Как направление уголовного дела по подсудности помогло защите, две истории из практики

Эта публикация — продолжение публикации «Борьба с фальсификациями и фабрикациями в уголовном деле».

Если в прошлой статье я рассказал об общем плане защиты, то теперь  подробнее остановлюсь на одном из инструментов, который может сыграть важную роль в уголовном деле.

Чтобы объяснить, почему я решил использовать эту тактику, сначала вернусь к собственному опыту — почти на четверть века назад.

Дело 1999–2002 годов, два эпизода по ч.4 ст. 228 УК РФ

В начале своей адвокатской практики я взялся защищать молодого доверителя, обвиняемого в сбыте наркотических средств в особо крупном размере. Дело расследовалось по двум эпизодам, квалифицированным по ч.4 ст. 228 УК РФ в редакции, действовавшей тогда.

Положение было тяжёлым. Нижний предел наказания составлял семь лет лишения свободы за один эпизод. С учётом разъяснений Пленума, действовавших в тот период, речь шла о совокупности преступлений. Всё это время мой доверитель находился в СИЗО.

Нарушения в деле были, но радикально картину не изменят, на что-то конечно повлияют, но...

По первому эпизоду обвинение строилось на показаниях других обвиняемых. По второму были проведены ОРМ «оперативный эксперимент». Мой доверитель по просьбе знакомого согласился приобрести запрещенное вещество — героин, однако передавать  его отказался. Получив запрещённое вещество за плату у продавца (некое отдельное лицо), он не пошёл к знакомому, который находился в роли «закупщика» его передавать, а попытался скрыться. Оперативный эксперимент пришлось милиционерам прервать — что было отражено в документах.

Позже в суде прокурор настаивал на версии, чтобы оправдать квалификацию, будто мой подзащитный  хотел сбыть наркотическое вещество, сам в этот момент был под «допингом» но перепутал стороны горизонта и пошел не к просителю зелья, а наоборот от него, поэтому по независимым причинам передача запрещенных средств не состоялась.

Я предполагал, что в деле есть более серьёзные нарушения, но тогда ещё не мог с ходу их обнаружить.

Постановление судьи стало поводом перепроверять дело снова и снова

Предварительное следствие продолжалось менее трёх месяцев. Дело расследовали в ЮЗАО Москвы, а затем оно должно было поступить в Черёмушкинский районный суд г.Москвы. Почти всё остальное время — около двух с половиной лет — заняло судебное разбирательство.

Изучив материалы, судья Черёмушкинского районного суда г. Москвы вынес постановление о направлении дела по подсудности, направил дело в другой регион в Люберецкий городской суд Московской области.

Тогда я посчитал, что судья просто нашёл формальный повод не рассматривать дело и решил избавиться от него. И какая-то причина для этого была, по пустякам он такого не сделает, значит причина было более чем серьезная. Нужно искать, искать и искать.

Судья обнаружил то, чего пока я еще не углядел, но я был уверен, что с «делом что-то не чисто». 

Снова и снова перечитывал материалы, пока наконец-то не обнаружил существенное несоответствие. Ура, нашел. Всё оказалось просто, но это «просто» нужно было еще вытащить из многотомника и перепроверить на предмет не показалось ли мне самому и лишь затем обнародовать.

Наркотическое средство изъяли у одного человека, условного «Иванова», а на химическую экспертизу представили вещество, изъятое у другого — условного «Петрова».

На мой взгляд, это ставило под сомнение связь представленного на экспертизу вещества с обстоятельствами обвинения. Я обратил внимание прокурора на это нарушение.

Квалификация в итоге осталась прежней, но наказание составило два года и пять месяцев, ровно столько, сколько мой подзащитный провел в СИЗО. Поскольку этот срок доверитель уже отбыл, после постановления приговора он был освобождён.

Для меня это стало фантастичным результатом, на который в начале своего пути я даже не рассчитывал.

Дело 2023 года, защита привлекла внимание суда на фундаментальные нарушения закона 

Спустя годы я решил использовать этот опыт иначе.

В деле 2023 года мой задачей было заранее обратить внимание суда на нарушения, допущенные на предварительном следствии. Уголовное дело касалось обвинения по ч.4 ст. 159 УК РФ и ч.4 ст. 180 УК РФ. На тот момент, по моему убеждению, дело было заказным.

Я направил серию жалоб в порядке ст. 125 УПК РФ.

Нарушений было много, и они давали основания обращаться к разным судьям. Кроме того, по жалобе предыдущего защитника мне удалось добиться отвода судьи, об этой истории я уже писал отдельно.

Коллега как-то спросил в комментариях, чем закончилась одна из жалоб. Отвечу.

Во время судебного заседания суд отложил рассмотрение и связался со следователем, попросив его «не безобразничать». Между заседаниями следователь пригласил меня и доверителя и вернул вещи и документы, изъятые при обыске.

Формально суд отказал в жалобе — предмет спора как будто исчез. Фактически же следователь выполнил требование защиты.

Вскоре понадобилось обжаловать незаконно наложенный арест на имущество одного из обвиняемых. Позднее к делу подключился новый защитник и поддержал подготовленные мной апелляционные жалобы в Московском областном суде. В результате арест с одного из объектов недвижимости сняли. Апелляционное решение суда осталось у коллеги.

Постепенно о происходившем на предварительном следствии узнало практически всё судейское сообщество, которому предстояло иметь дело с этим материалом. У меня складывалось впечатление, что никто не хотел связываться с этим делом и разбираться в его обстоятельствах.

Как огласила судья моему коллеги, постановление о направление дела по подсудности — это мнение всего судебного коллектива.

Когда передача дела по подсудности становится частью защиты

Поэтому постановление судьи о направлении уголовного дела по подсудности не стало для меня неожиданностью.

В деле 1999–2002 годов такое решение подтолкнуло меня к повторному и более внимательному изучению материалов.

В деле 2023 года я, напротив, заранее использовал процессуальные обращения, чтобы привлечь внимание суда к нарушениям.

В обоих случаях направление дела по подсудности оказалось важным поворотом. Но это не универсальный приём и не гарантия нужного результата, значение имеют конкретные обстоятельства, материалы дела и то, как именно защита выявляет и фиксирует нарушения.

С уважением, адвокат Гурьев Вадим Иванович

+7 (925) 333-57-33