая оказание содействия со стороны государства в лице его уполномоченных органов в получении доказательств, подтверждающих факт причинения вреда в результате противоправного деяния. В частности, при рассмотрении в порядке гражданского судопроизводства иска о возмещении ущерба, причиненного подвергнутым уголовному преследованию лицом, данные предварительного расследования, включая сведения об установленных органом предварительного расследования фактических обстоятельствах совершенного деяния, содержащиеся в решении о прекращении уголовного дела в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, в силу части первой статьи 67 и части первой ст. 71 ГПК РФ должны быть приняты судом в качестве письменных доказательств, которые он обязан оценивать наряду с другими имеющимися в деле доказательствами по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании...»
Я конечно согласна, что если в результате прекращения уголовного дела преступность деяния не установлена, то потерпевшие остаются без возмещения ущерба, и это не есть хорошо. Но тем не менее. Ведь при рассмотрении таких гражданских дел суд должен признать противоправность поведения ответчика, его вину, причинную связь. Но одно дело действия в нарушение гражданских, трудовых, пенсионных и пр. норм. А как мы назовем например хищение по другому: недействительная сделка? А вред по 111, 105 УК РФ —? Понимаете, какого вреда, вытекающего из уголовного дела не коснись, ты ведь его никак по другому не опишешь, иначе как составом преступления, предусмотренного статьями УК РФ. То есть все равно суду необходимо установить, совершил ли ответчик преступление и виновен ли в нем, то есть преступность деяния, а значит именно то, что возложено только на уголовный закон с помощью уголовного, а не гражданского судопроизводства.
Вот например недавнее дело, каких много по нашей стране сейчас рассматривается. Ко мне обратились ответчики с целью обжалования Решения суда.
Ситуация: уголовное дело по ст. 159.2 УК РФ (злополучные материнские капиталы) прекращено в связи с истечением сроков давности.
Прокурором подан иск. Суд, рассматривая гражданское дело, истребует уголовное дело, исследует доказательства, как письменные, так и протоколы допросов ответчиков, которые были подозреваемыми, свидетелей, а также само Постановление о прекращении уголовного дела и устанавливает:
«таким образом, в результате совместных преступных действий… причинен ущерб РФ. Похищенными денежными средствами… распорядились по своему усмотрению». " Постановлением Юргинского городского суда… констатировано наличие в действиях ответчиков состава преступлений, предусмотренных ч.3 ст. 159.2 УК РФ".
В этой ситуации с материнскими капиталами я бы поняла, если бы суд взыскивал с ответчиков деньги, установив их нецелевое использование и все, то есть нарушение норм Федерального закона № 256-ФЗ (о дополнительных гарантиях...), таких ведь многочисленное количество было рассмотрено в отношении мамочек. Вот и устанавливали бы обстоятельства причинения ущерба, пусть бы даже и материалами уголовного дела, но не преступность же деяния. И кроме того, если рассматривать такой иск не как уголовное дело, а как нецелевое использование денежных средств, то ответчиками должны быть и мамочки, так как часть денежных средств они получили и этому имеются доказательства.
Вспоминаю еще одно гражданское дело, где вообще никакой закон гражданский не применишь, только уголовный. Прекращенное за истечением срока давности уголовное дело по ст. 119 УК РФ. Истец взыскивала моральный вред за угрозу убийством. Иск удовлетворен. И тоже самое, в качестве доказательств материалы дела, допросы, очные ставки, Постановление о прекращении. В рамках гражданского судопроизводства суд установил, что ответчик совершил преступление, предусмотренное ст. 119 УК РФ.
Почему же государство не принимает на себя обязательства по возмещению ущерба гражданам или организациям. Ведь процессуальные издержки, понесенные потерпевшими по уголовным делам в случае их прекращения в связи с истечением срока давности взыскиваются за счет федерального бюджета. Вот тут прямая взаимосвязь.
А так «посадили» уголовные дела в «сани» гражданского судопроизводства, и там раскатывают (устанавливают преступность деяний).
Как считаете Вы, коллеги?
Рейтинг публикации:
«
Уважаемая Марина Александровна, интересную тему вы затронули… А аллегория какая занимательная:«посадили» уголовные дела в «сани» гражданского судопроизводства и раскатываютНа самом деле, я лично не вижу никаких проблем взыскания вреда, причиненного преступлением, в гражданском судопроизводстве без преюдиции в виде приговора, устанавливающего что причинитель вреда — преступник.
В гражданском законодательстве такого понятия, как «Возмещение вреда, причиненного преступлением» вообще не существует. И такое возмещение не является каким-то специальным институтом с особыми правилами.
Здесь в любом случае действуют ОБЩИЕ положения гражданского законодательства о возмещении вреда, в частности, предусмотренные ст. 1064 ГК РФ. И преступник, даже если он признан таковым вступившим в законную силу приговором, в контексте возмещения причиненного вреда личности или имуществу потерпевшего, все равно является лишь лицом, причинившим вред.
Его (преступника) в этом смысле ничего не отличает от любого иного причинителя вреда. Объем гражданской ответственности никак не меняется в зависимости от наличия, либо отсутствия статуса «преступник».
А вот если говорить об установлении преступности деяния в гражданском судопроизводстве, то здесь я готова разделить Ваше негодование. Это недопустимо, конечно же. Некоторые судьи действительно «много на себя берут» в этом смысле.
Не знаю, правда, зачем…
Кстати, замечала, что грешат этим в основном судьи «уголовники». Может быть, именно в этом и разгадка…
Уважаемая Марина Владимировна, да, вот в том то и дело. Вот кража. Дело прекращено. Потерпевший подает иск возместить сумму похищенного. Каждая сторона доказывает, взял или не взял ответчик имущество. Да, пусть с помощью уголовного дела, например протоколов осмотра, экспертиз, то есть письменных доказательств, добытых в рамках расследования по уголовному делу (притом показания, следовательские или судебные постановления я думаю не будут являться доказательствами, свидетели должны быть допрошены в суде, а постановления-это чьи то суждения, не Приговор!), в итоге что установит суд: Иванов взял имущество Петрова и распорядился им. Иванов ему этого не разрешал. То есть никаких правовых оснований на получение этого имущества у ответчика не было. Он неосновательно обогатился. Взыскать. И все прекрасно. Но невозможно же в гражданском процессе устанавливать преступность деяния ответчика.
Уважаемая Марина Александровна, все верно. Именно так и должно быть в идеале. При рассмотрении гражданского дела без преюдиции в виде приговора, употребления специальных уголовно-процессуальных терминов в виде каких бы то ни было «ярлыков», быть не должно.
Но это, все же, в большей степени проблема формулировок, а не возможности взыскания.