Анонс моего выступления на II всероссийской научно-практической конференции 20 — 22 апреля 2018 года
20 — 22 апреля 2018 года состоится II всероссийская научно-практическая конференция для участников нашего профессионального сообщества, профессионалов юриспруденции и судебных экспертов. Мое выступление запланировано на третий день конференции — 22 апреля, с темой «Работа адвоката глазами специалиста (судебная психиатрия и сексология)».
О чем пойдет речь в моем выступлении:
Не последним, а может и основным аргументом суда в последнее время становится внутреннее убеждение — личное мнение того или иного судьи, которое дает ему возможность вполне легально обходить положения Закона, а порой даже Конституции РФ.
То же касается и участия в суде специалиста.
В гражданском процессе по делам о признании сделки недействительной (по основаниям статей 177 и 178 ГК РФ) решение суда зависит от выводов судебно-психиатрических экспертов.
Действия и их порядок при производстве таких экспертиз подробно регламентирован законодательно, однако фактически эксперты-психиатры госучреждений приняли такой подход судей и к своей работе — то есть делают выводы о сделкоспособности на основании личного впечатления (убеждения), без какого-либо ощутимого научного обоснования.
При этом для эксперта нет и ответственности, поскольку де-факто отсутствует заведомая ложность его заключения. И такие экспертные заключения встречаются сплошь и рядом…
Участие специалиста в гражданском деле – преследует цель пояснить что-либо по доказательству, если суд захочет его слушать. А суду это надо? В итоге личное мнение эксперта прикрыто убеждением судьи, «размазано» законодательно и «обернуто» в форму судебного решения.
В уголовном процессе законодательно процессуальное участие специалиста, на первый взгляд, обставлено лучше – заключение специалиста и его выступление в суде признается уголовно-процессуальным законом как доказательство.
Но это на первый взгляд. Дело в том, что специалист должен быть допущен в дело как процессуальное лицо — «специалист» следователем или судом. И тут опять возникает вопрос: а им это надо, особенно следователю?
Но все же, при таких условиях, примерно 2 из 10 дел в гражданском процессе удается с помощью работы специалиста развернуть на повторную СПЭ и получить противоположный результат в выводах экспертов.
В уголовном процессе работа специалиста дополнительно может привести к тому, что «гладкое» обвинение становится уже не таким однозначным, что влечет сомнения у суда и назначение минимальных сроков наказания (оправдательных пока не встретилось).
Об этом, с учетом практики участия по гражданским и уголовным делам, разбора конкретных экспертных «мнений», вариантов взаимодействия адвоката и специалиста, в том числе на подготовительных этапах подключения специалиста к делу — в моем выступлении на конференции.
P.S. Буду рад конкретным интересным вопросам по судебной психиатрии, сексологии, психологии — прошу их размещать в комментариях, в этом случае наиболее интересные и важные для адвокатов обязательно раскрою в своем выступлении.
Ваши голоса очень важны и позволяют выявлять действительно полезные материалы, интересные широкому кругу профессионалов. При этом бесполезные или откровенно рекламные тексты будут скрываться от посетителей и поисковых систем (Яндекс, Google и т.п.).
В уголовном процессе работа специалиста дополнительно может привести к тому, что «гладкое» обвинение становится уже не таким однозначнымУважаемый Анатолий Александрович, очень интересно будет послушать профессионала по этой теме, с примерами.
Обязательно посмотрю Ваше выступление.(handshake)
личное мнение эксперта прикрыто убеждением судьи, «размазано» законодательно и «обернуто» в форму судебного решения. примерно 2 из 10 дел в гражданском процессе удается с помощью работы специалиста развернуть на повторную СПЭ и получить противоположный результат в выводах экспертов.Уважаемый Анатолий Александрович, этих двух моментов вполне достаточно, чтобы понимать сложность и важность Вашего выступления для юридических специалистов в данной сфере споров.
Воспользуюсь Вашим предложением и задам практический вопрос: может ли экспертное заключение комплексной посмертной психолого-психиатрической экспертизы быть заведомо недостоверным, при условии, что исследуемый покончил жизнь самоубийством, а экспертами (ни психологом, ни психиатрами) не дана оценка совершенному суициду?
Уважаемый Анатолий Александрович, очень интересная и нужная тема. Буду рад услышать.
Уважаемый Анатолий Александрович, В уголовном процессе законодательно процессуальное участие специалиста, на первый взгляд, обставлено лучше – заключение специалиста и его выступление в суде признается уголовно-процессуальным законом как доказательство.
Но это на первый взгляд. Дело в том, что специалист должен быть допущен в дело как процессуальное лицо — «специалист» следователем или судом. И тут опять возникает вопрос: а им это надо, особенно следователю?
А следователю думаю это надо, только в том случае, если «светлость» сама пожелает, а не адвокат. С интересом посмотрю Ваше выступление.
Ваше выступление просто крайне необходимо, ждем, оправдайте ожидания
Уважаемый Анатолий Александрович, я встречал в заключениях понятие кумулятивного аффекта, что влияло на квалификацию преступлений. Мне бы хотелось узнать больше о понятии аффекта, применительно к ст. 107 УК РФ. Спасибо.
Уважаемый Анатолий Александрович, а меня волнует такой вопрос: влияет ли алкоголизм в разной стадии и образования головного мозга на психическое состояние лица? Какие признаки указывают на патологическое опьянение? Полагаю эти вопросы очень злободневные, так как многие преступления совершаются в состоянии алкогольного опьянения. При этом как токавая болезнь — алкоголизм, и её последствия не в полной мере исследуются.
Уважаемый Анатолий Александрович! У меня вопрос: назначение медицинских мер принудительного характера при признании обвиняемого невменяемым в момент совершения общественно-опасного деяния.
↓ Читать полностью ↓
В случае признания у этого лица хронического психического заболевания более-менее понятно, что он нуждается в лечении. Но как быть в случае отсутствия хр.псих. заболевания и совершения общ-оп.деяния в состоянии кратковременного психоза, например – синдром отмененного алкоголя с делирием?
Было уголовное дело по ст. 318 УК РФ. Но спор с экспертами вышел за границы конкретного дела.
Согласно истории болезни виновный был помещен в стационар психдиспансера, где прошел курс лечения. При выписке в мед карте указано, что из состояния психоза вышел, в активном лечении не нуждается, необходимо наблюдение у врача-нарколога в связи с хр.алкоголизмом средней степени.
На следствии эксперты-психиатры, признав невменяемость и отсутствие хр. псих.заболевания, все равно рекомендовали лечение в стационаре общего типа, т.к. признали наличие общественной опасности, которая по их мнению заключается в кратковременности ремиссии ( 6 месяцев) и в возможности повторения психоза. Защита возражает: ремиссия есть, лечение прошел, хроники нет, характеризуется положительно, нет оснований признавать наличие общественной опасности. А возможность повторения психоза – предположение, которое в данном случае не может быть положено в основу экспертного вывода. Кроме того, вывод экспертов противоречит заключению лечащего врача и выводам судебно-наркологической экспертизы о том, что больной в активном лечении не нуждается.
Но психиатры сослались на приказ МЗ № 704 от 12.09.1988 г., (устаревший, но не отмененный и не имеющий отношения к порядку определения критерия общ.опасности). И в суде они буквально заявили, что судебная практика сложилась так, что все равно, в любом случае они рекомендуют принуд.лечение. Спор был весьма острым, речь уже шла о том, что «экспертам виднее».
Очень хотелось бы осветить проблему именно с этой стороны. Ни прокурор, ни суд не имеют ни малейшего желания вникать «в такие мелочи», мол признали невменяемым и радуйтесь, и без этой ерунды дел хватает.
Уважаемая Валентина Алексеевна, в данном случае эксперты не правильно оформили свое заключение, им надо было ставить диагноз зависимость от алкоголя 2 стадии (то есть хроническое психическое расстройство) и алкогольный делирий. В экспертном решении разъясняли бы, что алкогольный делирий был психотическим проявлением хронического психического расстройства, и соответственно требует принуд. лечения в стационаре. При формулировки только временного психического расстройства с окончанием его к судебному заседанию, отправление гражданина на стационарное лечение в психиатрическую больницу приравнивается к пыткам.
ОГО! Вот это поворот. А разве хр.алкоголизм не является наркологическим заболеванием? Тогда почему эти больные стоят на учете в Наркодиспансере? А где это сказано – про пытки, я могу на это сослаться в суде? Уважаемый Анатолий Александрович, можно я пришлю Вам текст вывода псих.экспертизы? Дело еще не закончено, а я воюю именно потому, что выводы наркологической и психиатрической экспертиз противоречат друг другу.
Уважаемая Валентина Алексеевна,
Класификация болезней не имеет такого раздела как «наркологические заболевания» вся группа F… -это психические расстройства.
Соответственно базовая специальность психиатр, для работы с алкоголиками психиатр проходит дополнительно обучение и называется врач психиатр нарколог.
Для судебных дел проводиться судебно-психиатрическая экспертиза (как псих больных так и наркоманов), институт сербского рекомендует при проблемах с наркоманией проводить судебно-психиатрическую экспертизу участием врача нарколога ( в идеале у врача судебного психиатра желательна дополнительная специализация по наркологии). Наркологическая экспертиза — вид экспертизы для определения степени и вида наркотического, алкогольного опьянения и ничего более.
Наркологические диспансеры были созданы для административных целей в связи с особыми социально-правовыми последствиями пьянства.
По поводу пыток- конституция РФ, декларация прав психических больных.
Проблема в том что судьи все дальше отходят от закона, а по психиатрии у них стойкое убеждение что это дело темное, (как в том фильме ) и поэтому готовы повторять любую глупость от официальных психиатрических учреждений.
Уважаемый Анатолий Александрович, большое спасибо за разъяснения! Но мне не полегчало. После вашего ответа я кинулась перечитывать заключение суд.псих.экспертов и там написано именно так, как вы сказали :
« Х. хроническим психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики… не страдал и не страдает.» «…у него обнаруживались и обнаруживаются признаки синдрома зависимости от алкоголя средней степени (хронический алкоголизм) ( по МКБ-10 F10.2)…»
То-есть, эксперты-психиатры четко разграничили в своей экспертизе, что синдром зависимости от алкоголя не является хр.псих.заболеванием.
Далее : «…общ-оп.деяние совершено в состоянии острого алког.психоза, из которого он вышел, у него в настоящее время отсутствуют агрессивные и антисоциальные тенденции…»
И мотивировка: «Учитывая наличие синдрома зависимости от алк.средней степени, отсутствие четкой установки на отказ от употребления алк.напитков в сочетании с эмоционально-волевыми нарушениями, не исключающими возникновение острых и хр. алког.психозов, что связано с возможностью причинения им иного существенного вреда, либо с опасностью для себя и др.лиц, следует, что он представляет социальную опасность, ему показано лечение в мед.организации, оказывающей псих.помощь в стационарных условиях общего типа в принудительном порядке»
То-есть они все свалили в одну кучу: признали отсутствие псих.заболевания, отсутствие агрессии и антисоц.тенденций в его поведении и одновременно, что он представляет социальную опасность…
Могу ли я теперь, требовать от суда учесть все противоречия (заключ.лечащего врача из стационара, заключ.суд.нарколог. экспертизы и выводов самой суд.псих.экспертизы) и не назначать принуд.лечения или хотя бы назначить амбулаторное леч.?
Уважаемая Валентина Алексеевна,
вероятно в этой ситуации стоит пробовать доказывать что хр алкоголизм не имеет отношения к невменяемости и преступлению (как его вывели в сторону эксперты) и следовательно должен лечиться на общих основаниях а не по принуд лечению.
А делирий -временное расстройство и в настоящее время в лечении не нуждается.
Какая интересная мысль, Анатолий Александрович, воспользоваться категоричностью психиатров и сделать упор на разделении этих двух диагнозов! Сейчас буду думать, как это реализовать! Спасибо за совет.
Ваши голоса очень важны и позволяют выявлять действительно полезные материалы, интересные широкому кругу профессионалов. При этом бесполезные или откровенно рекламные тексты будут скрываться от посетителей и поисковых систем (Яндекс, Google и т.п.).
Рейтинг публикации:
«Анонс моего выступления на II всероссийской научно-практической конференции 20 — 22 апреля 2018 года »
3
звезд из 5
на основе 19 оценок.
Защита по сложным уголовным экономическим делам.
Борьба с фальсификациями и незаконными методами расследования. Опыт, надёжность, добросовестность!
Дорого, но зато качественно. Все встречи и консультации, в т.ч. дистанционные только по предварительной записи.
● Арбитраж. Банкротство. ФАС. Юридическое сопровождение вашего бизнеса.
● Юрист по ВЭД. Споры с ФТС. Международное право.
В рамках адвокатской деятельности оказываю юр. помощь по многим вопросам.
Являюсь также профессиональным медиатором.
Уважаемый Анатолий Александрович, исходя из сегодняшних реалий, тема Вашего выступления весьма актуальна и имеет большое практическое значение.
Особенно полезным для коллег будет понимание того, по каким «контрольным точкам» можно распознать заказное заключение СПЭ, как правильно ставить вопросы экспертам, в том числе при назначении посмертной СПЭ (актуально при оспаривании завещаний и прижизненных сделок наследодателя).
P.S. Мне неоднократно доводилось сопровождать своих доверителей при прохождении СПЭ, как по уголовным, так и по гражданским делам, и честно говоря, у меня сложилось впечатление, что некоторые эксперты, сами никогда бы не прошли собственное «исследование» (собеседование).