Пенсионные споры: позиция по досрочному пенсионному обеспечению электрогазосварщиков и практика судебного представительства

По пенсионным спорам о досрочном пенсионном обеспечении электрогазосварщиков, у граждан, выходящих на «досрочную пенсию», существует одна типовая проблема, которую органы ПФР используют для отказа в назначении  «досрочной пенсии» данной категории работников.

Достаточно часто лица, выработавшие специальный стаж в качестве электрогазосварщиков, могут подтвердить его только записями в трудовой книжке. Граждане искренне полагают, что трудовой книжки достаточно для назначения льготной пенсии.

Но, органы ПФР требуют представить справки подтверждающие характер выполняемых работ. И с этим у граждан сразу возникает проблема.

Многие предприятия, применявшие в 90-е – 2000-е годы электрогазосварочные работы, в настоящее время прекратили свою деятельность. Большинство закрывшихся предприятий свои архивы не формировали и не сдавали на хранение в архивные фонды. Поэтому получить справку не у кого, а какие либо подтверждающие документы получить негде.

При этом многие предприятия не представляли в УПФР так называемые «Перечни рабочих мест, наименований профессий и должностей, занятость в которых дает право на досрочное назначение трудовой пенсии», с целью не осуществлять необходимые отчисления.

Как итог, отказ органа ПФР в назначении «досрочной пенсии», по основанию не подтверждения специального стажа.

При обращении в суд от гражданина требуют подтвердить «характер работ», причем сделать это документально. И, как известно, с 2010 года характер работы показаниями свидетелей не подтверждается (п. 3 ст. 13 ФЗ от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации»). Таким образом, данной правовой нормой (в редакции ФЗ от 24 июля 2009 г. N 213-ФЗ) установлено ограничение допустимости средств доказывания при определении характера работы.

Обратившись в суд, гражданин сталкивается с жесткой правовой позицией суда: «Характер работ показаниями свидетелей не подтверждается, и точка! Давайте документы, свидетелей допрашивать не будем».

Данная позиция суда становиться настоящим камнем преткновения, для всех страждущих защитить свои пенсионные права в суде.

Причем судьи, как и представители органа ПФР категорию «характер работ» трактуют весьма расширительно. По их мнению, ни что не подтверждается свидетельскими показаниями, т.к. по мнению указанных лиц, работнику, имеющему запись в трудовой книжке, что он принят на работу электрогазосварщиком, при любых обстоятельствах необходимо документально подтвердить, что характер выполняемых работ, позволяет им претендовать на получение «досрочной пенсии». И понимается под этим «подтверждающая справка», где работодателем однозначно указывается, что работник работал по профессии (в должности) электрогазосварщик занятый на резке и ручной сварке, на полуавтоматических машинах, определенный срок на полную ставку.

Работа проходила в условиях полной рабочей занятости во вредных и тяжелых условиях труда, постоянно в течение полного рабочего дня, в режиме полной рабочей недели, простоев не было. И в указанный период работы отпуска без сохранения заработной платы, учебные отпуска, отпуска по уходу за ребенком не предоставлялись, на курсы повышения квалификации работник не направлялся.

Для тех электрогазосварщиков, которые были заняты на автоматических машинах, дополнительно надо указывать, что они были заняты на выполнении работ с применением флюсов не ниже 3 класса опасности.

Возникает вопрос: каким образом работник может документально подтвердить указанные обстоятельства, если у него, кроме трудовой книжки на руках иных документов нет, предприятие ликвидировано, в архивы документы предприятия не сдавались?

Правовая позиция, позволяющая документально, не прибегая к свидетельским показаниям, доказать право на льготную пенсию для многих электрогазосварщиков, выработавшим специальный стаж, которая предполагает доказательство «от противного», не принимается.

Казалось бы, для работника, имеющего в трудовой книжке запись о работе электрогазосварщиком, требуется доказать, что он работал на предприятии, где автоматические сварочные машины не применялись. Что сделать значительно легче, чем получить прямые доказательства используемого оборудования на конкретном предприятии. При этом доказанность факта неприменения автоматических сварочных машин по месту работы истца предполагает, что он мог работать только электрогазосварщиком занятым на резке и ручной сварке, либо на полуавтоматических машинах. Время работы и в первом и во втором случае должно быть зачтено в специальный стаж работнику.

Но, к сожалению, такая позиция не находит понимания не только у представителей ПФР, но и у судей. И достаточно сложно убедить судью, что если следовать логике, то отсутствие на конкретном предприятии автоматических сварочных машин в силу самой специфики осуществляемого производственного процесса, позволяет утверждать, что работник, принятый на работу по специальности электрогазосварщика, и имеющий соответствующую достоверную запись в трудовой книжке, мог выполнять работы только по резке и ручной сварке, либо на полуавтоматических машинах. И соответственно имеет все основания для зачета в специальный стаж периода данной работы на данном предприятии.

Поэтому в ситуации, когда предприятие ликвидировано, в наблюдательном деле страхователя (предприятия), которое ведется и хранится органами ПФР, отсутствуют «Перечни рабочих мест, наименований профессий и должностей, занятость в которых дает право на досрочное назначение трудовой пенсии», либо эта информация скрывается, успех в деле, или неудача, целиком и полностью зависит от процессуальных действий судебного представителя. То есть от его процессуального опыта.

Если судебный представитель, обладая необходимой квалификацией, способен организовать деятельность суда в деле в рамках предписаний ст. 57 ГПК РФ по содействию в собирании и истребовании доказательств, то положительный результат достижим. Иск может быть удовлетворен. Если представитель не обладает необходимым процессуальным опытом, то отклонение иска не представляет для опытного судьи особой сложности. И в силу того, что судам, скорее всего, даются негласные указания «учитывать» интересы Пенсионного Фонда РФ, рассчитывать на успех в защите пенсионных прав конкретного гражданина не приходится.

При любой оплошности или недоработке судебного представителя (о гражданах решающихся отстаивать свои права в суде самостоятельно не говорим) без прямых доказательств, подтверждающих особый характер выполняемых работ, дающих право на «досрочную пенсию», скорее всего, будет вынесено решение об отказе в удовлетворении исковых требований.
При этом любые косвенные доказательства в силу правил оценки доказательства в соответствии со ст. 67 ГПК РФ могут быть отвергнуты.

Поэтому, при защите пенсионных прав граждан на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии с пп.2 п.1. ст.27 Федерального закона № 173-ФЗ от 17.12.2001 «О трудовых пенсиях в РФ», следует, прежде всего, ориентироваться не на наличие, и количество косвенных доказательств, которые, безусловно, необходимы, а на тактику ведения дела в суде, и процессуальную технику судебного представителя.

P.s.: Дополнительно хочу сообщить гражданам, читающим данный материал, претендующим на «досрочную пенсию». По делу состоялось 5 судебных заседаний. Спорным был только один период. Для убеждения суда использовалось состоявшееся ранее решение по интересующему предприятию. Предприятие являлось крупным советским предприятием, на котором осуществлялись электрогазосварочные работы, существовал профсоюз, комиссия по аттестации газоэлектросварщиков, проводились периодические медицинские осмотры и т.д. Потребовалось 5 (!) судебных заседаний, чтобы убедить суд в обоснованности требований истца. Многочисленные свидетели, работавшие вместе с истцом, уже вышедшие на досрочную пенсию, так и не были допрошены. По делу мною было подано: 19 ходатайств, в том числе о наложении на должностных лиц штрафов за не выполнение требований суда, 2 письменных объяснения по значимым обстоятельствам дела (12 листов), выписки из ЕГРЮЛ по предприятию и по мед.учреждению, которое якобы потеряло медицинскую документацию, инструкции по эксплуатации аналогичных сварочных аппаратов. При этом у нас были работники, вышедшие на досрочную пенсию, примерно в это же время по суду и без суда, которым был засчитан специальный стаж работы на искомом предприятии, и были косвенные доказательства по применяемому на предприятии сварочному оборудованию. Но и при такой серьезной доказательной базе потребовалось 5 судебных заседаний. Исходя из этой информации, сделайте вывод, имело ли смысл судье так долго «держать оборону»? И легко ли участвовать в суде по иску к пенсионному фонду, представители которого в судах проводят целый день, и прекрасно лично знают судей?
Ярославль, 2015