Автор: адвокат Игорь Петров В предыдущих публикациях я рассказывал о строительных спорах, взыскании убытков, защите бизнеса и ситуациях, когда гражданско-правовой конфликт перерастает в уголовное преследование. В своей практике в Ростове-на-Дону я регулярно сталкиваюсь с различными категориями судебных споров, и каждый раз результат дела зависит не только от норм закона, но и от качества подготовки позиции. Именно поэтому даже дела о залитии квартиры, которые многие считают простыми бытовыми спорами между соседями, нередко оказываются значительно сложнее, чем кажется на первый взгляд. На практике стороны спорят не столько о самом факте затопления, сколько о размере ущерба, допустимости доказательств, необходимости судебной экспертизы и причинно-следственной связи между аварией и повреждением имущества. Об одном из таких дел хочу рассказать подробнее. Интересы истца в суде представляли адвокаты Петров И.И. и Полинская С.В. После удовлетворения исковых требований ответчик последовательно

После ДТП страховая выплата по ОСАГО часто воспринимается как окончательное урегулирование ситуации. Однако на практике это не всегда так. В одном из дел, связанном с ДТП в Ростове-на-Дону с участием мотоциклиста, потерпевший получил страховые выплаты на сумму более 750 000 рублей, включая возмещение ущерба, утраченного заработка и медицинских расходов. Несмотря на это, часть причинённого вреда осталась невозмещённой. В рамках судебного разбирательства рассматривались вопросы взыскания компенсации морального вреда, стоимости повреждённой экипировки, а также дополнительных убытков, не покрытых страховой компанией. Суд подтвердил возможность взыскания с виновника ДТП компенсации сверх ОСАГО и удовлетворил требования потерпевшего. Публикация основана на реальной судебной практике и показывает, какие возможности остаются у пострадавших даже после получения страхового возмещения.

Простое и понятное дело – залив квартиры в результате ненадлежащего исполнения управляющей компанией своих обязанностей. Удивило оно меня позицией ответчика, который, не желая уступать, заплатил гораздо больше, чем мог бы. Итак, в сезон питерских ливней квартиру моего доверителя затопило. Он незамедлительно обратился в управляющую компанию. Был составлен акт, из которого следовало, что залив произошел в результате течи стыков стеновых панелей. Поскольку герметизация стыков относится к текущему ремонту, за который отвечает организация, осуществляющая управление многоквартирным домом, пострадавший направил в данную организацию претензию с просьбой возместить причиненный вред. Размер вреда согласно отчету об оценке составил 61 100 рублей.  Управляющая компания предложила возместить 4 500 рублей (и ни копейкой больше!), либо приклеить обратно отвалившиеся обои (тут без комментариев…).  Доверитель от столь щедрого предложения отказался и, поскольку дальше переговоры зашли в тупик, обратился

Сегодня хочу поделиться свежим и весьма поучительным кейсом из своей практики, который наглядно демонстрирует, как статус «осужденного» порой воспринимается бывшими супругами как сигнал к «распилу» имущества в одни ворота. Ситуация осложнялась не только эмоциональным фоном, но и весьма креативным по...

 Предыстория  Пару лет назад компания подростков, среди которых был сын моей Доверительницы, повредила чужой автомобиль. Авто было старенькое – 1985 года выпуска и, со слов очевидцев, владелец на нем давно никуда не ездил, но, тем не менее, вред причинен, и его надо бы возмещать. Пострадавший сделал оценку стоимости восстановительного ремонта и потребовал выплатить ему более 700 000 рублей плюс 65 000 рублей за юридические услуги (заключавшиеся на тот момент только в подготовке претензии). Моя Доверительница не отрицала своей ответственности за поступок ребенка, но сумма показалась ей завышенной, она была готова возместить вред в пределах 200 000 – 250 000 рублей. Мы пытались в досудебном порядке убедить собственника автомобиля в том, что неразумно требовать компенсацию в несколько раз превышающую стоимость этого автомобиля. Но нам это не удалось – дело оказалось в суде.  Суд  В суде мы не оспаривали иск по праву, но не согласились с размером ущерба. По ходатайству ответчика была назна

«Баллы» против реального автомобиля: кто победит? Может ли внутренняя учётная единица кооператива - «бал» - стать полноценным основанием для приобретения права собственности на автомобиль стоимостью более полутора миллионов рублей? Именно такой вопрос встал перед судами трёх инстанций в споре вокруг HYUNDAI TUCSON, переданного в паевой фонд организации, признанной Банком России имеющей признаки финансовой пирамиды. В публикации подробно разбираю: почему «баллы» кооператива - это денежный суррогат, запрещённый ст.27 Закона о Банке России. Как безвозмездное пользование превратилось в «право собственности». Что происходит, когда апелляция игнорирует указания кассации. Какие аргументы помогли отменить апелляционное определение. Дело прошло путь: районный суд → областной суд → Восьмой КСОЮ (отмена!) → повторное апелляционное рассмотрение → повторное кассационное рассмотрение. Борьба продолжается!

Дело, в котором я принял, и до настоящего момента еще не закончил участие включает в себя сплетение гражданского, уголовного и арбитражного законодательства.  По моему глубокому убеждению оно является заказным, и на кону не только огромные суммы, но и вопрос о привлечении к уголовной ответственности...

Мой будущий доверитель хотел признать право собственности на дом, которым фактически владел уже больше 15 лет. И признал. Дело, и правда, было не сложным- обратился в суд с требованием о признании его права собственности на жилой дом в порядке приобретательной давности и через непродолжительное время получил положительное решение. И даже уже зарегистрировал право собственности. Но вот дальше…что-то пошло не так.

История стара как мир — Госинспекция по недвижимости города Москвы (ГИН) вышла на местность, инспектора составили акт и рапорт, передали данные в Департамент городского имущества города Москвы (ДГИ), после чего Департамент радостно побежал подавать иск в Арбитражный суд города Москвы.
Своим исковым заявлением ДГИ и Правительство Москвы желали признать эти помещения самовольными постройками и как итог, с помпой снести их.

Обстоятельства дела:Бабушка Антонина Павловна (данные изменены) решила подарить квартиру своей внучке Кристине (данные изменены). Внучка на тот момент проходила обучение и проживала в другом городе, и тем не менее, бабушка настояла на подарке.  Договор дарения квартиры был нотариально удостоверен, п...