Взыскание расходов, затраченных на обучение

К., мой доверитель, в 2013 году зачислен курсантом Дальневосточного юридического института МВД России (далее — ДВЮИ МВД России) с присвоением специального звания рядовой полиции, также с ним был заключен контракт, по условиям которого на К. возложена обязанность проходить службу в органах внутренних дел по окончании обучения.

Однако К. не окончил институт, так как 05.11.2016 был отчислен с 4 курса, контракт с ним был расторгнут и он уволен со службы в органах внутренних дел в связи с грубым нарушением служебной дисциплины. Грубое нарушение выражалось в отказе от прохождения медицинского освидетельствования по требованию инспектора ГИБДД.

При этом, действующее законодательство предусматривает, что в данной ситуации с бывшего курсанта могут быть взысканы затраты, понесенные на его обучение.

В связи с этим, ДВЮИ МВД России обратился с иском в суд о взыскании с К. затрат на его обучение в размере 990339 рублей, а также возмещении ущерба в размере 7045,16 рублей.

Моя позиция в суде строилась на том, что ДВЮИ МВД России пропустил срок давности для обращения в суд с названным требованием, так как данный срок начинает течь 05.11.2016, т.е. в дату, когда К. был отчислен и уволен со службы, в то же время, исковое заявление было подано 16.07.2018.

К такому требованию применяется годичный срок давности, предусмотренный ст. 392 ТК РФ, так как данный вопрос не урегулирован законодательством о службе в органах внутренних дел и иной, специальный, срок для возмещения с бывшего работника ущерба не предусмотрен законодательством. Аналогичная позиция о применении к данным правоотношениям ст. 392 ТК РФ содержится в определении Верховного Суда РФ от 12.02.2018 N 74-КГ17-19.

Убедить судью в том, что к данным отношениям подлежит применению именно годичный срок давности было несложно. Основная сложность заключалась в другом. К. после увольнения со службы и отчисления обращался в суд с иском о восстановлении на службе и в суде первой инстанции этот иск был удовлетворен, решение приведено к немедленному исполнению 30.03.2017. Однако 08.08.2017 апелляционная инстанция отменила решение о восстановлении на службе.

Таким образом, 30.03.2017 К. был восстановлен на службе и проходил её до 08.08.2017. В связи с этим, ДВЮИ МВД России утверждал, что срок давности необходимо исчислять с 08.08.2017, т.е., когда К. был «повторно» уволен со службы после восстановления судом. Я, в свою очередь, настаивал на том, что необходимо исчислять данный срок именно с момента увольнения в связи с совершением проступка и вручения бывшему сотруднику требования о возмещении затрат на обучение, что произошло в один и тот же день – 05.11.2016, так как именно с моментом увольнения за совершение проступка закон связывает возникновение у работодателя права на возмещение ущерба, в том числе, в форме затрат на обучение. Тот факт, что К. с 30.03.2017 по 08.08.2017 был восстановлен на службе является основанием для заявления истцом ходатайства о восстановлении пропущенного срока для обращения в суд, однако, такого ходатайства истец не заявлял.

Районный суд с моими доводами не согласился и удовлетворил требования истца в полном объеме. Однако краевой суд удовлетворил апелляционную жалобу, отказав в исковых требованиях. Суд апелляционной инстанции также посчитал, что срок давности подлежит исчислению с 05.11.2016, т.е. с момента увольнения за совершенный проступок.

Таким образом, К. удалось избежать взыскания с него почти миллиона рублей в качестве затрат на обучение.